Шурочка и Вася в древнем городе (СИ)

– Следуйте за мной, девы. Будьте гостями под моим кровом. – Флавий развернулся и пошел по проходу к выходу из лазарета.
По ошеломленному злому лицу целителя, Василина поняла – такое предложение эти стены не часто слышали. Потапова подтолкнула Васю, поторапливая, но что-то мешало девушке просто уйти, пока её не осенила внезапная догадка – Александрий остаётся здесь наедине с ранеными. Кто знает, что может прийти в голову озлобленному и обиженному целителю?
– Уважаемый легат! – громче, чем следовало, воскликнула Василина. – Подождите, пожалуйста!
Флавий поморщился, но остановился, дожидаясь Василину.
– Говори, дева.
– Вы не могли бы приказать организовать здесь пост охраны? Я думаю, что раненым нужна дополнительная защита.
– Зачем? – легат нахмурился.
– На всякий случай, – Василина скромно потупилась. Сказать прямо о своих подозрениях она стеснялась, да и как вот так взять, и опорочить человека? Может, он и не думал ни о чём таком..
Зато Потапова моментально поняла Васины сомнения, спохватилась, сгребла все свои медикаменты, разложенные до этого на лавке, и спрятала их в рюкзак. С подозрением посмотрела на Александрия и обратилась к легату.
– Охрану всё-таки выставьте. А то мало ли… У вас тут проходной двор. Зайдет кто-нибудь с нехорошими намерениями и навредит бойцам.
– Кому?
– Раненым. Им много не нужно, уважаемый легат. Дадут плохой воды или не ту травку, и всё… Привет Аиду!
Флавий, наконец, понял, о чём толкует Саша, многозначительно косясь на обиженного целителя.
– Вы что это хотите сказать? Александрий никогда не навредит воинам!
Легату, похоже, мысль о возможном злонамеренном отношении лекаря к больным, даже не приходила в голову, более того, – такое кощунство его сильно разозлило, о чём свидетельствовал медленно меняющийся цвет лица высокого начальства.
– Как знать… – пожала плечами Потапова. – Но охрану, на всякий случай, всё-таки не пожалейте. У вас, кстати, один брат?
Флавий окончательно побагровел, а виновница его состояния предусмотрительно спряталась за спиной подруги. Не сказать, чтобы это было самое надёжное убежище, но у Василины имелось дарованное природой преимущество в виде больших голубых глаз и аккуратных пухлых губ, и девушка немедленно состроила самое трогательное и невинное выражение лица, на которое была способна. Этот приём не раз ее выручал в сложных ситуациях, связанных со спорами с мужчинами. Даже самые заядлые скандалисты и грубияны терялись при виде взгляда новорожденного оленёнка. К чести Василины, – она терпеть не могла прибегать к такому способу решения проблем и обращалась к женским чарам лишь в крайних случаях. А Флавий, видимо, никогда с таким девичьм коварством не сталкивался и, потому, растерялся. Несколько секунд он стоял столбом и не мог отвести взгляда от наивных незабудковых глаз и чуть приоткрытых губ. За спиной у Васи сдавленно кашлянула Потапова, и Флавий, отреагировав на этот резкий звук, вздрогнул и очнулся.
– Я выставлю охрану, – севшим голосом пообещал легат, развернулся и так припустил к выходу, что девушки еле догнали его.
– Сашка, перестань доводить мужика. Я, вообще, в шоке, что он нас не прибил на месте. Мы же не у себя, тут у людей совсем другой менталитет. Не положено женщинам рты без высочайшего дозволения открывать, и, тем более, спорить и пререкаться с мужчинами.
– Ага-ага! Ещё скажи – в чадру замотаться и помалкивать, а этот горе-целитель, тем временем, назло нам парочку раненых угандошит!
В принципе, Василина была согласна с подругой, ведь мысль о безопасности раненых пришла именно ей, но методы Потаповой всё-таки вызывали у неё вопросы. Можно же как-то мягче всё это преподнести бедному, замороченному на вид, легату.
А Сашка, хоть и хорохорилась перед подругой, но что-то поняла и сменила тактику. Может и не всё потеряно, если в закромах у неё нашёлся инстинкт самосохранения?
– Уважаемый легат, мы же сейчас к вам в гости идём? Не могли бы вы бежать чуть помедленнее? Мы не успеваем… – жалостливо попросила Потапова, и, видя, что мужчина после её слов замедлился, добавила: – Спасибо. А то бы мы потерялись в вашем славном городе…
   
