Стражи волшебных миров (СИ)

Серен и Вира делали вид, что соглашаются с таким положением дел, консультировали правителей, подсказывали, как завоевать другие племена. Но при этом организовывали будущее восстание, искали людей, способных к организационной деятельности ради общего блага. Основным аргументом против действующей власти было то, что царьки губят людей, заставляя их сражаться другим другом, в то время, как простым людям эти войны совсем не нужны.
В один прекрасный день грабительские начальники обнаружили, что все как бы покорённые народы их больше не слушаются. Организованные Сереном люди выбрали своих начальников при условии, что они будут каждые пять лет сменяться и становиться простыми работниками. Хорошо вооружённые и привыкшие к непрерывным сражениям царьки попытались восстановить свою власть. Кое-где им это удалось. Такие царства объединились ради борьбы против единого как бы народного государства.
Если бы не было Серена и Виры, у них был бы шанс. Но при той организационной силе и при тех разведданных, которыми поддерживали своих Серен с Вирой, у них шансов не было. Так возникло обширное как бы народное государство. Серен был счастлив.
В ходе боёв погибло довольно много людей, и это государство расширялось намного медленнее, чем моё.
ххх
Государство Линдси тоже распространялось. Как и предупреждала Линдси, людей первого племени, которое стояло у истоков государства, для всех правящих постов не хватило. Люди первого племени вышли из ситуации элегантно просто: себя они сделали людьми первого сорта, оставив себе все главные должности. Для выполнения остальных государственных задач они подтянули несколько племен из числа тех, которые были завоёваны первыми, и сделали их людьми второго сорта, позволили им быть правителями и чиновниками в дальних городах или на исполнительных должностях. Все остальные были людьми третьего сорта, им оставили возможность быть рабами или простыми работниками. Жесточайшее принуждение силой, ограбление, все отрицательные свойства рабства и закабаления были в ходу в этом государстве. Однако, благодаря выборной системе высшей власти и судов им удавалось удерживать достаточно дееспособную власть.
Как мы и ожидали, через девяносто пять лет государства встретились. Сначала встретились моё государство и люди Линдси. Люди из моего государства были шокированы тем, насколько злобные порядки были заведены в соседнем государстве с как бы выборной властью. В “моей” империи тоже порядки мягкостью не отличались, если какое-то селение отказывалось выставлять мужчин на войну, то селение могли и вырезать наполовину. Но то, что наши люди увидели в стране выборной власти, их шокировало. У нас люди были лично свободными, обращать их в рабство было запрещено. Они все считались равными гражданами. У противника они увидели многоуровневую систему унижения и разделения на более бесправных и менее бесправных, подкреплённую заносчивой уверенностью в том, что именно это безобразие должно царить во всех землях.
Поначалу с государством Линдси встретились окраинные племена, совсем недавно приведенные в подданство. Их докладам о том, что рядом появилось другое государство, в центре поначалу не поверили. Потом начальник пограничной провинции государства Линдси решил прославиться и попытался завоевать соседнюю провинцию “моего” государства. Он имел глупость думать, что это и есть всё противостоящее государство, а заслать разведчиков под видом купцов даже не подумал.
Вторгнувшуюся армию ждал неприятный сюрприз. Войск в пограничной провинции было немного, после проведения её к подданству почти все войска были выведены. Но те, что остались, были хорошо обученными профессиональными воинами. По моему настоянию уважение к хорошему обучению в любой области человеческой деятельности было введено в традицию на всех уровнях государства.
Воинов поддерживало ополчение вновь присоединённых племён, не столь обученное, но зато очень хорошо мотивированное. Эти люди уже знали, какое рабство несёт им соседнее государство. Значительно превосходившая их численностью армия вторжения понесла такие потери, что от неё почти ничего не осталось. Защитники организованно отошли в соседнюю провинцию вместе с гражданскими. Тогда в центре поняли, что дело повернулось всерьёз и пора думать о выживании.
 
Через полгода собранная со всех племён хорошо обученная армия разнесла все армии и укрепления государства Линдси по кирпичику. Линдси пыталась помогать своим, подбрасывала им информацию о перемещении войск. Я ей не мешал, но таким же образом помогали и давал советы своим. Дело решило то, что в “моём” государстве было больше людей и они были лучше обучены и мотивированы. Та сплошная система застарелой ненависти и грабежа, которой было “выборное” государство Линдси, рухнула при первом же толчке. Многие племена перебегали к моим людям при первой же возможности.
