Американский эксперимент соседства (ЛП)

Он говорил, что никто никогда не разбивал ему сердце.
И все же, сколько бы он ни путешествовал, мне казалось удивительным, что до сих пор никто не ухватился за него.
— То, что он здесь, в отпуске, ничего не поменяет, — продолжала Лина.
Я вспомнила вчерашний вечер, когда Лукас рассказал мне о своей травме. Никто, кроме меня, не знал, что его отпуск был постоянным.
Мне нужно было быть осторожной в выборе слов.
— Как это не поменяет?
— Где вероятность, что он не будет использовать свои чары на тебе? Ты будешь хихикать. Он будет ухмыляться. Вы двое займетесь гадостями. Он уйдет. И бум.
Я сглотнула, от одной мысли, что он уйдет, у меня закружилась голова.
— И бум, мне будет больно?
— Да, именно. И у меня не будет выбора, кроме как убить его, — она выдохнула воздух через рот. — И как я уже говорила, он вроде как мой любимый брат. И я... я действительно не хочу этого. Не тогда, когда я действительно беспокоюсь о нем.
Я ничего не сказала, ожидая, пока она продолжит.
Рот Лины опустился.
— Я думаю, что-то не так. Abuela(бабушка) сказала мне, что застала у него приступ паники. Перед поездкой.
При этих словах у меня защемило в груди. При мысли о том, что такой солидный, сильный человек пережил такое. Мне стало интересно, что именно с ним произошло.
Печаль покрыла лицо моей лучшей подруги, когда она продолжила.
— Видимо, это Тако пришел за Abuela(исп. бабушкой) и привел ее к Лукасу. Слава Богу, у него есть тренинг эмоциональной поддержки.
— Правда? Я понятия не имела, Лукас никогда не пости... — я остановила себя, вовремя спохватившись. — Лукас никогда ничего не говорил об этом. Как и ты.
Лина кивнула.
— Когда Тако был щенком, его отдали одному из соседей Abuela(исп. бабушки), полицейскому в отставке, который страдал от посттравматического стрессового расстройства. Мужчина вскоре скончался, — она вздохнула. — Из-за сердечного приступа. Семья была настолько опустошена, что не могла справиться со щенком, поэтому Abuela(исп. бабушка) предложила позаботиться о нем несколько недель. Во время одного из визитов Лукаса они встретились и, в общем, полюбили друг в друга. Когда недели превратились в месяцы, а семья не проявляла никаких признаков желания заботиться о Тако... Лукас забрал его себе.
— Значит, это не Лукас дал ему имя? — сказала я, хотя на самом деле эта история заставляла меня испытывать к Лукасу все новые и новые чувства.
— О нет, — Лина хихикнула. — Это была внучка того человека, — она покачала головой. — В любом случае, после приступа паники Abuela(бабушка) предложила ему отправиться в путешествие. Сменить обстановку, чтобы проветрить голову.
— И он приехал в Штаты, — заключила я, и Лина кивнула. Я почувствовала, как мое горло сжалось, когда я пыталась не позволить всему, что я чувствовала, повлиять на мой голос. — Я уверена, что что бы это ни было, Лукас придет в себя и расскажет вам. Он любит вас, и, возможно, ему просто нужно время, чтобы сделать это на своих условиях, — я сделала паузу. — Иногда, когда нам больно, мы должны сами прийти к осознанию того, что нам нужна помощь. Прежде чем мы сможем её принять.
Рука Лины протянулась через стол и схватила мою.
— Ох, ты действительно мудра, лучшая подруга.
Я не была мудрой. Действительно не была. Но я улыбнулась ей и надеялась, что она все еще будет любить меня, когда я расскажу ей все, что я скрывала от нее о Лукасе.
— В любом случае, — Лина помахала рукой в воздухе. — Ты уверена, что не хочешь остаться со мной и Аароном? В его квартире есть свободная комната и более чем достаточно места. Точнее уже в нашей квартире.
— Я уверена, — сказала я ей. Меньше всего мне хотелось беспокоить двух молодоженов.
— Хорошо. Если ты уверена, — она пожала плечами, проверяя время на своем телефоне. — Уже поздно, и я сказала Аарону, что помогу ему с ужином.
— Да, пойдем, — я уперлась руками в стол и отодвинула стул. — Мне тоже пора возвращаться. Лукас, наверное, уже начал ужинать.
