Дать боссу (по носу) (СИ)
В столовую Фернандо вернулся через несколько минут после меня. Он выглядел обычно. Впрочем, теперь я хорошо знала, что он прекрасно умеет играть. Присев на свое место, он больше не прикасался ко мне, не смотрел в мою сторону и лишь спокойно беседовал о чем-то со Стеллой.
— Ну что ж. Раз все снова в сборе, я могу приступить к главной части. Тому, ради чего мы собирались, — все мгновенно переключились на Пабло, который неохотно поднялся со стула.
Я же почувствовала, как напряглись мужчины, между которыми я сидела. Если бы их вывели на ринг, держу пари, они бы точно поубивали друг друга. Воздух был пропитан ядом, и каждый посылал другому невидимые искры.
— Я долго думал о судьбе моей компании. Все вы знаете, с каким трудом и упорством я строил ее. Мы начинали с маленькой, никому неизвестной закусочной и такой же крошечной винодельни, а теперь у нас сеть отелей, мишленовские рестораны и вино, которое пьют во всем мире.
Филипп тяжело вздохнул: предыстории отца явно не вдохновляли его, и он жаждал скорейшего окончания банкета.
— Так вот. Я долго думал, кому из вас передать свое детище: старшему сыну, который невероятно дорог мне, или младшему — умному, находчивому и предприимчивому.
Напряжение все нарастало. Казалось, будто люди за столом превратились в безжизненные манекены, застывшие в ожидании судьбоносного решения.
— Это решение далось мне нелегко. И надеюсь, никого из вас оно не обидит. Но я решил… — он вздохнул и в упор посмотрел на Фернандо, — я решил продать компанию.
Глава 16 От ненависти до ненависти
Наступило гробовое молчание. Похоже даже Хулия и Паула были в шоке, хотя их никогда не интересовал бизнес Пабло.
— Что ты решил сделать? — Филипп сжимал свой бокал настолько крепко, что, казалось, он вот-вот треснет прямо у него в руках.
— Я продаю свою долю, — повторил Пабло спокойно и сел за стол.
— Но… Разве ты не хотел передать компанию нам с Фернандо?! — Филиппа трясло, он явно хотел запустить этим бокалом в отца.
— Изначально я собирался поступить подобным образом, но подумав, решил, что продать ее будет целесообразнее.
— Неужто ты так не доверяешь нам? — съязвил Филипп. — Фернандо, а ты чего молчишь? Как всегда готов потакать любым его прихотям, чтобы прослыть идеальным сыном?
— Филипп! — воскликнула Паула, ужаснувшись. — Как ты разговариваешь с братом?!
— Покажите мне здесь брата? — бросил он и с вызовом уставился на Фернандо.
Воцарилась тишина. Наверняка никто не ожидал, что Филиппу хватит наглости ударить Фернандо по такому больному месту.
— Филипп, немедленно возьми себя в руки, — лишь сейчас я увидела настоящего Пабло: принципиального жесткого бизнесмена, у которого от ярости горели глаза. Прежний образ легкомысленного добряка мгновенно испарился. Пабло был готов рвать и метать. — Фернандо мой сын, наделенный такими же правами, как и ты. Запомни это раз и навсегда и не смей больше возвращаться к этой теме.
— Я с радостью запомню это. Как и то, что ты предпочел оставить своего сына без компании.
— Филипп, тебе стоит замолчать, — Фернандо говорил так спокойно, словно разговаривал со стенкой.
— А то что? — Филипп развернулся к брату, и я оказалась между двух огней.
— А то у Пабло действительно останется только один сын. И это будешь не ты.
По взгляду Филиппа я поняла, что он готовится наброситься на Фернандо и хорошенько поколотить. Я начала медленно отодвигаться от стола, чтобы не попасть под горячую руку.
Но тут раздался писклявый голос Стеллы:
— Я не понимаю. Что, Фернандо не ваш сын? — девушка удивленно смотрела на Пабло, совершенно не осознавая поразительную бестактность вопроса.
Не я задала этот вопрос, но почему-то именно мне хотелось провалиться сквозь землю. Было так стыдно, что я залилась пунцовым румянцем, опуская задумчивый взгляд в тарелку. Крайне щекотливая ситуация, в которой, на месте Стеллы, я никогда не хотела бы оказаться.
