Идеальный рецепт на Новый Год (СИ)
Но ненадолго. Словно противясь моему решению, на экране зажглась фотография Геннадия Юрьевича со значком входящего вызова, а телефон отчаянно завибрировал. Я криво улыбнулась, глядя в глаза серьёзному, собранному мужчине, которым начальник выглядел на фото.
— Что за Геннадий? — сдавленно спросил Волк, покосившись на экран.
— Мой шеф, — ответила я и решительно смахнула вызов. После чего перешла в соседнюю вкладку и спокойно набрала Леру. Лично для меня сейчас важнее было переодеться в нормальную, не испачканную кровью, одежду, чем разобраться с начальником.
Подруга подхватила трубку уже после первого гудка.
— Боги, Лоран, ты в порядке? — прозвучал её обеспокоенный голос в трубке, а я рассмеялась. Просто очень рада была слышать подругу. И ещё сказывалась эйфория от того, что впервые за годы работы сделала не то, чего от меня ждал начальник. Казалось бы, сбросить вызов — маленький шаг для человека, зато огромный для всей моей забитой жизни.
— В полном, — ответила, отсмеявшись.
— Интересная реакция… — пробормотала Лерочка. Но тут же спохватилась. — Родная, тебя тут коллеги потеряли. Даже на меня каким-то образом вышли. А ты трубку не берёшь… — Она всхлипнула. — Напугала ты меня. Вот как так можно?
Я прикрыла глаза. Столько искреннего беспокойства было в голосе Леры, что я к такому оказалась даже не готова.
— Со мной всё хорошо, — сказала сдавленно. — Прости, что напугала.
— Ты едешь домой? Мы сможем увидеться?
— У тебя же свидание? — удивилась я.
— Да какое тут свидание! У меня же подруга пропала.
— Ты отменила планы на вечер? — изумилась я. — А как же твоя бариста?
— Не то, чтобы совсем отменила, — вздохнула Лера, — но поставила на внушительную паузу. Сказала, что позвоню, если что-то изменится.
— Тогда звони скорее, — потребовала я. И осеклась, вспомнив о своей просьбе. — Кстати, скажи, ты сейчас случайно не дома?
— Дома. А что, тебе что-то нужно?
Я кивнула. А потом вспомнила, что подруга меня не видит, и ответила:
— Нужно. Скажи, у тебя же есть запасной ключ от моей квартиры?
— Есть. А что случилось?
— Ты могла бы зайти ко мне и взять чистую одежду? А я подъеду к какому-нибудь метро и её заберу — боюсь, что домой не успею зайти.
— Конечно, — заверила Лена. — А какая именно одежда?
Я отодвинула полу парки, насколько позволял пристёгнутый ремень безопасности, и критично осмотрела окровавленный свитер и всё, что ниже. Джинсам тоже досталось — по правой штанине шла дорожка побуревших капелек. Это можно было списать это на специфичный дизайн, но само ощущение того, что я испачкана в чужой крови, пусть и коровьей, заставляло чувствовать себя неуютно.
— Всю, — ответила твёрдо. — Футболку, свитер, джинсы.
— Шапку попроси, — встрял Волк. — Или косынку какую-то.
Я вскинула руку к волосам и едва удержалась от стона. Ну, конечно. Лицо-то я вытерла, а вот волосы до сих пор были испачканы в слипшейся крови. Особенно в районе затылка, по которому меня огрела Виталина.
— Кто у тебя там? — оживилась подруга? — Это Серёжа?
Я искоса взглянула на мужчину, и наткнулась на ироничную улыбку. Закатила глаза и перевела на громкую связь.
— Лера, привет, — поздоровался Волк.
— Здравствуй, Серёжа! — оживилась подруга. — Прости, что утром тебя не узнала.
— Ничего страшного. Я привык, что старые знакомые меня не узнают.
«Правда?» — спросила одними губами. Это показалось странным — когда мы впервые увиделись после долгого перерыва, я узнала его сразу. Впрочем, как и он меня.
— Поверить не могу, что вы с Лоран встретились спустя столько лет! Думаю, это судьба…
— Скажи, куда подъехать за одеждой, — оборвал её Волк. — Мы сейчас на трассе, едем с Московского направления, и будем в городе примерно через час.
— Поняла, — тут же подобралась подруга. — Перезвоню через пять минут.
