Будешь Борзовой! (СИ)
— Сама разблокируй, дата твоего рождения, — заявил Борзов.
— Моего? — если с паролем ещё можно было смириться ведь с Аней у нас одна дата рождения, то с моей фотографией точно нет, представляю, что чувствовала сестра, если видела моё фото на телефоне своего мужа.
— Именно твоего, исключительно твоего, — подтвердил Борзов, устало потягиваясь, попутно положив руку мне не плечо.
Сбросила её немедленно.
— Теперь понятно, почему Анька от тебя сбежала. Я бы тоже сбежала. — огласила свои мысли вслух, хотя и не собиралась.
— Ты бы не сбежала, — с рьяной уверенностью заявил Борзов.
— С чего такая уверенность? В лепёшку бы расшиблась, но сбежала!
Не стала говорить, что непременно это сделаю, только подготовлюсь получше, усыпив бдительность этого психа.
— Неа, — уже веселясь спорил Борзов.
— Да иди ты к чёрту! — отвернулась от него и разблокировав телефон, набрала по памяти мамин номер.
У Борзова был оказывается подписан как Тёщенька.
Отлично! Как всё объяснить родителям я понятия не имела, пока могла, хотела дать информации лишь по минимуму.
Мама сразу ответила на звонок несмотря на то, что у них было часов пять утра и судя по тому, какой она была взволнованной я поняла, что блядун Серёжа до неё уже добрался. Когда разобрались с ней что я это я, а не Аня, на меня посыпались вопросы, почему я в Москве, и кто же тот негодяй, который сломал бедненькому Серёженьке нос дверью.
То есть этого мудака не волновало, куда я делась, а вот за свой нос он очень переживал.
Видимо, муженёк блядун не успел разглядеть Борзова, что для меня было лучшим развитием событий.
— Мама, а ты лучше у этого мудака поинтересуйся, за что ему нос сломали, — предложила ей, но не смогла молчать, — Я его застала дома, когда он шлюху шпилил на моём новом диване!
— Что?! Как? Этого не может быть! Полина! — пережидая потоки маминых переживаний, я сосчитала до ста секунд за тридцать.
— Он что у вас дома сейчас? Мама, выставите его за дверь и протрите всё к чему он прикасался спиртом, а лучше выбросить. Неизвестно, какой сифилис он на себе таскает после своих шлюх! Я перезвоню! — сбросила вызов и швырнула телефон в Борзова.
Опустила голову уперевшись лбом в колени. Хотелось блевать и орать от отвращения к самой себе, потому что та шлюха, то, как этот ублюдок её трахал, после увиденного я бы не поверила, что это было в первый раз.
— Водички? — поинтересовался Борзов, пихая мне бутылку.
— В жопу себе её засунь, — выдохнула устало, если бы не Камилла, давно бы расцарапала Борзову его ехидную рожу, если бы он не появился в моей жизни...
— Обязательно засуну, только не себе и не бутылку с водой, — ответил Борзов, проводя пальцем по поясу юбки, так что мне пришлось выпрямиться и сесть нормально.
— Уф! — прокомментировал мой взгляд, обращённый к нему, закусив губу.
Похотливый одержимый психопат!
Много чего хотела ему сказать, но этому психу отвечать себе было дороже, а игнор его бесил. Я чувствовала это. С каждым километром что мы проезжали в гробовой тишине, обстановка в салоне авто становилась гнетущей. Даже дышалось с трудом. Я и так была не айс, а к дому Борзова подъехали вообще выжатым лимоном, где меня ждало очередное испытание.
Ещё через кованный забор увидела племянницу, гуляющую с няней во дворе дома, Борзов схватил за запястье, привлекая моё внимание к себе.
— Она маленькая и всё равно ничего не поймёт, но если ты ей что-то скажешь... не то... — синий взгляд Борзова источал угрозу и я не выдержав этих гляделок отвернулась.
— Я не скажу ничего, но она сама может понять, что я не её мама.
— Аня твоя копия, так что Камилла не поймёт, — уверенно заявил Борзов, покидая салон машины, остановившейся во дворе дома.
