Кирка и Вороновы дети (СИ)

Амир хмыкал, но как-то по-доброму, что ли. Я пыталась намекнуть, что в поселении есть с кем развлечься, даже несмотря на суровые нравы у мужчин, всегда есть те женщины, кто с готовностью наставят рога прямо под носом ничего не подозревающего мужа.
— Я, пас — только и ответил он.
Какие мысли занимали его голову в это время — мне не ведомо.
Только ровно через неделю после нашего появления в этом мире, он дожидался меня после ночного вояжа не укладываясь спать.
— Мы приближаемся к воде.
— Откуда знаешь? — встрепенулась, стараясь понять, что именно я пропустила.
Мой вопрос проигнорировали и с невозмутимым видом он продолжил, — самое время соскочить с тихохода.
Я видела, как Амир играет в нарды, по всему выходило, что я могу довериться его способности стратегически мыслить.
Значит и мне стоило освободить Сома, и у меня уже был готов тот секретный состав, коим следовало напрочь отбить память всем живущим здесь.
Избирательно отбить. И о нем, и о нас.
— Завтра ночью он проползет до самой крайней точки, после чего вернется в сельву. Поселенцы будут торговать после этого три дня и три ночи, сбывая товары и закупая то, что не производят сами.
— Пожалуй, хорошее время, — согласилась с ним.
— Я выиграл нам вьючное животное, запас еды, немного вещей и три камня. Не знаю, правда какую ценность они представляют, но у остальных котились слюни, когда их ставил на кон кузнец.
— Потом разберемся, а Юи-юи? — вспомнила я про еще одного представителя нашей команды.
Лев щелкнул языком и из-под его ложа выкатился упитанный глазастик.
— С ума сойти, — прокомментировала переливающийся мех и длиннющий хвост, который отрастил малыш.
— Красава, — гордо пропел он. Еще и покрутился на месте, что б хорошо рассмотрела.
— А как он, она, оно так выросло?
— Он только спать приходит под мой плед, хотя мне кажется, что только ради почесух.
— А остальное время?
Амир дернул плечами, — я у него спрашивал — говорит, что с другой стороны.
— С другой стороны чего? Шатра?
— Как-бы не так. Я проверял. Его, кстати, кроме нас никто не видит, или он действительно пропадает на другой стороне луны.
— Не может быть, — ахнула, не веря нашему счастью.
— Красавчик ты наш, — обратилась к топчущемуся на пледе Амира пушистику, — а сколько солнц на небе на другой стороне?
Голубые блюдца уставились на меня.
— Ни одного? — ответил Юи-юи.
— Он всегда вопросом отвечает? — зачем-то переспросила Амира.
— Обычно да.
Пушистый шарик подскочил и обрадованно заверещал: солнца ни одного, а лун — шесть.
— Чтоб тебя, — икнула, оглушенная его криком.
— Надеюсь, это не нижний мир. Маленький еще он, не нравится ему здешние солнца. Вот и прячется в мире, где всегда ночь и только шесть лун светят отраженным светом.
Пощелкала пальцами, — шесть лун, шесть лун, — нет не знаю.
— Будем ждать, пусть развлекается.
— А он не потеряется? — видимо пушистик прочно засел в сердце льва.
— Куда он денется от твоих почесух?
  
5.2
 
Следующий день плавно тек к ночи и население селения, предупрежденное старостой, решило устроить нам проводы.
Кирка потерла руки, зелье забвения было перелито в котел, в котором настаивался пунш. Последние десять минут, пока она помешивала содержимое котла и пела под нос заговор, были волнительные. Сома стоял на стреме, хотелось верить, что никто не прервет речитатив. И мои молитвы были услышаны.
Щелкнула пальцами запуская над чаном закрепляющую магию, крохи, собранные за это время нужны, что б волшба не выветрилась до праздника.
— Ты собрался, — спросила у мужчины.
Он кивнул.
— Будь готов, два часа до рассвета.
Если Амир рассчитал правильно, то этого времени хватит, чтобы добраться до порта.
Пока тихоход с первыми сумерками отправился в последний марш-бросок, селение заискрилось смехом и танцами. Из котла ребятня отхлебнула, уворачиваясь из-под полотенец, которыми их оглаживали по спинам женщины — первыми, а после разве что самый ленивый не зачерпнул из котла нахваливая просто удивительно удавшийся пунш.
 
