Избранная-фальшивка для Короля (СИ)
Я сделала шаг вперёд и немного повернулась — так, чтобы видеть и разноцветную толпу, и Короля.
— Когда я узнала о том, что могу помочь Его Величества Эйрика Первому в столь нелёгком деле, ни секунды не медля, согласилась…
Речь текла плавно и привычно, с остановками в нужных местах. Я смотрела на людей, которые слушали её и искусно делали вод, что верили, и старалась ни о чем не думать, но к горлу то и дело подкатывала тошнота. Не от волнения, а от слащавости и праведности речи.
— Я всей душой хотела искупить вину, возложенную на меня самой природой — доказать, что любой живущий — даже тот, кто наделён магическим даром — может разделять идеалы равенства…
Сказала и голос не дрогнул, хотя этот отрывок речи мне давался труднее всего. Какая ещё "вина, наложенная природой?". Какое ещё равенство — в стране, где за магию убивают, хоть вины обладателя силы в этом нет?!
**
Дальше — гораздо проще. Про благодарность за столь щедро предложенную возможность, за признание моих заслуг, и всё это с бесконечными словесными реверансами в сторону правителя, в котором сейчас я не видела ни тени знакомого мне Эйрика.
Я смотрела в его холодное лицо-маску, на вежливую улыбку в ответ и надеялась, что после того, как этот спектакль закончится, я снова увижу его хитрый прищур, услышу шёпот в волосы — такой же, какой слышала в последние несколько ночей.
— Я буду с честью нести возложенные на меня обязательства Хранительницы и сделаю всё необходимое, чтобы и впредь в Королевстве царил мир и свобода от тирании магов.
Я склонилась перед королём в том самом сложном реверансе, он кивнул и откуда-то из-за моей спины разодетый в красный фрак паж, похожий на молодого петушка, вынес белую подушку. На ней лежал кинжал. Его простоту скрывали позолоченные ножны, ремень которых украшала тонкая вышивка в форме древних символов. Приглядевшись, я разгадала в них ту самую фразу, которую мы нашли под водой в руинах.
Герольд аккуратно застегнул ножны на моей талии, грянули аплодисменты, от которых зазвенело в ушах, я склонилась ещё раз и отступила на шаг назад. Теперь настала очередь Его Величества шокировать благородную публику.
Король выступил вперёд, и я с трудом сдержала дрожь, глядя на него — холодную каменную глыбу. Только сейчас я поняла, насколько титаны отличаются от других разумных рас. Насколько мощнее их тела и насколько холоднее чувства. Сейчас не верилось, что этот самый Король обнимал и целовал меня прошлым вечером, что его горячее лежание обжигало шею, а голос — хрипловатый и нежный — вызывал дрожь наслаждения, а не мороза по коже.
Предавшись воспоминания, я упустила момент, когда Король объявил о намерении жениться на мне. Уловила лишь конец фразы:
— … ты согласна? — и увидела протянутую мне раскрытую ладонь.
— Для меня большая честь, — я снова присела в ненавистном реверансе и подала Его Величества руку.
Мы едва соприкасались пальцами, но и этого хватило, чтобы меня бросило в жар. Как всегда его прикосновения помогали мне понять, что я не сплю, что реальность именно такова, какой я её вижу.
Мы повернулись к толпе. Придворные ошарашенно молчали. Никто не посмел выразить возмещения, но и безудержной радости явно ожидать не стоило.
Я обвела взглядом головы и пышные наряды. Взгляды из-под густых челок, шляпок и высоких причёсок отвечали мне бесконечным недоумением.
Выдержав должную паузу, герольд первым поздравил Его Величество с "радостным" событием.
Я отошла в сторону, чтобы не сливаться с толпой, окружившей Короля, и уже оглянулась, прикидывая, как бы незаметно сбежать с этого победного праздника, но несколько придворных дам с широкими улыбками, будто приклеенными к лицам, уже спешили подойти и ко мне.
— Хранительница, для нас большая честь…
— Хранительница, вы так очаровательным, вам так идёт бежевый…
Я едва успевала отстреливаться улыбками и дежурной вежливостью на поток лицемерия.