Глава 7
 
Утром Василину разбудила необычайно деятельная для такого времени суток Саша. Ну, как утром, – практически на рассвете.
– Саш, ты чего подорвалась в такую рань? – Васино недовольство Потапову совершенно не задело и она бесцеремонно подняла мечтающую выспаться подругу, отобрав хилую то ли циновку, то ли покрывало, служившее Василине одеялом.
– Я хорошо подумала над твоими словами.
– Какими именно?
– Насчёт того, что нужно не доводить легата, а попытаться с ним подружиться.
– Когда я такое говорила?
– Так вчера!
– Ничего подобного! Я такого не говорила и даже не думала..
Но Сашку уже было не остановить и Василине пришлось вставать и умываться, выслушивая попутно "чудесный" план подруги.
– Мы, Вась, в своем современном мире совершенно забыли простые истины, и сейчас самое время их вспомнить. Мне бабуля все детство талдычила – путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! А я что?
– Что? – Василина закончила "облачаться" в заботливо предоставленный вчера слугами Флавия свежий хитон и достала из рюкзака походную расческу.
– А я, подруга дней моих суровых, совершенно забыла об этом простом, но подтверждённом сотнями поколений, правиле и сделала ставку на внешность. Но то, что хорошо в нашем времени, не факт, что будет работать в этом. Тем более, я слышала, как вчера слуги шептались о нас с тобой. У них, представляешь? – волосы красят только блудницы!
Потапова возмущённо встряхнула своими розовыми прядями и уставилась на Васю в ожидании поддержки. Василине же с утра совершенно не хотелось разруливать проблемы подобного толка, поэтому она лишь сочувственно вздохнула и занялась своей шевелюрой.
– Ты готова? – Саша едва дождалась, пока Василина отложит расчёску.
– К чему?
– Как к чему? Ты меня совсем не слушала? Пойдём готовить завтрак легату. Сытый мужик – добрый мужик. Да и я, если честно, уже не могу жевать их еду, хочется чего-то нормального.
– Так бы сразу и сказала, – хмыкнула Василина. – А то, видите ли, у неё легат голодает. Вон он какой здоровенный, явно его хорошо кормят.
На кухне в такую рань обнаружилась только совсем юная девица, лет тринадцати на вид. Она с самым разнесчастным видом (и Вася её отлично понимала) разводила огонь в очаге. При виде незваных кухонных гостей, девица выронила охапку сухих веток и испуганно прижала ладошки к груди.
– Не бойся, мы свои, – кивком поприветствовала девушку Потапова и уселась за большой и очень тяжёлый на вид стол. – Флавий во сколько встаёт?
– Ув-важаемый легат? – с благоговением переспросила девушка.
– Легат-легат. Так когда он завтракает?
Девчушка выглядела сбитой с толку и долго не могла понять, чего от неё хочет Саша. С горем пополам выяснили, что хозяин дома редко завтракает здесь, и сразу после того, как проснётся, уходит в казармы или ещё по каким делам.
– А его семья? Жена, детишки?
– Уважаемый легат ещё не получил благословения Геры и не привёл хозяйку под свой кров.
– Ну ясно… Бобылём живёт, – вынесла вердикт Потапова и потребовала у девушки, назвавшейся Димитрой, показать, где тут у них хранятся продукты.
Димитра провела подруг в большую кладовую с подполом, где Саша долго ковырялась среди кувшинов, корзин и прикрытых промасленными тряпками мисок, пока не нашла нужное.
– Ну-ка, помогайте! – вскоре Димитра, Вася и затейница Потапова нагрузились свёртками под завязку. Василине даже пришлось придерживать подбородком большой кувшин с маслом, иначе он бы точно вывалился и разбился, перебудив шумом дремлющих обитателей дома.
 
Саша разложила добычу на кухонном столе и задумалась, оценивая состав и количество продуктов.
– Димитра, а молоко у вас есть?