Конец миропорядка: Новый эон (СИ)

— Так стоп. — сказал Генри, — здесь нельзя продавать продукты без официального разрешения от Минобороны? А тебе каждый вид конфет приносят на подпись? И где здесь свобода.
— Разрешение должны получать только те продукты, в которых используется сахар или другие подсластители.
— Я так понимаю, вы также понесете ответственность?
— Возможно, потому что не ... ОТ ДЬЯВОЛ! — Келзей резко зажал кулаки. — Благодаря этому Рыцарь имеет рычаг давления на меня. Он знает о моей причастности к эрдине, и поэтому будет использовать это как рычаг давления для нас. А я не могу оставить все и позволить Рыцарю завладеть мечом. Ни в коем случае.
— Может оставим это дело? — Осторожно порекомендовал Генри.
— Тогда Рыцарь обязательно наймет других людей, а если они найдут меч, то ... мы просто не можем этого допустить нельзя, чтобы столь мощное оружие попало в руки таком как Рыцарь. Меч надо найти и перепрятать, или в крайнем случае уничтожить.
Генри не ответил ему, понимая своею неправоту.
— Ну с чего начнем? — спросила Лара.
Келзей криво взглянул на неё, позволяя самой догадаться.
— Ах! Точно, уже забыла, как-то ... Где мы тогда будем искать эту старую?
— Вы о Повете? — спросил Генри.
— А ты знаешь ее? — удивилась Лара.
— Нет, я просто вспомнил с кого вы хотели начать.
— Когда отправляемся? Господин Келзей.
— Если вы готовы, то прямо сейчас.
— А вы знаете где она сейчас живет?
— Там, где и всегда.
— Ранее вы говорили, что она переехала.
— Ей не понравилось в новоселе поэтому она вернулась жить в прежний дом, который находится в Тархтарии. Артфон! — громко сказал Келзей. — Телепортируй нас всех к Павете Живаньской.
— Координаты найдены, ваше место прибытия будет напротив дома.
— Подходит, начинай!
Перед ними стояли ряды огромных домов. В темноте Келзей пальцем указал на трехэтажный дом напротив. Генри первый прошел вперед по тропинке к крыльцу. Перед ними засеял прожектор, свет которого ясно осветил проход к двери дома.
— Ох ничего себе! Я не понял, что это ночь уже? Только темнеть начинало, когда мы вернулись с миятрона. — Генри застыл, подняв взгляд на ночное небо.
— Мы на другой части планеты. — Спокойно ответила Лара, продолжая идти к дому. — Тем более сейчас зима. Без грамма снега, как всегда.
— Я вот хотел спросить, — сказал Генри не опуская взгляд от неба, — почему на небе я луну ни разу не видел?
— Она исчезла года три назад. Я даже делала расследование на эту тему, но все бес толку.
— Ещё одна причина любить этот мир. — Генри опустил голову и подбежал к двери.
— Говорить буду я, вы только отвечаете на ее вопрос. — сказал Келзей.
— Даже мне? — спросила Лара.
— Тебе можно, но не желательно.
— Слушайте, это уже какая-то дискриминации в мою сторону! — возмутился Генри.
Келзей постучал в дверь. Ответа не было.
— Может надо ее позвонить? — Лара взяла артфон.
— У нее нет телефона.
— Позвонить в звонок, вот он, — Лара ткнула пальцем в квадрат на двери.
— Технологии, даже бабка не стоит на месте. — Келзей повторно нажал в звонок.
Из дома начали доноситься различные шумы. Дверь открылась и из них выглянула низкая женщина с седыми волосами.
— Кто это?
— Господин Келзей.
— Келзей?
Увидев знакомое лицо, она радостно впустила их внутрь.
— А кто это с тобой? — спросила Повета закрывая за всеми дверь.
— Мои помощники, вы еще не забыли, где я работаю?
— Вчера тебя по компьютеру показывали.
— Я вчера нигде не выступал.
— Странно ... Там ты говорил, что безопасность страны лежит на тебе. Не могу вспомнить какая у тебя должность.
— Я министр обороны.
— Ты министр обороны? И для чего оно тебе, говорила, что и без тебя политики разберутся.
— Ну пройдемте, я все расскажу.
Они все вместе зашли в гостиную. Вся комната была не велика, большинство места занимал четырехугольный зеленый стол. Келзей за стол сел первым, и незаметным движением головы намекнул всем также присесть. Лара выбрала место около Генри, а он в свою очередь сел с края от хозяйки.
 
