Мама, это ты? (СИ)

Собственно, глупая претензия, ведь позже мы дали бал в честь нашей свадьбы, дабы представить всем Катерину. Там-то Нина и блеснула нарядами да фамильными драгоценностями. Заодно стервозность выгуляла, правда, в рамках приличий, скандалов не устраивала.
М-да, дела...
— Самое удивительное в этом ворохе дел, что тот же Ногин, совершив тьму преступлений, попался на банальном нападении на девушку, — покачал головой майор Терлеев. — Причём спонтанном. Средь бела дня ему вдруг приспичило «развлечься». Отметить удачно выполненный заказ.
— Какой именно? — тут же встрепенулся я.
— Это секретная информация, вашей семьи не касается, — развёл руками майор.
Что ж, он прав. Спасибо ему и на том, что поделился хотя бы частью материалов. В конце концов, я не из их департамента, чтобы меня посвящать в каждую мелочь. Но сотрудничать мы точно будем. И начнём прямо сейчас.
Обсудим план моих действий. Стратегию…
Глава 24. Сёстры бывают разными
Княгиня Катерина Репнина
После того, как Олег ушёл, мы c Алевтиной и детьми решили прогуляться. Далеко уходить не стали, нам вполне хватило сада вокруг дома. Взяли с собой всех: Акиту, Смуфрика (он как раз проснулся и принялся пищать насчёт еды), даже кот пришёл! Правда, собака на него тут же принялась лаять и попыталась цапнуть за хвост, но и кот не растерялся – запрыгнул мне на руки и ядовито зашипел. Хорошо, что у меня руки были свободны, химерёныша взяла Людмила.
— Надо же, кота не любит, а к малышу вполне лоялен, — заметила Алевтина.
Акита действительно очень спокойно отнёсся к Смуфрику, максимум, что он себе позволял – это посмотреть издалека.
— Так это же химера, она магическая! — воскликнул Павлуша. — Знаешь сколько в нём силы? У-у!
Я с любопытством посмотрела на сына. И откуда он это знает? Малыш ведь. К тому же, кроме инструкции по уходу, мы ничего не успели им ни рассказать, ни дать прочитать.
— Мама, ну ты что, он ведь сам всё показывает, — укоризненно покачала головой Людмила, увидев мою удивлённо приподнятую бровь.
А потом демонстративно погладила Смуфрика по хохолку.
— То есть вы с ним уже общаетесь? — Надо же, какие они талантливые!
Насколько я помню, наладить с химерой телепатический контакт может только одарённый и в то же время чистый душой человек. Хотя, чего это я? Мои дети имеют огромный магический потенциал, благо, есть в кого. Ну а чистая душа – это и без того понятно. Дети же, пусть и слегка избалованные, но невинные и добрые.
— Конечно, он пусть и маленький, но не дурак! — В голосе Люды звучала такая гордость, словно это её личная заслуга. — И вообще красавчик, можно он будет жить у нас в комнате?
— Пожалуйста – пожалуйста – пожалуйста! — завопил Павлик, подпрыгивая на одной ноге.
В такт ему прыгал и пёс, взрыхляя газон когтистыми лапами. И оглушительно лаял. Еле сдержалась, чтобы не зажать уши – кота пожалела. А то выроню ещё, Акита его знатно потреплет, хотя… судя по воинственно встопорщенной шерсти, кот свою жизнь дорого продаст. Поэтому держу себя и его в руках. Тренирую терпение.
— Во-первых, этот вопрос будем решать вместе с папой, — твёрдо начала я. — Во-вторых, будете так громко вопить, ничего решать вообще не будем. Потому что я оглохну, и ничего не смогу услышать.
— Но говорить-то сможешь? — тут же сбавил тон Павлуша.
— Смогу, но что мне говорить, если я никого не услышу?
— Вот блин…
— Павлуша, что за выражение? — сморщила носик тётушка. — Ты же будущий князь!
— Не хочу быть князем, — неожиданно резко возмутился сын. Даже ножкой притопнул. — Хочу быть кругосветным путешественником! Хочу объехать весь мир, потом облететь, а потом и обплыть.
— Какие грандиозные планы, — изумилась я. — Но только одному нельзя, напарники нужны.
— Конечно! — У Павлуши был такой серьёзный вид, что я еле сдержалась от смеха. — Во-первых, Люда тоже хочет, правда же?
