Колыбельная для вампиров 4 (СИ)

«Теперь ты точно от меня отлипнешь. Ведь стоит упомянуть о браке и тебя как ветром сдувает!» — победно подумала Эльза.
На лице Штейна, не спускающего с неё глаз, промелькнуло хищное выражение.
— Вот что вы за народ, бабы! Так и норовите окольцевать, — проворчал он и запустил руку в карман пиджака.
— Достань и на мою долю, а то мои кончились, — попросила Эльза, уверенная, что он полез за сигаретами.
— Держи.
Она протянула руку к Штейну и с недоумением посмотрела на кольцо с бриллиантом, которое он надел ей на палец.
— Это что такое? — вопросила она, подняв на него глаза.
— А самой не догадаться? — усмехнулся он. — Сама же требовала предложения руки и сердца. Вот ты их и получила.
Деморализованная Эльза настолько утратила бдительность, что не сразу осознала, что с задранной до талии юбкой сидит на коленях у Штейна, а её губы и грудь горят от его жёстких поцелуев, больше похожих на укусы.
— Убью! Отпусти немедленно! — прошипела она, активно вывертываясь из его рук. — Отпусти, я кому сказала?!
Штейн глянул на неё потемневшими глазами и на его пальцах, стиснувших её грудь, показались когти. Всё же он пришёл в себя и ослабил хватку. Эльза слетела с его колен и, отскочив в сторону, попыталась придать пристойный вид расхристанному платью. Безнадёжно испорченные чулки, пестрящие многочисленными дырами, она сняла и швырнула их в корзину для мусора.
— Почему я? — с отчаянием воскликнула она.
— Почему бы нет? В конце концов ты ничем не хуже других, — встав, Штейн сладко потянулся и саркастически воззрился на неё. — А ты рассчитывала на место любовницы? Оно уже занято. Так что довольствуйся тем, что есть.
— Скотина! — вырвалось у Эльзы.
— Meine Liebe, ты же не думаешь, что я, женившись на тебе, брошу Марту, — Штейн направился к рабочему столу. — Тероян, я хочу обсудить с тобой кое-какие вопросы. Ведь ты была в Сирии и досконально знаешь тамошнюю обстановку. Как думаешь, бывший офтальмолог удержится у власти? И вообще, весь этот ближневосточный винегрет…
Не слушая, что он говорит, Эльза смотрела на руку с кольцом. Крупный алмаз сиял и переливался разноцветными бликами, подтверждая, что ей ничего не приснилось. «Вот влипла! — тоскливо подумала она. — Нет, нет и нет! Все что угодно, только не его женой!» Неожиданно она успокоилась и потаённо улыбнулась: «А спор-то я выиграла! Кто бы мог подумать, что непробиваемый глава СБ сделает мне предложение. Ура! Свобода!.. Ладно, от Розы я освободилась, а от Томаса сбегу. В конце концов, если ему так приспичит, то пересплю с ним пару раз, а потом потихоньку сделаю ноги, только он меня и видел. Думаю, Роза с удовольствием переведёт меня подальше от штаб-квартиры, как только до неё дойдут слухи о предложении Штейна. Теперь главное — это отвертеться от предложения руки и сердца тигруши. И как мне кажется самый лучший выход — это слинять по-тихому, не споря с начальством. Тогда Томас точно разозлится и прекратит свои матримониальные поползновения… Бежать, скорее бежать!» Эльза прикинула расстояние до двери и быстро стянула с пальца кольцо.
Дверь закрылась абсолютно бесшумно, но Штейн, который всё ещё был на пути к своему креслу, мгновенно обернулся и его лицо исказилось от неконтролируемого гнева. В кабинете было пусто, зато на видном месте лежало кольцо, за право обладать которым билась масса вампирских женщин. Под влиянием момента Эльза совершила ошибку: она не приняла во внимание его уязвлённое самолюбие, за что и поплатилась.
При виде такого пренебрежения к его предложению руки и сердца, которое далось ему далеко не так просто, как он его преподнёс, Штейн сгоряча хотел отправить беглянку в ту самую задницу мира, как она опасалась, но затем в нём возобладал здравый смысл. Для разрядки он выдал насыщенную матерную тираду и, взяв себя в руки, связался с охраной.
— Тероян ко мне! Срочно! Живой или мёртвой! — распорядился он и дежурный включил красный код.