— Как все-таки тебя здесь долго не было ... — сказала Повета.
— Дела, работа, вы, вероятно, догадываетесь какой тяжелый груз на мне. Министр обороны все же.
— Это очень заметно.
Келзей посмотрел на нее несообразительным взглядом.
— Я говорю, что в стране теперь безопаснее жить, сразу чувствуется легкость, все только и говорят, что министр обороны больше всех старается с политической верхушки, а я не могла догадаться кто это.
— Спасибо за такие теплые слова, но в этой стране уже как семь тысяч лет преступлений не было. Мы сейчас не в Гипербореи, здесь я не работаю.
— Ты раскрыл так много террористов, теперь даже ночью можно спокойно ходить ...
— Повторяю, я тут ни при чем! Вы уже переехали обратно в Тархтарию.
— Зачем ты уехал отсюда? Как можно прожить пятьдесят лет в этой стране, а потом просто уехать и стать министром в другой?
— Моя помощь этой стране не нужна, верховная рада Тархтарии всю жизнь не давала мне развиваться.
— Ты и так в армии работал, о каком развитии идет речь?
— Я всегда намеревался идти в политику, и за пару десятков лет мне ничего не удалось, а как только пришел в Гиперборея то за год поднялся к важнейшей должности.
— Не пойму ... — перебила его Лара, — вы хотите сказать, что все время я училась и работала на Тархтарию?
— Не совсем так.
— Я вас чем-то угощу. — сказала Повета поднимаясь со стола.
Генри закрыл глаза и скрестил пальцы:
— Чтобы это не была эрдина ... — Открыв один глаз он посмотрел на Келзея. — А ты действительно хороший человек, мне реально лучше стало жить в стране, никто не грабит, никто не залезает с утра к тебе в дом, калечит охрану и не увозит связанного в пентагон, безопасность и мир так и льется при твоей должности.
Лара незаметно улыбнулась.
— Я так понимаю это метаирония. Генрих вы знаете, в мои обязанности входит задерживать таких, как вы ...
— И много таких, как я ты схватил?
— Вместе почти восемь.
— Ого как много!
— И это только террористы. У нас нет такой опасности как в вашем мире.
— А теперь есть, ой нет, ты его уже схватил.
— Довольно обижаться.
В этот момент из дверей донесся звонок. Лара резко соскочила с места.
— Я проверю кто там.
К ним подошла Повета с подносом на котором стояло четыре стакана с настоем. Она поставила его на стол, и раздала всем стаканы. Генри первый пригубил напиток и остолбенел.
— Что это за водичка?
— Это настой трав. — ответила Повета.
— Вкусненький, но пару ложечек сахара точно лишними не будут.
— Сахар и другие подсластители трудно достать, поскольку разрешения на их свободное использование, так просто не выдают.
— Я думал такие проблемы только в Гипербореи. — Генри повторно смачно отхлебнул напиток.
— Интересно, как. — обратилась Повета к Келзею.
— Что?
— С какой целью вы пришли, я просто вижу, что у вас есть какое-то дело ко мне.
— Да есть, и очень важное.
— Если это связано с политикой, то я почти ничем не помогу.
— Не бойтесь, о политике вас спрашивать никто не будет. Наши дела связаны с историей.
— Тогда нам нужно спуститься в библиотеку, идите за мной.
Келзей поднялся и последовал за Поветой, а Генрих еще посидел пару секунд допивая настой трав, и также пошёл за ними. Они спустились на пару метров по лестнице и оказались в зале, которая была в разы больше, чем гостиная. Все стены были заставлены книгами, их было так много, что даже все помещение пропах бумагой.
— Какой-то странный, но приятный запах идет из книг, что это? — спросил Генри закрывая нос.
 
— Раньше всю бумагу изготавливали из растений, это только сейчас перешли на химию. — ответил Келзей.
— Ну, что у вас за проблема?
Келзей остановился у полки с книгами и начал водить взглядом по обложках.