 
Лина хмыкнула.
— Вот почему ты не хочешь оставить его ради нас.
Я прекрасно понимала, о чем она говорит, но прикинулась дурочкой.
— А?
Она засмеялась.
— Я не виню тебя. Лукас потрясающе готовит. Он каким-то образом перенёс книгу рецептов Abuela(исп. бабушки) в совершенно другую галактику. Tía(исп. тётушка) Кармен всегда пытается уговорить его пройти прослушивание для одного из этих кулинарных шоу.
Я улыбнулась при мысли о Лукасе на телевидении. Боже, он бы завоевал эту чертову штуку и сердца всех в одно мгновение.
— О, — она привлекла мое внимание взмахом руки. — Пока я не забыла. У тебя есть планы на Хэллоуин?
Я схватила свой пиджак со спинки стула.
— Ты же знаешь, что нет.
Лина присоединилась ко мне у края стола, ее губы подергивались в коварной улыбке.
 — Ну, теперь есть, — она схватила свой собственный пиджак и сунула в него руки. — Аарон был приглашен на бал-маскарад. В следующую субботу.
Мои брови взлетели вверх по лбу.
— Необычно.
— На самом деле это костюмированная вечеринка, но у вас, нью-йоркцев, для всего есть сексуальное название. В любом случае, это одно из благотворительных мероприятий, на которые его приглашают каждый год, но он никогда не ходит. Ты же знаешь Аарона.
— Да, я могу представить, что наряжаться — это не его конёк, — или общение, в общем. — Но я полагаю, что Аарон собирается ответить «да» на этот раз? Ради тебя?
— И его почти не пришлось уговаривать, — похвасталась Лина с блеском в глазах. — Мой муж самый лучший.
Ее лицо посветлело. Как и всегда, когда она говорила о нем.
Острый укус тоски вернулся. Это произошло быстро, но все равно вывело меня из равновесия.
Ничего не подозревая, Лина продолжила: — Организационный комитет был так рад, что он будет участвовать, что прислал ему два дополнительных приглашения.
О.
— Я не знаю, милая. У меня...
— У тебя поджимают сроки, я знаю, — Лина, казалось, что-то обдумывала. — Ты заново загрузила Тиндер? Как я и предлагала?
Кончики моих ушей стали гореть.
— Нет, не загрузила. Я как-то нашла другой... метод. Это долгая история, которую я могу рассказать тебе завтра, потому что сейчас мы... эээ... торопимся.
Она выглядела скептически.
— Это помогает?
— Да, — подтвердила я, не задумываясь. Потому что это было так. Это очень помогало.
— Тогда, — с улыбкой заметила Лина, — может быть, ты можешь позволить себе взять один выходной? Повеселиться на Хэллоуин? Ведь веселье полезно для ума.
Мы направились к выходу из кафе, и я услышала, как я сказала: — У вас ведь два билета?
Лина вздохнула.
— Значит ли это, что ты хочешь взять с собой моего кузена?
Я пригвоздила ее к месту тяжелым взглядом.
— Ты уверена, что вы двое... не занимаетесь всякими чмоки-чмоки? Ты ведь знаешь, что всегда можешь сказать мне, если это так? Даже после всего, что я тебе рассказала, и даже если он мой двоюродный брат, и это был бы очень неприятный разговор.
— Между нами ничего нет, — сказала я. — И где ты научилась всем этим выражениям и эвфемизмам? Они либо устаревшие, либо... странные.
— У меня свои источники, — она пожала плечами. И перед тем, как подойти к двери, она бросила на меня последний взгляд. — Итак, Лукас и ты не пара. Верно?
— Нет, — ответила я так непринужденно, как только могла. — Это никогда не было в наших планах, Лина.
***
Первое, на что я обратила внимание, войдя в квартиру, были две женщины, суетившиеся над Лукасом у плиты.
— Привет... всем? — поприветствовала я комнату, получив три поворота головы — Лукаса, нашей соседки Адель и ее дочери Алексии. — Вот это сюрприз. Хороший.
— Ты вернулась, — сказал Лукас. — Наконец-то.
Ох. Это наконец-то заставило меня почувствовать себя такой... полною надежд, что это почти отвлекло меня от того, как уверенно он шел в мою сторону.