Девочка Алана (СИ)

От осуждающего шепота мне хочется сбежать, но я понимаю, что в прошлый раз поступила также. Трусливо убежала, спрятав голову в песок и позволила над собой смеяться. А я этого не заслуживаю. Я хороший человек, в конце концов!
— Мне это удалось еще до того, как я, как ты выразилась, скакала по кухне, как коза. А у тебя, как бы ты сама не скакала ничего не вышло. Если я не ошибаюсь, тебя в тот вечер попросили уехать… И больше ты в доме Алана не появлялась. Судя по всему, потому что там всё еще скачет та самая коза, то есть я.
Под звонкие смешки и округлившиеся глаза блондинки разворачиваюсь, чтобы уйти и тут же натыкаюсь на Алана. Кусаю себя за щеку, готовая сквозь землю провалиться, но восхищение в любимых глазах тут же придает смелости.
— Смотрю, ты тут развлекаешься, — усмехается он, обведя компанию снисходительным взглядом.
— Нет. Стало скучно, как раз собиралась уходить.
Больше не радуя вниманием присутствующих, он хмыкает и подставляет для меня локоть.
— Ну пойдем, моя… коза, — последнее произносит мне на ухо и я тихо смеюсь.
— Пойдем, а куда?
— Потанцуем.
Ммм, что может быть лучше, чем танцевать с Аланом?! Да, я чувствую на себе непонимающие взгляды, осуждающие, завистливые, но понимаю, что мне на них всё равно. Я счастлива, а счастливым людям нет дела до происходящего вокруг.
39
— Ась, у меня есть новости.
Алан выглядит серьезным, отчего я настораживаюсь. Откладываю книгу, которую читала, устроившись на диване в его кабинете. В последнее время я части сижу здесь, читаю, делаю домашние задания, пока он работает. Если к Алану приходят посетители, то я конечно отправляюсь в гостиную, или на кухню, где мне всегда составляет компанию Жерар, но в остальное время мы находимся в радиусе нескольких метров друг от друга.
Флоренция поднимает мордочку, потому что я наглым образом нарушаю её сон и перекладываю с коленей на диван. Моя любимая девочка тоже облюбовала кабинет Алана. Даже если меня нет дома, она не играет на улице с Фредом, а охраняет моего мужчину.
— Что-то случилось?
Внимательно наблюдаю за тем, как Алан опускается на диван.
— Можно и так сказать. Моей бывшей жене предложили работу заграницей. Она собирается туда как минимум на год. Но дело в том, что я не хочу, чтобы Матвей ехал с ней. Я предложил ей вариант того, чтобы забрать его к нам с тобой. Знаю, это будет немного проблемно для тебя, ты учишься, тебе нужна тишина, но…
— Алан, — прерываю его, положив ладонь на его сложенные в кулак руки, — о каких проблемах может идти речь? Дом огромный, не думаю, что я не смогу найти свободную комнату, чтобы подготовить домашнее задание, — забираюсь на его колени и обхватываю любимое лицо в ладони, — я буду очень рада твоему сыну.
Облегченный выдох заставляет меня улыбнуться. Неужели он правда думал, что это может стать проблемой? С Матвеем я пока не знакома, да и в целом с детьми особо никогда не общалась, но думаю, научусь.
Алан улыбается, положив руки мне на бедра и крепко сжав их, отчего внизу моего живота тут же сладко сводит.
— Спасибо. Они приедут через неделю. Думаю, это будет для тебя отличной практикой перед тем, как мы родим Матвею младшего брата и сестрёнку.
Моё сердце спотыкается и замирает. Я и сама двигаться перестаю, во все глаза смотря на Алана.
— Ты серьёзно? Ты хочешь детей от меня?
Губы, которые всегда приносят мне массу удовольствия прочно улыбаются.
— Конечно. Не сейчас, естественно, тебе нужно доучиться. А после окончания университета вполне можно. Если ты конечно, не против?
Чувствую, что улыбаюсь как дурочка. Сердце отмирает и несётся вприпрыжку.
— Против? Ну не дождёшься. И теперь не отвертишься, я запомнила твои желания.
— Почему это я должен хотеть отвертеться?
Руки Алана дразняще ведут по моим бёдрам, мнут кожу сквозь домашние спортивные штаны, а его взгляд такой проникновенный, что у меня дыхание перехватывает. В широких зрачках загорается огонь, который я очень хорошо знаю. Этот огонь всегда заканчивается тем, что сжигает нас обоих дотла.