Камилла бросилась к нему на руки, но заметив в машине меня, потянула маленькие ручки ко мне. У малышки не было радости, началась самая настоящая истерика. Когда я выбралась из машины и Борзов передал её мне снова пронзив предупреждающим взглядом. Камилла обхватила меня руками и ногами так крепко, что сердце сжалось от тоски. Она плакала, кричала мне на ухо мама-мама и я не знала, что мне с этим всем делать. В растерянности шагнула к Борзову, он всё же отец, пусть что-то делает чёрт его дери!
Приобняв меня за плечи, он повёл нас в дом.
— Что мне сделать, чтобы она перестала плакать? — спросила у него уже паникуя, ведь малышка лишь сильней заливалась, а я даже детей толком на руках никогда не держала.
— Пойдём в детскую, ляжешь с ней вместе на кровать и там она быстро успокоится.
Борзов так убедительно говорил, что я послушно пошла за ним. На кровати полежать несложно, лишь бы помогло.
глава 3
— Заяц мама вернулась и больше не уйдёт, не плачь. А давай маме твою новую куклу покажем? — предложил Борзов Камилле, когда мы зашли в детскую, от его слов малышка вцепилась в меня ещё крепче и зарыдала громче, за это не удержавшись толкнула Борзова, смерив злым взглядом.
Только кулак отбила об этого каменного дьявола.
— Что? Поговори с ней тогда сама, — шепнул он, указывая на кровать и показывая свою беспомощность.
Нда, надо было не делать вид в самолёте и в машине, что его не существует, а хоть как-то подготовиться ко встрече с племянницей, узнать, что она любит.
— Не плачь моя хорошая, мама рядом, больше никуда, никуда не уйду. У мамы просто были дела и ей пришлось отлучиться, — лепетала я, нежным голоском, сев на край кровати и крепко прижимая малышку к себе.
— Мама! — с плачем отвечала Камилла, заливая мою шею бесконечными слезами.
— Угу, ну всё-всё, не плачь моя хорошая, — автоматически начала укачивать крошку, раскачиваясь сидя на кровати, прислушиваясь к тому, как Камилла медленно успокаивается.
Борзов показал мне класс и свалил за дверь.
Успокаивая малышку, я шарила взглядом по комнате ища за что бы ухватиться, чтобы отвлечь племянницу, чтобы она успокоилась. Всё было завалено игрушками, даже качели были и горка прямо в комнате, но у стены стоял детский туалетный столик.
— Давай волосики заплетём? — предложила малышке, поглаживая её по густым, но растрёпанным волосам.
— Да, — всхлипнув, согласилась Камилла и впервые отпрянула от моей шеи, так что я смогла утереть слёзы с опухшего личика.
— Гномик мой сладкий, — ткнула кончиком пальца в красный от плача вздёрнутый носик, — Пип! — изобразила гудок, и племянница неуверенно рассмеялась, после чего снова обняла меня уже без плача.
Она элементарно боялась, что я уйду и не хотела меня отпускать.
— Всё хорошо милая, мама рядом, будем всегда-всегда вместе, — лила в уши ребёнка сладкую ложь в то время как сердце буквально кровью обливалось.
Когда Аня найдётся, не дай бог она не сможет логично объяснить своё исчезновение.
Тогда я лично отвешу ей оплеух!
глава 4
Полина
Провела с Камиллой несколько часов. Была рядом до тех пор, пока малышка просто не отрубилась от усталости, даже не допив молоко из бутылочки, которую принесла для неё няня. Поправило одеяло, убрала бутылочку, и лишь убедившись в том, что Камилла больше не проснётся, смогла выйти из детской, а на часах уже был первый час ночи.
— Поужинаем? — спросил Борзов, выскочив из-за угла коридора словно чёрт из табакерки.
— Поджидал меня, что ли? — хотела добавить, что он маньяк, но мне нужно было хоть что-то узнать про сестру, да и Борзова такая моя реакция скорей порадовала бы чем расстроила.
— Нет. В детской камеры, я знал, что ты освободилась и шёл за тобой. Так что? Поужинаем? — «порадовал» тем, что следил за мной.
— Есть не хочу, а вот выпить не откажусь, — голова гудела от усталости и потрясений за прошедший день так, что я уже знала наверняка, без бокала хорошего вина мне не уснуть.