“Народное” государство столкнулось с “моим” немного позже и первое время жило в мире. У обеих сторон не было никаких интересов на другой стороне. Даже торговли не было. “Народное” государство не могло предложить ничего, кроме простых продуктов. Торговцы из “моего” государства могли предложить только красивые вещи, продукты престижа, а на них спроса не было. У людей противоположной стороны просто не было достаточно денег, даже у тех, кто правил. Несколько раз при неурожае государства по очереди продавали друг другу продовольствие за золото. Потом это же золото возвращалось обратно при неурожае в другом государстве.
Потом в государстве Серена начала разворачиваться деградация. Родители начали передавать власть детям, а дети родителям. Простые работники попасть во власть не могли, так как правящие семьи за время правления обзаводились вооруженными сторонниками, запасами разных ресурсов, благодаря которым во время смены властей просто не допускали к выборам новых властей никого, кроме своих родственников. Иногда даже убивали тех, кто пытался выдвинуть кого-нибудь другого.
Народ ответил тем, что перестал работать. Собрав кое-как урожай, достаточный для выживания на минимуме, люди теряли интерес к производству, так как знали, что всё остальное всё равно присвоит себе правящая верхушка. В некоторых областях из-за этого случился голод. Люди побежали в соседнее государство, где благодаря действующей судебной системе и стабильному государству стали жить намного богаче. Это вызвало новые волны эмиграции.
Правители “народного” государства не придумали ничего лучше, как попытаться вернуть своих людей силой и захватить новых. Это государство было разгромлено ещё быстрее. Власти “моего” государства ожидали чего-то подобного и втайне держали крупные армии рядом с границей. Успеху способствовало ещё и то, что граждане “народного” государства вообще не хотели защищать свою страну.
Серен тоже пытался помогать своим войскам советами и даже добился некоторых тактических успехов. Но это вызвало только лишнее кровопролитие. Тяжело воевать, когда половина войска при виде противника переходит на его сторону или просто разбегается…
Таким образом на континенте Виры появилось одно, довольно мощное государство. Его торжественно назвали “Империя ПСИС”, что расшифровывалось как “правосудие, свобода, изобилие, справедливость”. И вот это означало, что Большие Проблемы начались. Во-первых, было очевидно, что теперь это государство начнет рассылать экспедиции во все стороны просто из любопытства. А на соседних континентах жили намного менее многочисленные народы, только начинающие жить, к тому же других видов. Во-вторых, в условиях отсутствия конкуренции можно было ожидать быстрого роста коррупции внутри государства и связанных с нею проблем.
Ожидания реализовались гораздо быстрее, чем мы надеялись. Пятое — шестое поколения “мальчиков из хороших семей”, сынки самых богатых и влиятельных чиновников государства, деградировали слишком быстро. Привыкшие к безнаказанности, к богатству и роскоши, они уже не могли подумать о том, что что-то может пойти плохо. Получив влиятельные и доходные места почти без усилий, они образовали непробиваемую массу коррумпированных и беззаконных грабителей. После победы над вражескими государствами у них исчезли какие-либо причины чего-либо опасаться, и они кинулись во все тяжкие. И если в столичных землях они как-то сдерживались, то в дальних провинциях и в недавно завоёванных землях они грабили так, что не оставили народу никаких шансов на выживание. На западе континента управляющая верхушка долго терпела, так как многие управленцы были выходцами из покорённых народов и не хотели предавать оказанное доверие. К тому же ещё была свежа память о недавнем военном разгроме. Но когда восстала провинция, изначально принадлежавшая империи ПСИС, все недавно завоёванные провинции полыхнули вслед за ней. Восставшие провинции быстро спелись и организовали единое управление. Но теперь это были не аморфные “народные государства”, а полноценное государство, копирующее устройство империи ПСИС и её религию. Основой высокого боевого духа нового государства было убеждение в том, что нельзя допускать коррупцию и паразитизм. Кое-какие традиции были взяты и из народного государства, люди ещё помнили, как начальники каждые пять лет возвращались в работники.