Мне даже страшно было представить, что сейчас творилось в сердце у Пабло и Фернандо.
— Спроси у своего жениха, — рявкнул Филипп.
— Дорогой, объяснишь мне, что происходит? — затребовала она, а мне все больше хотелось просто встать и убежать из этого Дома-2.
— Не сейчас, милая, хорошо? — Фернандо всегда держался стойко в стрессовых ситуациях, сохраняя самообладание. Но сейчас и его нервы, похоже, были на пределе, и в ровном бархатистом голосе слышался грубый бас.
— Почему?! Я хочу узнать все сейчас. Почему ты постоянно что-то скрываешь от меня?!
Теперь все в недоумении смотрели на Стеллу. Ее истерика родилась из ниоткуда, а я искренне изумилась способности этой девушки создавать драму из воздуха.
— Стелла, дорогая, Фернандо правда расскажет тебе все позже, — попыталась успокоить Стеллу Паула, но даже это не помогло.
— Я просто не могу понять, почему мой любимый постоянно пытается утаить от меня факты о себе. Как будто я чужая, — голос девушки дрожал, и создавалось ощущение, что она сейчас заплачет.
Фернандо положил руку ей на плечо, стараясь успокоить, но она грубо скинула его ладонь и манерно произнесла:
— Извините, я не могу здесь больше находиться, мне надо выйти, — она по-прежнему изредка срывалась на визг, а на глазах виднелись слезы. Вот это, конечно, она умела себя накрутить без повода!
Стелла вылезла из-за стола и почти бегом бросилась из столовой. Такого шоу я точно не ожидала. Филипп злорадно смотрел ей в след и довольно улыбался, словно это не Стелла убежала рыдать, а сам Фернандо.
— Нас остается все меньше. Фернандо, может, ты следующий?
— А может, ты? — вступился за себя старший Ферретти, а затем они вновь встретились испепеляющим взглядами.
— Так! Прекратите оба! — заорал Пабло и стукнул кулаком по столу, так что я подскочила на стуле. — И после этого вы хотите, чтобы я отдал вам компанию? Посмотрите, вы еще даже не научились держать себя в руках.
Мне хотелось залезть под стол и не вылезать оттуда, пока этот фарс не закончится.
— Прости, отец, — произнес Фернандо через несколько секунд и отвернулся от Филиппа.
— Идите оба отсюда, я хочу закончить этот ужин без вас, — сказал Пабло, наливая себе вина.
Не произнося ни слова, Фернандо встал из-за стола и быстро направился к выходу. Если это и был их с Пабло план, то они провернули его просто безупречно. Даже я начала беспокоиться за бизнес Ферретти, настолько эти двое сейчас были реалистичны.
— Я невероятно разочарован твоим решением, — словно прочитав мои мысли, бросил напоследок Филипп, поднимаясь со стула.
— Однако это решение окончательное, — поставил точку в этом вопросе Пабло. Он даже не смотрел в сторону Филиппа, изучая картину на стене.
— Жизель, ты идешь? — голос Филиппа резанул меня словно нож.
Я очень надеялась, что мужчина забыл обо мне, потому что мне даже страшно было представить, что он устроит сейчас наверху в спальне. Он и так был импульсивен, а в гневе и вовсе превращался в монстра.
— Ага, — пискнула я, выползая из-за стола, — прошу прощение за этот инцидент.
Мне было невероятно стыдно за Филиппа, поэтому просто молча убежать за ним, как ручная собачка, я не могла себе позволить. Однако мои слова не произвели никакого воздействия на присутствующих.
— Идите, — сухо проронил Пабло, глядя в пустоту.
Филипп схватил меня за руку и потащил прочь из столовой.
Когда мы поднялись наверх, и дверь спальни закрылась за нами, произошло то, чего я больше всего боялась.
Первым делом Филипп схватил вазу, которая стояла на прикроватном столике, и со всей силы запустил ее в стену. С характерным шумом она разлетелась вдребезги. Теперь повсюду валялись осколки, некоторые из которых долетели до нас, чудом не вонзившись мне в ногу.
— Гнида! — завопил Филипп, хватая вторую вазу с симметричного столика. Я приготовилась к очередному броску, предусмотрено закрыв лицо руками.