Идеальный рецепт на Новый Год (СИ)

Я растерянно запустила руку в волосы и наткнулась пальцами на вязанную повязку, подаренную Лерочкой. Поправила наощупь. Одёрнула полы куртки и, вспомнив о другом полученном сегодня подарке, запустила руку в карман и вытащила его на свет. На ладони переливался всеми цветами радуги волшебный клубок. Я мягко улыбнулась, нежно погладила кончиками пальцев непослушные нитки и бросила клубок на землю.
— Ну, веди.
Клубок исчез. А под ноги уже привычно легла тропинка. Впрочем, как тропинка… Здесь, в мире, прямо-таки дышащим сказочным волшебством, это была полноценная дорожка, по которой можно было идти вдвоём или даже втроём, если обняться. Я усмехнулась. Дорога уверенно вела прямо. Собственно, кто бы сомневался, что мне нужно именно туда.
Шаг, ещё шаг — и вот я уже уверенно иду по широкой тропинке в неизвестность. Над головой пронёсся одобрительный шелест листвы. Откуда-то слева раздалась песня кукушки. А я прищурилась, изучая местную флору.
На деревьях, несмотря на время года, действительно была листва. Но не сочная, а какая-то тусклая, почти серая. Хотя, возможно, дело не в цвете самих листьев, а в освещении — небо затягивали тучи, но и без них было несложно догадаться, что солнце стояло совсем невысоко. Впрочем, мир не спешил ни погрузиться во тьму, ни посветлеть, что вполне соотносилось с тем, что время здесь остановилось.
Вскоре — по внутренним ощущениям — моя прогулка стала менее приятной. Под ногами захлюпало, и я поняла, что от падения в болото меня если что не спасёт даже магия Нежданы. Оглядевшись, я мысленно проложила путь по торчащим в пределах тропинки кочкам и продолжила передвигаться прыжками. Ноги быстро заболели. И только сейчас я обратила внимание на собственную обувь.
Ну конечно же, на ногах красовались многострадальные полусапожки. Нет, ну правда, что мне мешало переодеть обувь? Вот, главное, сумку сменила, воду взяла, а про обувь и не вспомнила.
От ворчания меня отвлекла река. Передо мной раскинулось довольно широкое русло реки, которое чуть выше по течению вытекало из другого, гораздо более широкого, потока. Я сглотнула. Судя по всему, местность соответствовала рельефу моего любимого города, хотя ландшафт явно устарел лет на триста двадцать. То есть, сейчас я условно находилась на берегу Большой Невки в районе Сампсониевского моста.
Но радости от этого знания я не испытала. Какая уж тут радость, если тропинка уверенно выворачивала прямо в реку шириной не меньше двухсот метров и вновь появлялась на другом берегу. Конечно, происходи всё в современном мире, можно было бы просто спокойно перейти на ту сторону, но в моём случае данный вариант отпадал, потому что… Ну, потому что моста, увы не было.
Зато была лодка. Она мерно покачивалась на волнах, привязанная верёвкой к одному из тоненьких деревьев, окунавшихся корнями в воду. Я скривилась. Никогда не любила водоёмы. И плавать в них не любила — ни сама по себе, ни в лодках. Правда, однажды мы с Лерой и Серёжей взяли на Елагином острове напрокат катамаран, но вряд ли моё умение крутить педали могло мне сейчас помочь: плавать в лодке я не умела. Правда, оставалась надежда, что лодка окажется волшебной и просто переправит меня через реку, но если нет…
Впрочем, выбора всё равно не было. Пришлось спускаться к воде, что я и сделала, не забыв спрятать книгу в рюкзак, и цепляясь за все возможные кусты и тонюсенькие деревья. Кое-как добравшись до лодки, я облегчённо выдохнула. Поторопилась. Потянув за державшую лодку верёвку, я с ужасом почувствовала, как теряю равновесие. Меня повело вперёд, и я едва успела ухватиться обеими руками за тот самый ствол, к которому крепилась лодка. Но это не спасло меня от падения. Моя правая нога соскользнула и с плеском впечаталась в поверхность воды.
Я тут же дёрнулась, вытаскивая конечность — но поздно: в сапог уже залилась вода. Я зашипела и, балансируя на носочке, вытянула вперёд вторую ногу, цепляя лодку за борт и подводя к берегу. Осторожно уместила внутри обе ноги и, наконец, перенесла вес, отпуская деревце. Лодка угрожающе качнулась, и мне пришлось резко присесть, обеими руками вцепившись в бортики. Не хватало ещё полететь в воду целиком, вместе со всеми вещами и едва начавшим пополняться источником знаний.
 
