Тонкости зельеварения (СИ)
Кто-то из лейтенантов зашептал ему что-то на ухо. Офицер обжег меня гневным взглядом и приказал: — Леди в штаб, капитана под арест.
Меня так и повели в штаб с бельем в руках, только у входа спохватились, забрали мокрую кучу и сложили у палатки. Я вошла внутрь.
Новый офицер уже был здесь. — Полковник Кроу к вашим услугам. — Графиня Мадлен Байрок. — Ваше Сиятельство, я приношу свои извинения за обращение с вами неподобающим образом. Капитан будет отдан под суд. Немыслимое дело, немыслимое! Он один из лучших моих людей, но такое преступление я не могу оставить безнаказанным. Вас завтра же препроводят в Лерон и оттуда доставят в столицу, где устроят со всеми подобающими вам удобствами. К сожалению, мы не можем отпустить вас в Риконтию после того, что вы здесь видели, но мы устроим вас наилучшим образом, обещаю.
Я подождала, пока иссякнет поток его красноречия и принялась объясняться. — Господин полковник, я высоко ценю вашу заботу и ваше стремление поддерживать мораль и дисциплину в вверенных вам войсках. Но капитан не нарушал ни того, ни другого. Мы были знакомы раньше и состояли в связи.
Наверно, будь я лет на пять моложе, я бы не смогла провести этот разговор так прямо и откровенно. Но я магичка двадцати трех лет, никто не ждет от взрослых магичек девичьей стеснительности. Однако полковник отчего-то отвел глаза. Звезды, да он же ненамного старше меня. Странный полковник. Невзирая на его смущение я продолжала: — Капитан спас меня дважды от одного и того же преследователя. Один раз — прошлой осенью, второй — вчера, когда снял проклятье, которое мешало мне говорить. Этого преследователя завтра повезут в Лерон, и уверяю вас, я вовсе не желаю быть ему попутчиком. Более того, если возможно, я была бы рада остаться здесь.
У полковника вытянулось лицо, он привстал со стула, будто бы чтоб лучше меня рассмотреть. — Здесь? — неверяще изумился он. — Вы предпочитаете жить в солдатской палатке со всеми ее… кхм… удобствами? Не в столичном особняке с прислугой и возможностью выходить в город? — Именно так. — Леди Байрок, если капитан вас запугал, если он вам угрожает, поверьте, у меня хватит власти обеспечить вашу безопасность. — Благодарю вас, полковник, но я бы попросила выпустить капитана из-под ареста. Он не сделал ничего предоссудительного. Напротив, его поступки были исключительно благородного свойства.
Полковник опустился на стул и осматривал меня, будто впервые видел женщин с простой прической, в сером полотняном платье с закатанными рукавами с темными пятнами воды. — Леди Байрок, мне трудно в это поверить. — И тем не менее, это так. Капитан мне дорог.
Полковник побарабанил пальцами по столу и крикнул: "Капитана освободить и ко мне". Подумав еще немного, он сказал: — Вот как… Допустим… но я не могу держать в лагере цивильных. Этот дурацкий закон про личных пленников… Его давно нужно было отменить. Непременно займусь этим, как разрешится проблема с Риконтией. — Возможно, вам не сообщили, но я зельевар третьего класса и собираюсь варить зелья для госпиталя. Я там была сегодня утром, они пользуются плодами труда сельской травницы, которая, как вы понимаете, далеко не так обучена, как я.
Я вызвала руну класса, и полковник воззрился на нее с еще большим изумлением, чем раньше. — Графиня-зельевар третьего класса. Жизнь умеет преподносить сюрпризы. Редко кто из титулованных женщин развивает умения до полноценной работы. И, прямо скажем, редко кто из титулованных мужчин тоже. — Я получила третий класс раньше, чем титул. По рождению я из неблагородных горожан, меня звали госпожа Мадлен Мулинн.
Кажется, полковник удивился еще больше, чем раньше. Он даже не обратил внимания на капитана, которого ввели в палатку.
— Вы — Мадлен Мулинн? Вы? Вы не шутите? — Нет, — теперь настала моя очередь удивляться. — Вам знакомо мое имя? — Я интересуюсь делами магических наук. Не так давно в магическом сообществе обсуждали даму, которая спустя год после академии получила третий класс за открытие тонкомагических зелий, и еще через год издала книгу. — Смею заметить, первую из книг. Недавно вышла вторая. Но самым первым был учебник в Байрокандской академии.
Полковник смотрел на меня во все глаза, потом перевел взгляд на капитана: — Демоны вас задери, капитан. Чем вы заслужили такое расположение Звезд? — Сам удивляюсь, господин полковник. — Леди Байрок предпочла вашу палатку переезду в столицу.