 
— Мне ещё учиться четыре года. За это время может случиться что угодно, — еле сдерживаю смех от того, как угрожающе сужаются синие глаза.
А потом взвизгиваю. Алан резко поднимает меня и опрокидывает на диван. Внедряется между моих ног и вдавливает бедра мне в промежность. Я вскрикиваю. Это так остро и одновременно неожиданно, что по телу проходит волна дрожи.
— Поподробнее, Ася, как ты полагаешь, что может измениться?
Прикусываю губу. Хищник вышел на охоту, а я на жертву не очень смахиваю, так как жутко хочу быть пойманной.
— Ну не знаю, — веду ладонью вдоль его каменной спины вниз, ныряю между нашими телами и сжимаю через ткань твёрдую эрекцию, — может, ты полюбишь кого-то другого, или я.
— Да что ты? — кажется, я разбудила зверя.
Алан выпрямляется и одним умелым движением избавляет меня от штанов. Ох, Боже.
Пульс разрывает вены, потому что я с ума схожу, когда Алан такой — неудержимый, опасный. Тогда он берет меня не как хрустальную вазу, а по-животному, так, словно обладает не только моим телом, а и душой.
Хотя это так и есть. Я вся принадлежу ему.
— Да. Жизнь непредсказуема, — продолжаю дёргать льва за усы, когда он достаёт свою вздыбленную плоть из штанов и проводит по стволу рукой, наблюдая за моей реакцией.
— Я покажу тебе как она непредсказуема, малышка.
Секунда, и я оказываюсь на животе, а ещё через мгновение громко стону. Алан потянув меня за бедра, проникает сзади и наваливается на меня, прижимая грудью к дивану.
— Ох, Алан, — зажмуриваюсь от растягивающих ощущений.
Мы столько раз занимались сексом, а моё тело каждый раз отзывается как в первый.
— Рассказать тебе план на четыре года, Ася? — хриплый голос подпитывает моих внутренних демонов, кормит их возбуждение.
— Да, — выдыхаю на резком глубоком толчке. Алан становится сзади, берет меня за бедра и начинает проникать в меня чётко и размеренно. — Сначала на твоём пальце появится кольцо, — толчок, я улыбаюсь, сердце трепещет. Подаюсь назад, а Алан резко вперёд. Входит со шлепком, до основания. Склоняется и целует мои лопатки, кусает их, языком ведёт к шее, не убирая рук от бёдер и продолжая таранить собой. — Потом ты родишь мне сына, а после дочь. Если нам будет мало, сделаем ещё парочку, главное не останавливать сам процесс. Глухо смеюсь в подушку. Смех сплетается со стоном, потому что Алан тянет меня к себе за волосы и хрипло шепчет на ухо: — План будет именно таким, маленькая. Других вариантов не дано, потому что от меня ты уже никуда не денешься. Ты моя. Не просто женщина. Ты вся во мне, под кожей, в мыслях, в самых низких и порочных желаниях владеть тобой. Я люблю тебя, Ася.
Вместо ответа вскрикиваю, хотя в глазах собрались слезы. Неловко поворачиваю к нему голову и целую.
— И я тебя, Алан, — шепчу сбивчиво, — люблю так сильно! Ах…
Эмоций столько, что я не выдерживаю. Глаза ослепляет вспышка, под кожей разрываются фейерверки. Содрогаюсь, а потом сама не замечаю, как оказываюсь снова на спине, а Алан на мне.
Снова входит, на этот раз медленнее, смотрит мне прямо в глаза, большими пальцами стирает слезы.
Моё тело еще не отошло от оргазма, я расслаблена, а внутри меня вулкан из нежности. Он рвется наружу.
— Что за рёва мне досталась? — поддергивает Алан беззлобно.
— Я не виновата, — оправдываюсь, обнимая его за шею и притягивая ещё ближе, хотя он и так весь на мне. Дышать тяжело, а мне мало.
— Знаю.
Склоняется и целует меня. Трепетно, жарко, долго. Доказывает свою любовь.
И доказывает её не просто поцелуями, а действиями.
Я и осознать не успеваю, как спустя несколько месяцев Алан делает мне предложение и выполняет первый пункт своего плана.
Свадьбу мы сыграли очень тихую и скромную. Не хотелось пафоса и наигранных улыбок от мало знакомых людей. Из гостей мы пригласили только самых близких — его родителей, Жерара, Фёдора, Татьяну, Наталью, Юлю, её отцы с девушкой, которую Юля, как оказалось, недолюбливает, и конечно, Матвея.