Осталось придумать, как теперь на этой лодке плыть — мотора видно не было, и верёвки, перекинутой на тот берег, тоже. Но возможности хорошенько об этом подумать мне не дали. Пока я ловила равновесие, верёвка мягко отвязалась, и меня понесло по волнам, мерно покачивая и с каждой секундой всё сильнее отдаляя от берега. Я взвыла. Кажется, я только что отдала себя в руки суровым северным водам, обрекая на верную гибель. Вода в сапоге согласно всхлипнула.
Так. Стоп. Без паники. Наверняка для подобных случаев тоже существовал какой-то сказочный рецепт. Я перебрала в памяти все сказки с реками. В голову пришла только та, что с кисельными берегами. И, хотя пить здешнюю воду и есть землю категорически не хотелось, решила попытаться.
— Реченька, речка! — заголосила я жалобно. — Не губи ты меня! Позволь на тот берег перебраться!
Речка не отвечала, и я почувствовала себя круглой идиоткой. Но останавливаться не собиралась.
— Реченька, прошу, помоги мне перебраться на другой берег!
Ответом мне стало молчание. Я кисло оглядела русло реки. Лодка покачивалась уже почти на середине, так что до противоположного берега оставалось каких-то метров сто. Может, доплыву?
В голове пронёсся момент из детства, когда я, решив поплавать в озере, едва не утонула на расстоянии 30 метров от берега. Летом. В купальнике.
Может, и не доплыву… Что же делать?
Ещё один отчаянный взгляд — и я неожиданно для себя наткнулась на вёсла, тихо притаившиеся на дне лодки. Мысленно выругавшись на собственную невнимательность, я потянула вёсла в верх. Ну и как же ими пользоваться? Заметив на краях лодки углубления, попыталась приладить деревяшки к ним, погрузив широкой стороной в воду. А потом перехватила поудобнее и толкнула обеими руками. Лодка едва заметно дёрнулась. Я фыркнула и села поудобнее.
А дальше начался ад. Я толкала вёсла, мы делали гребок вперёд, я вытаскивала из воды концы, погружала в воду и снова толкала, постоянно подгребая левым, стараясь развернуть лодку. Очень скоро спина заболела. Ещё какое-то время я продолжала мучиться, а потом додумалась сесть спиной вперёд, и дело пошло лучше. И всё равно к тому моменту, когда я догребла до противоположного берега, тропинка давно скрылась из вида.
Умудрившись накинуть лямку рюкзака на торчащий корень поваленного дерева, я, наконец, смогла выбраться на берег и обессиленно повалилась на землю, раскинув в стороны руки. Болото нежно хлюпнуло, принимая мой вес, но мне было всё равно. Я прикрыла глаза и, кажется, отрубилась.
  
24. Волк
 
Не знаю, сколько я провалялась в отключке — скорее всего, нисколько, раз уж время здесь всё равно не идёт. Открыв глаза, я увидела над собой всё то же серое небо. Ветви деревьев с бесцветными листьями. Серую морду с чёрными глазами и белыми клыками.
Со вздохом прикрыла глаза и вновь распахнула, в панике уставившись на волчью морду. Резко дёрнулась назад, пытаясь выползти из-под мощного тела зверя. Правой рукой нащупала лямку брошенного рядом рюкзака и сжала покрепче, готовясь нанести удар по затылку животного, но не повезло.
Левая рука провалилась вниз, разрывая тонкий слой мха. Я судорожно выдернула конечность, снова падая на спину. Ладно, план Б. Сумка оказалась прижата к груди, теперь выступая в качестве преграды между мной и зверем. То есть, теперь целью стало не оглушить, а напугать. Мол, смотри, жертва не так уж и беззащитна, как ты думаешь. Согласна, рюкзак для этой цели подходил не очень, но что поделаешь. Оказавшись один на один с волком в лесу, выбирать не приходится. Вряд ли зверь позволит мне заглянуть в сумку и поискать среди содержимого что-то более подходящее. Например, тот самый пробник с духами.