Спорим, влюбишься? (СИ)

Осмотрела себя еще раз в зеркало и, убедившись, что выгляжу хорошо, вышла из комнаты вновь в одной сорочке. Господи, что же я творю? Надо вернуться в спальню и забыть о вчерашнем эпизоде. Забыть и точка.
Только хочу сдвинуться с места, как в коридоре появился Миша. Встала как вкопанная. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Он, как и я, не спешит соблюдать правила приличия. Вновь с голым верхом, благо в спортивных штанах, и перекинутым через плечо полотенцем.
– Маш, ты чего? – ну вымолви уже что-нибудь, дура. Хватит пялиться на его грудные мышцы! – Прием, – да кто-нибудь выколите мне уже глаза! – Маша? – стоило Медведеву коснуться моих волос, а именно заправить их за уши, как я наконец отмерла. Перевела взгляд на его лицо.
– Ты как-то говорил про бег по утрам, – наконец, вполне уверенно произношу я. – Давай, с завтрашнего дня?
Насколько я зависла от недавнего Мишиного вопроса? Минута? Больше? Теперь ощущение, что мы поменялись с Медведевым ролями. Он молчит, нахмурив лоб. При этом смотрит не мне в глаза, а на мои губы. Ну все, Мария Григорьевна, пляши. «Дичь» вспомнила в чей рот свой язык совала.
– Миша, прием? – ну не только тебе, медвежоночек, надо мной издеваться. – Ну так что?
– Давай в шесть. Если не проспишь, – тут же буркнул себе под нос и направился в свою спальню.
– Спокойной ночи, Миша.
Если не просплю… не просплю, дорогой, не просплю. Будильник мне в помощь.
На удивление, я проснулась сама в половину шестого утра окрыленная и с безумным предвкушением. Быстро умылась, переоделась и вышла в гостиную. А дальше случился облом – ни куртки Медведева, ни ботинок. А вот на кухне оказался лист бумаги с запиской.
«У меня непредвиденные дела. Вернусь через пару дней. Никуда не выходи. В одиннадцать утра приедет курьер и доставит продукты»
Ну какой же гад! Скомкала записку и от злости швырнула на пол. Оказалось, в кошку.
– Прости, Сонечка. Я случайно.
Приподняла на руки испугавшуюся кошку и стала ее гладить. Сама не поняла, как прилегла с ней на диван и заснула. Проснулась от звонка в дверь. Вскочила с дивана и подлетела к двери. Взглянула в глазок. Не Миша. Снаружи стоит девушка.
– Миш, давай быстрее, я в туалет хочу. Чо ты там дышишь?
Это что и есть та самая девушка? Вместо того, чтобы отойти от двери, я зачем-то ее открываю.
– Э-э-э… ты кто?
– Мария. А вы?
– Наташа.
Козляша, блин! 
  
Глава 21 
 
Несколько секунд мы неотрывно смотрим друг на друга с откровенным любопытством. Что говорить в таких случаях? Кто я Мише? Скажу никто, так они снова быстро сойдутся. Врать, что я его новая девушка? Так совесть не позволит. Это подло по отношению ко всем.
Я не успела придумать, что я отвечу на вопрос – кто я, кроме как… просто Мария. Как будто по щелчку девушка очнулась, вбежала в квартиру и, слегка толкнув меня, то ли случайно, то ли нарочно, понеслась дальше.
Смотрю на следы от ее ботинок на некогда чистом полу и начинаю закипать. Засранка какая, еще и наследила. Правда, я быстро отошла, вспомнив, что она хотела в уборную.
Итак, кто я? Знакомая Миши? Ну да, наверное, так. Просто знакомая. Вместо того, чтобы вытереть пол, я как ни в чем не бывало уселась на диван. Сама наследила – сама пусть и убирает.
А как она вообще выглядела? Красивая? Совершенно не помню. Что-то цепляющее в ней точно должно быть, иначе как объяснить тот факт, что они то сходятся, то расстаются.
Не засранка… первое, что пришло на ум, как только эта самая Наташа вышла со шваброй и ведром. Скинула с себя наконец верхнюю одежду. Только шапку зачем-то оставила. Может, она лысая? Или плешивая? Это несомненно бы меня порадовало. С моими волосами сложно побороться, они моя гордость. Сама не поняла, как оказалась возле нее. Очень хотелось рассмотреть ее лицо поближе.
А вот и шапка полетела на полку. Жаль… кое-кто не лысый и даже не плешивый. Волосы покороче моих, но это не отменяет того, что они у нее есть. Очень даже красивые закрученные блондинистые локоны. Но волос у нее совершенно точно крашеный. А у меня натуральный цвет. Почти. Блин. Она симпатичная. Даже очень. Близка к красивой. И глаза такие же голубые как у Миши. Красивые.
 