Хранительница, хранительница, хранительница… Спустя пол часа при звуке этого слова сводило скулы. Молодец я, и в самом деле своего добилась, они действительно будут уважать. Но не меня, а титул и тот факт, что я — красивое приложение к Его Величеству.
Спустя час разноцветные платья слились в единый пёстрый калейдоскоп перед уставшими глазами, к горлу подкатывала тошнота, дышать становилось всё труднее и мне казалось, что я сейчас свалюсь в обморок от напряжения. А допустить подобного было нельзя — репутация на кону.
Я, всё ещё сохраняя на лице вымученную улыбку, медленно отступала к маленькой двери — второму выходу из бального зала — и уже отчаянно придумывала причину, по которой мне срочно надо исчезнуть, но вдруг дамочки, атаковавшие меня, редко замолчали и склонились в сложных реверансах.
Я обернулась. Разумеется, за моей спиной стоял Эйрик.
— Дамы, я намерен украсть у вас мою невесту прямо сейчас, — с очаровательной улыбкой сказал Король, обхватывая рукой мою талию.
При слове "невеста" всё внутри меня будто перевернулось, а дамы подобострастно закивали, выражая полное согласие с тем, что "влюблённых необходимо оставить наедине". Как только пышные платья удалились на несколько шагов, Эйрик подхватил меня под руку и вывел из душного зала в прохладный узкий коридор.
Я наконец сумела вдохнуть полной грудью — или почти полной, насколько позволял корсет — и обессиленно прижалась к Королю. Он понимающе улыбнулся и взял меня да руку.
— Пойдем. Я хочу тебе кое-что показать, — прошептал он почти на ухо, убирая с моего лба завитый локон.
Я кивнула, и мы пошли по прохладному коридору. Стук моих каблуков о каменный пол уносился далеко вперёд и возвращался с проказливым эхом. Он очень раздражал, так что вскоре я сняла неудобную обувь и дальше шла босяком, в одной руке сжимая тонкие каблуки, а другой придерживая длинный подол платья.
Пол приятно холодил стопы, хоть и оказался пыльным. Платье и чулки уже через несколько минут такой прогулки оказались безнадёжно испорчены, но ни меня, ни Эйрика это не волновало.
Мы быстро вышли в знакомую мне часть замка. Оглянувшись, я поняла, что именно по этому коридору удирала от охотника. А теперь шла спокойно, почти как хозяйка.
Впечатления сумбурного дня уступали место умиротворенному созерцанию игры лунного света на стенах коридора, и мысль о будущем уже не казалась столь ужасной. В конце концов, ведь не каждый же день во дворце такие пышные приёмы. Да и из вполне можно пережить.
Я посмотрела на уверенного Короля, который теперь шёл немного впереди. Захотелось игриво царапнуть его или нежно провести ладонью по широкой спине, но я сдержалась. Тем более, что мы свернули в ту самую дверь, куда меня затащила, спасая от охотника, Роберта Марр.
— Я ещё чего-то не знаю об этом месте? — спросила я, глядя на узкую лестницу, уходящую в темноту — в комнату с порталом.
***
Эйрик свернул улыбкой, а потом подхватил меня на руки и быстро спустился по крутым ступеням. Я успела только крепче к нему прижаться и замереть — лететь кубарем вниз, ударяясь об острые края, совершенно не хотелось.
Мы быстро миновали портал, который, как оказалось, разобрали — отдельные его части и некоторые шестерёнки лежали рядом, от Соединённые от основной конструкции. Эйрик даже не взглянул на эту гору металла и повёл меня дальше, куда-то в темноту. По пути подхватил со стены факел и уверенно двинулся вперед.
Мы шли долго. Подвал оказался гораздо просторнее, чем мне показалось в прошлый раз. Во тьме блестели справа и слева отблески металла, но я, сколько ни щурилась, не могла разглядеть ничего, кроме слабых отсветов.
Наконец, мы остановились, Эйрик поднёс факел к большой жаровне, и вскоре огромный зал осветила цепь факелов, соединённых с центральным источником света просмоленной верёвкой.
Я замерла, оглядываясь. Мы стояли в самом центре огромной армии механизмов, внешне напоминавших людей. Отлитые из сверкающего металла, они неподвижно замерли, их бесконечные ровные ряды начинались где-то в темноте, и простирались настолько далеко, что я не могла охватить их все взглядом.