Мой капитан с трудом сдерживался, но довольное выражение все-таки проклюнулось сквозь серьезную маску. Подумав немного, полковник вынес вердикт: — Вы можете оставаться, леди Байрок, только старайтесь не расхаживать по лагерю без необходимости. Не хотелось бы дразнить солдат таким нарушением уложения. — Благодарю вас, господин полковник.
Капитан довел меня до палатки и не стесняясь никого донес мокрую кучу белья. Мы задержались на несколько минут, потому что Эдвард сгреб меня в объятья и поцелуями выразил восторг: — Ты… ты графиня-зельевар, знаменитость научных кругов, и ты остаешься со мной! Ты со мной… — Я с тобой… пока тебя снова куда-нибудь не отправят. — Ну уж нет, я тебя больше никуда не отпущу.
* * *
Я дала конвоирам Лиама список не только утвари и инструментом для лаборатории, но и записку к сельской травнице, которая должна была мне передать образцы трав, собранных в разное время разным способом. Конечно, ставить опыты в палаточном лагере — безумие, но… почему бы и нет? Хронометр у меня с собой, горелка в госпитале уже есть, склянки закупят.
Но пока нет оборудования, придется делать самые простые отвары, для которых нужна только горелка, вода, какая-нибудь посудина и моя магия. И, конечно, травы, но кое-что нашлось в госпитале и в моих запасах из Раэлина. Я сварила противовоспалительное и жаропонижающее — не самые сильные варианты, но лучше, чем ничего. Разлив по кружкам, я пошла искать Рози, чтоб она отнесла отвар больным и раненым — она знает, кому какой нужнее.
Девушка снимала чистые простыни с веревки. Рядом лежала стопка мокрых. — Рози! — Она не пошевелилась. — Рози! Розалия! — А? О, простите, леди Байрок, задумалась. — Зовите меня Мадлен, прошу вас. Я сделала две партии зелий, вы лучше меня знаете, кому что нужно. — О, замечательно!
Мы внесли два подноса в палатку, где лежала дюжина больных. — Господин Тирс, пожалуйста, выпейте вот этот отвар. Уверяю вас, он совершенно безвреден, я сама его уже опробовала. Господин Арни, мы вас не забыли, не думайте, ваша кружка вас ждет. Господин Петрок, не смотрите на меня так, я не отменю решения, вы будете пить свою порцию. Госпожа Арлен, ваша кружка. Да. Понимаю, да… тяжело… но нужно.
Рози брала по кружке и относила каждому больному. Она помнила всех по именам, но самое важное, она знала, как с ними разговаривать. Два больных считались сложными, но одного она уговорила как маленького ребенка, а с другому приказала таким железным тоном, что я сама была готова выпить хоть три кружки горчайшего отвара. Интересная девушка.
К концу дня она осмелела и смотрела на меня без испуга.
Когда все дела были переделаны, мы втроем, я, Рози и госпожа Альбина, сели пить чай. И снова Рози настороженно поглядывала на меня. Я заметила ее манеры. — Рози, ваша семья была из благородных?
Та чуть дрогнула: — Нет, но мне дали хорошее воспитание, нанимали гувернантку и учителей. — Простите, я, наверно, задала бестактный вопрос. — Нет-нет, я нисколько не стыжусь своего происхождения. Вы, я слышала, тоже не родились с титулом? — Да, я из семьи лавочников. Признаться, графиней я стала случайно. — Но вы с честью несли эту ношу. — Да, до поры до времени, пока был жив мой муж. К счастью, пасынок не стал увольнять моего управляющего. Надеюсь, люди в графстве смогут прожить и дальше. — Он вернулся в графство из столицы? — Вернулся, чтоб оставить его в погоне за мной. Еще сегодня утром он был здесь, рядом, в лагере, правда, связанный по рукам и ногам. — О… почему?
Я рассказала дамам историю о наследстве. Госпожа Альбина охала и удивлалась, а Рози восприняла мой рассказ мрачно. Что-то ее расстроило. — Рози, вы сами из графства Байрок? Вы так близко к сердцу приняли горести Байроков. — Это очень неприятная история. Почему вы не обратились к городским властям? А еще лучше, в столицу? — Но как? В городе меня мало знали в лицо. До столицы еще надо было добраться. Один неосторожный шаг, и я оказалась бы в руках Лиама. Меня некому было искать, кроме Даны, но ожидать от девушки восемнадцати лет, которая только-только начала учиться, что она бросит все и займется моей защитой, было бы неверным. Кроме того, я и дня не хотела бы проводить с Лиамом. Вы понимаете, о чем я. — Да, это очень неприятная история, очень.