Я отключила вызов, и в машине повисла тишина. Жаль, продлилась она недолго.
— Так этот амбал и есть тот несуразный мальчик, который бегал за тобой в школе? — раздалось с заднего сидения, и я едва не подскочила от неожиданности. А потом осознала, что именно Кондратий только что сказал.
— Да как вы?.. — выдохнула я и взглянула на Волка, ощущая, как к лицу волнами приливает жар.
— Слышал ваш разговор в электричке, — пояснил леший. — У твоей подруги очень громкий голос.
Волк заинтересованно хмыкнул, не отрывая взгляд от дороги.
— Вероятно, у мальчика совсем не было яиц, раз за столько лет он так ни разу и не признался, — продолжил леший. — Он просто жалок.
— Боже, — прошептала я, закрывая руками лицо. А через миг резко отняла руки и выпрямилась, пристально глядя в зеркало заднего вида. Кондратия там видно не было, но мне почему-то казалось, что так мои слова звучат более весомо. — Это неправда, понятно вам? Лера просто неправильно всё поняла.
— Это правда, — возразил Волк. — Я действительно был в тебя влюблён в школе.
Я обернулась к нему, раскрыв рот от изумления. Внутри боролись желание спрятаться подальше и желание узнать побольше. И в тот момент, когда с моих губ уже было готово сорваться максимально неудобное «А сейчас?», вновь зазвонил телефон.
Я не глядя приняла вызов и поднесла телефон к уху, ожидая услышать Лерин голос.
— Ну как, идёшь на свидание с красоткой? — спросила машинально.
В трубке повисла напряжённая тишина. Я нахмурилась. И едва не вскрикнула, когда услышала в трубке мужской голос:
— Это, Глория Александровна, вас никак не касается.
— Геннадий Юрьевич? Д-добрый вечер.
Выругалась про себя: голос дрогнул против воли. От неожиданности, а ещё от того, что поняла: сейчас будут бить. Исключительно морально и исключительно ногами. А шеф, услышав неуверенность, явно ощутил себя в своей стихии.
— Всё верно, Глория Александровна. Сейчас вечер. А вы должны были прийти на рабочее место утром.
— Но я не…
— Из-за вашей безалаберности мы сегодня упустили двух крупных клиентов.
Я недоуменно мотнула головой: что за клиенты вообще приезжают подписывать договор 31го декабря? Или он меня так пристыдить хочет?
— Разумеется, — продолжал шеф, — всю упущенную прибыль я буду вынужден вычесть из вашей зарплаты за следующий месяц.
— А вы не слишком ли офигели?
Сказала, и только потом поняла, что и кому именно. Испуганно ойкнула, мысленно сжалась… а потом почувствовала, как меня с головой накрывает злость. Да что он о вообще себе возомнил? Как смеет снова вешать на меня всех собак?
— Я прошу прощения? — почти ласковым голосом осведомился шеф. О, я знала этот тон! И в обычный день он вызвал бы у меня панику. В обычный день, но не сейчас.
— И я вам его не дам, — прошипела я, недобро сузив глаза.
— Что? — задохнулся мужчина. — Глория, ты вообще понимаешь, кому сейчас хамишь?
— Понимаю. Человеку, который всегда, во всех ситуациях, делает крайней меня, даже не пытаясь разобраться в причинах. Я работаю за троих, затыкаю все дыры, выполняю работу, не входящую в мои прямые обязанности, а вы мне за это даже премию не выплачиваете?
— Что вы такое говорите! Вы получили выплату перед новым годом!
— Это были мои отпускные, — процедила я, и протяжно выдохнула, прикрыв глаза и вмиг осознав, что так продолжаться больше не может. Просто не может. Я работаю за копейки, перерабатываю, делаю всё и за всех… И, несмотря на это, меня совершенно ни во что не ставят. И, в общем-то, правильно делают, потому что я сама отношусь к себе точно так же, раз оказалась в подобной ситуации. И пришла пора это заканчивать.
— А теперь послушайте меня, — шеф словно очнулся, и его голос звучал поистине угрожающе. Вот только страха у меня уже не было. — Вашу сегодняшнюю выходку я вам простить не могу. За это вам придётся выйти на работу в праздничные дни.
— У меня отпуск, — возразила устало.
— Ваш отпуск окончен, — отрезал шеф.
— Не имеете права.
— Переживу. А вам, если хотите сохранить работу…