Спустя десять минут из приёмной секретаря, приглушённые дверью, донеслись грохот, ругань и голос Марты, которая, перейдя на немецкий, на повышенных тонах требовала объяснения, какого чёрта происходит во вверенном ей герром Штейном помещении. «Впустить!» — рявкнул герр, нажав соответствующую кнопку на селекторе.
 
Дверь отворилась и первой в кабинет влетела растрёпанная Марта, следом за ней вошли двое матёрых офицеров в форме СБ. С одинаково бесстрастным выражением на лицах они держали Эльзу, связанную по рукам и ногам.
Марта с отвращением посмотрела на пленницу.
— Прошу прощения, герр Штейн, но эти господа утверждают, что вы велели доставить этовам в кабинет! — воскликнула она, на этот раз по-русски, но всё же с довольно сильным немецким акцентом, что говорило о высокой степени её волнения.
«Сука!» — довольно внятно промычала Эльза, чей рот был заклеен скотчем, и попыталась пнуть секретаршу. Марта ловко увернулась и с брезгливым видом отряхнула рукав снежно-белого обтягивающего костюма.
— Selbst du Luder! — не осталась она в долгу.
— Марта, выйди вон. Ещё раз ворвёшься в мой кабинет без разрешения, пеняй на себя, — холодным тоном сказал Штейн.
Не смея выказывать своё неудовольствие, девушка возмущённо сверкнула глазами, но дисциплинированно поклонилась и ускользнула за дверь.
«Посадите Тероян в кресло у камина», — последовало распоряжение, и офицеры СБ без особой нежности швырнули Эльзу на указанное место. От удара копчиком о деревянный подлокотник у неё перехватило дыхание. Это была своеобразная месть со стороны охраны. При задержании Эльза одному из офицеров пропорола бок, а другому выбила челюсть. В знак протеста она попыталась их лягнуть, но и здесь не преуспела в своём намерении. Откозыряв хозяину кабинета, охрана смылась за дверь и была такова.
Поначалу Штейн морщился — Эльза извивалась как дикая кошка, угодившая в ловушку, и громила всё вокруг себя — затем он с головой ушёл в работу и реагировал только на звонки и ментальные вызовы первостепенной важности.
Спустя пару часов он насторожился, больше не слыша грохота падающих вещей.
— Эй, Тероян!.. Ты там жива?
Ответа не последовало, тогда он встал и, зайдя в душевую при кабинете, вышел оттуда, держа в руках смоченное полотенце. Подойдя к креслу, в котором неуклюже притулилась связанная Эльза, он присел на подлокотник. При виде двух светлых полосок на её перепачканном лице он неслышно вздохнул: «Ну, конечно! Это такая трагедия — выйти за меня замуж».
— Meine Liebe, всё же ты редкостная замарашка. Только тебе удаётся собрать на себя такое количество грязи в нашей стерильно чистой конторе. Где ты её находишь, ума не приложу, — осторожными движениями Штейн протёр лицо Эльзы мокрым полотенцем. — Порядок! Ещё не принцесса, но уже не золушка, — он заправил прядку волос ей за ухо и примирительно улыбнулся. — Вообще-то я надеялся, что у тебя больше ума, а ты ведёшь себя как капризный ребёнок. Лисичка, тебе нужна романтика? Наверное, ты о ней только и думала, когда спорила на меня с сослуживцами?
Он резким движением оторвал скотч.
— Надеялась, что я не узнаю?
— Ты это о чём? — насторожённо вопросила Эльза.
— Заткнись! — сказал Штейн всё тем же обманчиво мягким голосом и достал из кармана затёртую по краям сложенную бумажку. — Как там дословно звучала твоя клятва, когда ты выплясывала на столе в вашей казарме: «Я, Эльза Тероян, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь, что в течение года приручу Ледяного тигра и получу от него предложение руки и сердца. Если этого не произойдёт, то пари будет считаться проигранным и Эльза Тероян на год перейдёт в полное сексуальное владение Розе Мореску». Я всё верно процитировал? Ничего не перепутал?.. Да или нет? — рявкнул он в полный голос.
— Да! — выкрикнула Эльза и Штейн одобрительно кивнул.
— Если да, то нечего лить слёзы. Провинилась, будь добра понести наказание.
— Так точно, сэр! — с некоторым облегчением пробормотала Эльза. — Я отсижу, сколько вы пожелаете…