– Ты чо так смотришь на меня?
– У вас красивые волосы.
– Я просто их помыла. Но спасибо за комплимент, – убирает швабру в сторону и переводит на меня внимательный взгляд. – Не сочти за грубость, но ты кто такая? Я не про имя.
– Я… знакомая Миши.
– Просто знакомая? Тогда, что ты делаешь здесь в его отсутствие?
– Я здесь живу. Временно, – ну вот и все. Зато честно. Вдруг у них реально любовь, а я все разрушу. – Он мне кое в чем помогает.
– Ясно, что ничего неясно. А где он сам?
– Уехал по работе. По крайней мере, так написал в записке.
– Понятно.
Она, определенно, озадачена. Странно, но я не вижу в ее взгляде неприязнь. Просто удивление.
– Это что… кот?! – шокировано бросает Наташа, недоуменно уставившись на Соню, трущуюся о ее ноги.
– Кошка. Что-то не так? У вас аллергия?
– Нет у меня никакой аллергии. Твоя?
– Ну, как бы да, и как бы нет. Наверное, общая. Я ее на улице подобрала, и Миша меня сразу к себе забрал вместе с ней.
– И вот прям-таки просто взял и разрешил ее оставить? Не хотел и не пытался ее кому-нибудь передать?
– Мне кажется, он хотел ее выбросить, но в итоге, как видишь, она осталась здесь.
– Офигеть. То есть мне за столько лет – шиш, а какой-то знакомой разрешил? Ну, Миша.
– А сколько лет?
– Чего?
– Ну, за сколько лет?
– За много. Что-то здесь все-таки нечисто, – приподнимает Соню, видимо, пытаясь разглядеть в ней что-нибудь этакое. – Ты что-то ему сделала?
– В каком смысле?
– Ну, чем-то ему помогла. Или… ну просто так он бы животное здесь не оставил. Должна быть веская причина.
– Ни в чем не помогала. Он не любит животных?
– Любит, но он просто бы не позволил. Странные дела, – опускает кошку на пол и без стеснения проходит в кухонную зону.
Ведет себя так, словно здесь хозяйка. Бесцеремонно ставит чайник и открывает холодильник.
– Что-то прям как-то не густо. Жесть. Ты вообще его чем-нибудь кормишь? Или это не входит в твои обязанности?
– Он редко бывает дома. А доставка продуктов должна скоро подъехать. 
– Чай будешь?
– Буду.
Молча наблюдаю за тем, как она разливает кипяток. Ставит чашки на кухонную стойку и усаживается на стул, подгибая под себя ноги.
– Можно нескромный вопрос? – первой не выдерживаю я.
– Можно. 
– Вы по-прежнему любите Мишу?
– Ммм… а почему я должна его не любить?
– Ну вы же ссоритесь. Сейчас вы в ссоре, если я правильно понимаю.
– Ну и? Сегодня в ссоре, завтра нет.
– Понятно.
– А мне непонятно, кто ты все-таки такая. Он бы сюда не стал приводить кого попало. Ты его любовница?
– Мы пока не вместе, но судя по сну, который мне приснился на растущую луну, после слов – «на новом месте приснись жених невесте», Миша мой будущий муж. И у нас будет дочка.
Скорее всего, сидящая напротив девушка, записала меня сейчас в отряд ненормальных. Вместо того, чтобы плеснуть в меня горячий чай за мои слова о будущем муже, она едва заметно прячет улыбку.
– Ты веришь в осуществление таких снов?
– Пока и сама не могу понять, хочу верить или нет. Но я читала, что они вещие.
– Это плохо.
– Потому что я вам не нравлюсь? Вы меня ревнуете к Мише?
– Потому что мне недавно на новом месте с этими же словами приснился таракан. Жирный и рыжий. Значит, либо мне так и куковать в девках, потому что это не мужик, либо мой будущий муж – жирный, рыжий и такой же мерзкий, как таракан. И так, и так получается мрачненько. Надеюсь, с «приснись» сны все же не вещие. 
– Ну главное, что приснился не темненький и не бородатый как Миша.
А вот сейчас на ее лице снова появляется озадаченность. Кажется, она хочет что-то спросить, но не решается.