— Хочу! — твёрдо кивнула дочка.
— Акита, Смуфрик и вы с папой.
 
Я не выдержала и некультурно хрюкнула от смеха. Какие у него забавные фантазии! Особенно умилила очерёдность тех, кого он собрался взять с собой: сначала животные, потом мы.
— Чудесно, но для начала нужно вырасти и многое узнать, — с улыбкой выдала Алевтина. — Математику, физику, навигацию, правила хорошего тона тоже нужны, мало ли, с кем придётся встретиться.
— Навыки для выживания опять же, — вторила ей я. — Как поставить палатку, развести огонь, приготовить еду, предварительно её добыв.
Ребёнок откровенно растерялся. Судя по лицу, он явно хотел с нами поспорить, но получалось лишь хлопать глазами и открывать да закрывать рот. Видимо, не мог определиться, какую мысль высказать первой.
— Но, мама, вы же будете с нами, — резонно возразила Люда.
В отличие от братца, она мыслила более конкретно.
— Мало ли что может случиться: руку кто-нибудь поранит или ногу. Нужно уметь всё, чтобы не попасть впросак, — возразила я.
— Да, такая ушлая девица, как ты, точно впросак не попадёт, — раздался чей-то язвительный голос.
Мы дружно обернулись. Алевтина нахмурилась, собака залаяла, кот зашипел, химера поглубже закопалась в ладошки Людмилы, чтобы её не заметили. Павлуша, видя такую реакцию, встал перед сестрой, чтобы загородить её руки. Мало ли, вдруг их прелесть заметят? Хуже того – отберут! И только я не сразу поняла, что это за дама. Голова почему-то не хотела её вспоминать, хотя я чувствовала, что мы знакомы.
Довольно высокая, полноватая женщина с идеальной укладкой, макияжем и в кричаще дорогом платье стояла посреди дорожки. Всем своим видом она показывала, какие мы ничтожные твари. Особенно надменным выражением породистого лица.
Нет, и где я её видела?
— Вот видите дети, что случается с теми, кто не хочет учиться правилам хорошего тона, — нравоучительно-иронично проговорила Алевтина.
— Какой может быть хороший тон с выскочкой, которая надоумила детей называть себя мамой, на деле являясь всего лишь служанкой? — плевалась ядом незваная гостья.
Лицо её скривилось, глаза полыхали ненавистью.
— Нет! — вскрикнула я, видя, как дети в едином порыве открыли рты, что просветить её, кто я есть на самом деле.
Удивлённо моргнув, они оба замерли, вопросительно глядя на меня. Я приложила палец к губам, показывая, что это наш секрет, и не стоит его выдавать какой-то вредной тётке, а потом меня осенило.
Так это же сестра Олега – Нина! Княгиня Урусова. А ещё такая паскуда, что просто слов нет. Свадьбу мне подпортила, к детям моим презрительно относилась и вообще… стерва!
— Да, мой братец падает всё ниже и ниже, — продолжила лить грязь незваная гостья. — Сначала он связался с недоаристократкой, теперь и вовсе с простолюдинкой.
Оставалось только удивляться её осведомлённости. Откуда она узнала, что у нас с Олегом отношения куда более близкие, чем хозяин и служанка? Неужели в доме крыса? Вроде не должно быть, все клятвы давали о неразглашении, тогда как?
Я взглянула на Алевтину, на её лице было написано такое же удивление, как и у меня. И, в отличие от меня, она молчать не стала.
— Что, сплетни по углам собираешь? — ехидно выгнула бровь княгиня Козловская. — Стала истинной Урусовой, я смотрю.
— Святой отец, которого братец пытался давеча уговорить на скорое венчание, выразил беспокойство, — продолжала разливаться желчью Нина. — Он ведь наш семейный духовник, радеет за нас. Зря ты Олегу потакаешь во всём, к добру это точно не приведёт. И так настрогал полукровок, а если ещё и от этой заведёт, позор нашему роду. Кровь совсем разбавится.
Что? Она это сказала вслух? При детях? Или у меня галлюцинации?
— Думай, что говоришь, княгиня, — осадила её Алевтина, особо выделив последнее слово. — Мало тебя в детстве пороли, много дури осталось.
И только я собралась сказать слово в защиту детей, как Людмила меня опередила.