Амир получил от благодарного старосты увесистую котомку с провизией, хотя я так и не поняла, почему ее вручили не мне. Ближе к полуночи уставшие люди расходились по своим шатрам, и я хитро улыбалась, предвосхищая удивление, которое они испытают через пару месяцев, обнаружив своих женщин беременными.
— Беби-бум, — мурлыкала себе под нос, укладывая в котомку свой нехитрый скарб.
Мой напарник отправился седлать своего ретивого коня, я же еще раз окинула взглядом временное пристанище. На ложе Амира сидел притихший Юи-юи и следил за мной своими глазами.
— Как думаешь, а не спалить ли нам этот шатер? А то доберутся сюда ищейки из нижнего мира и нанюхают неприятностей на голову бедных кочевников. А я им благоденствия наколдовала — будет непорядок.
Юи-юи хлопнуло веками пару раз и выдало — идти ты совсем. Я прятать это!
— Ну что ж, если ты специалист по прятать, пусть будет так.
Я вышла из шатра, подхватив котомку и замерла прислушиваясь.
В шатре было тихо, а потом он мигнул и исчез.
— Как? — пронеслось в голове, — это не магия, ни одного завихрения в пространстве. Как будто огромная корова слизала шатер с его содержимым с места, где он стоял.
Пока я, вспоминая подзабытые уроки из курса «Методы созидания и разрушения», пыталась сложить векторы и интерполировать уравнения по управлению массой, передо мной появился трансформонт.
— Счастье есть? — спросил пушистик.
— Его не может не быть, — почти автоматически ответила, прибывая в царстве цифр и четырехмерного пространства.
— Юи-юи, ты уверен, что шатер не вернётся на это место?
— Не-е, спрятал хорошо, — и погладил свой животик.
Понимая, что допрос сейчас, это не совсем актуально, махнула ему рукой и отправилась на договоренную точку сбора.
На неприметной тропинке, за границей селения топталось практически черное нечто.
Я несколько долгих минут всматривалась в смачно жующее высокие кусты колючего кустарника живое, но совершенно непонятное.
— Кирка, готова? — раздалось из темноты слева.
— Более чем.
Тут же из-за моей спины донесся голос Сома, — давай я закреплю твои вещи на стирхе.
Животное не перестало жевать, пока проводились манипуляции на его спине. Несколько недовольно фыркнуло, когда Сома подхватил веревку, которой он был взнуздан.
— Нам туда — кивнул в сторону далеких огней.
— Амир, а что это за конь?
— Думаю, что его можно отнести к сумчатым животным. На Земле было их не очень много, и наиболее близкий родич этого меланхолика — это кенгуру.
Я подумала, покопалась в памяти и поняла, что сравнение не сказало мне совершенно ничего.
— Кто такое кенгуру?
- Кенгуру прыгает благодаря мощным задним конечностям. Удар кенгуру является настолько мощным, что может убить взрослого человека.
— Это заяц, похожий на медведя?
— Во время бега он сохраняет равновесие благодаря хвосту. А когда кенгуру стоит, использует хвост как опору. С помощью задних ног эти животные передвигаются прыжками со скоростью до 60 км/час, причем за один прыжок они могут преодолеть более девяти метров в длину и 3 метра в высоту.
Я присмотрелась еще раз к слегка подпрыгивающей походке вьючного животного.
— То есть, вот это способно скакать с нашими вещами с такой скоростью? Можно я свой кубок понесу сама?
И еду тоже понесу. И деньги.
— Деньги я и так сам несу, — похлопал Амир по боку. — Мне говорили, что он дрессированный и ни в чем таком не замечен.
Ближе к утру, сделав приличный круг, чтобы не заходить на территорию базара, мы достигли строений небольшого городка.
 
— Нам нужно место для ночлега, но из-за базара, гостиницы и постоялые дворы переполнены.
— И что ты предлагаешь, — я рассматривала диковинные мачты суден, которыми был нашпигован причал под завязку.