Американский эксперимент соседства (ЛП)

Наступило молчание, затем неуверенное: — Возможно, есть что-то, что ты могла бы попробовать.
— И это...?
Лина не ответила сразу, что сказало мне достаточно о том, что будет дальше.
— Твоя вторая книга написана в той же вселенной, не так ли? Ты сказала мне, что хочешь подарить его лучшему другу счастливое будущее.
— Да.
— Ты упомянула, что на этот раз история будет немного более... легкомысленной. Что она будет о том, как он будет бороться с современной жизнью и приспосабливаться к тому, как все изменилось в этой дикой природе, которой являются свидания в наши дни.
— Да, наверное, я так и сказала.
— Итак, — сказала Лина очень медленно, настолько, что слово из четырех букв затянулось на несколько секунд. — Ты можешь сделать то же самое. Ты могла бы возобновить походы.
Я нахмурился.
— Какие походы?
— На свидания, — ответила она с уверенностью. — Ты отсиживалась... как долго? — спросила она, но мне не дали возможности ответить. — Слишком долго. Может быть, в этом проблема. Ты писательница романов. Пытаешься написать о человеке из 1900-х годов, встречающемся в наши дни. Может, тебе стоит просто... сделать это. Если подумать, вы двое не такие уж разные. Вы ни с кем не встречались по крайней мере два года, — ее покинула усмешка. — Ты и твой герой — две красивые и старомодные рыбки, выброшенные в пруд знакомств двадцать первого века.
Странный звук вырвался из моего горла. Я открыла рот, чтобы сказать ей обо всех многочисленных и разных вариантах того, как ее идея может пойти наперекосяк, но остановила себя. Потому что возможно, просто возможно...
— Это может сработать, — сказала Лина, как будто только что прочитала мои мысли. — Слушай, моей первой идеей был секс. Оргазмы. Я собиралась предложить тебе купить новый вибратор, когда ты упомянула об эндорфинах, но я думаю, что в этот раз тебе нужен настоящий.
Я моргнула, пытаясь все осмыслить.
— Ты же знаешь, что я не очень хорошо отношусь к перепихонам и отношениям на одну ночь, — ответила я.
— Именно, — быстро ответила она. — Тебе нужно, чтобы с тобой пообщались, прежде чем переходить к шурам-мурам.
— Шурам-мурам?
Она проигнорировала мой вопрос.
— Вот почему я думаю, что тебе стоит заново загрузить Tinder. Или Bumble. Или любое другое приложение, которое Цукерберг придумал на этой неделе.
— Приложение для знакомств, — в моем голосе слышался сильный скептицизм. — А как насчет старомодной рыбки? Думаю, мне это понравилось больше. Мы можем вернуться к этому? Из приложений для знакомств никогда не выходило ничего хорошего. Не для меня.
— Послушай, — Лина прочистила горло. — Я знаю, что ты закляла приложения и мужчин по причине, причем веской. Последний мужчина, с которым ты встречалась, в частности, Задница номер пять, был... ну, скажем так, ему повезло, что я не одолжила машину Аарона и случайно его не сбила.
— Лина! — я задохнулась. — Мы уже обсуждали твои подобные высказывания.
— Я просто говорю про мягкое прикосновение бампером к его заднице. Это все, что я хотела сказать.
Я покачала головой.
— Ты хочешь переехать всех мужчин, с которыми я когда-либо встречалась.
Лина рассмеялась, но это прозвучало мрачно и... кровожадно.
— Может быть, потому что все они были засранцами, — я закрыла глаза, чувствуя себя... беспомощной и усталой. В основном потому, что она была права. — Я хочу сказать, — продолжала Лина, — что длинная череда идиотов, с которыми ты встречалась, каким-то образом привела тебя к написанию этого феноменального дебюта. И ты не можешь рассчитывать на то, что пойдешь в Центральный парк, бросишь шарф и будешь надеяться, что мужчина твоей мечты найдет его и начнет обыскивать город...
— Ладно, — оборвала я ее. — У меня нет времени, я понимаю.
— У тебя его нет, — мягко согласилась она. — Так может быть, просто представим, если ты скачаешь приложение для знакомств и вернешься туда, это что-то изменит. Это может вдохновить тебя. Запустить все это. Или очистить голову и повеселиться. Это тоже не так уж плохо.
 
Я обняла себя руками посередине, не желая признавать, что в ее словах есть смысл.
— Может быть, ты даже можешь рассматривать это как... — она запнулась, затем продолжила с большим энтузиазмом: — Как исследование. Полевая работа. Как если бы ты проводила эксперимент. Выбери человека и делай все, что тебе нужно, чтобы запустить творческие соки. Тебе даже не нужно говорить ему об этом.
Эксперимент.
Последняя часть мне не понравилась. Я не думала, что у меня хватит смелости обмануть кого-то... на что бы Лина ни намекала. Быть нечестной никогда не было моей стихией.
Хотя я врала папе месяцами, напомнила я себе. А теперь я лгала Лине, не сказав ей, что живу в ее квартире, пока она в отъезде. С ее кузеном.
— Стоит попробовать, — подбодрила она.
— Наверное, стоит, — тихо признала я. — В таком случае я попробую все, если это означает, что у меня есть шанс выбраться из этого дурацкого состояния, — давление вернулось в глубину моих глаз, и я даже удивилась сама себе, когда следующие слова покинули мои губы. — Кто знает, может быть, мне даже удастся хоть раз найти любовь? — надежда, зародившаяся в моей груди при этой мысли, быстро угасла. — Или, если это просто не в моих силах, я думаю, что смогу мечтать о настоящей любви до конца своих дней, если мне удастся написать об этом.
— Не говори так, Рози, — сказала Лина так мягко, что я почувствовала, как мое горло сжалось от... эмоций. От множества беспорядочных, сильных эмоций. Боже, в последнее время я веду себя как ребенок. — Конечно, это в твоих силах. Кто знает, может быть, это станет одним из тех фильмов на Hallmark(кинокомпания и телевизионный канал, транслирующийся в США; специализируется на производстве и трансляции классических сериалов и фильмов, ориентированных на семейный просмотр), которые ты так любишь, — она понизила голос и объявила: — Писательница-романистка отправляется на свидание в поисках вдохновения и влюбляется. Спойлер: это был бестселлер, — она хихикнула. — А если нет, и парень окажется придурком, то мы одолжим машину Аарона и сделаем так, чтобы этот человек больше никогда не переходил дорогу на красный.
Боже, я любила свою лучшую подругу. Я любила ее, даже если ее добрые намерения, но жестокий характер, могли посадить нас в тюрьму в любой день.
И снова мой желудок скрутило в узел при напоминании обо всем, что я от нее скрывала. Но как только я открыла рот, мое внимание привлек скрип, доносящийся из подъезда.
Я резко обернулась, мой взгляд наткнулся на крупную фигуру, и надо было быть слепым, чтобы не узнать ее сразу.
Лукас. Мой сосед по комнате. Двоюродный брат Лины.
Он вернулся и стоял у порога двери с подтянутыми плечами и более широкими, чем обычно, глазами. На самом деле, он был похож на человека, которого застали за чем-то плохим. Что-то, чего не следовало делать. Что-то...
О Боже. О нет.
Вот так я и знала. Я с уверенностью знала, что мне будет трудно осмыслить то, на чем его поймали.
На подглядывании. На подслушивании.
— Рози? — позвала моя лучшая подруга, ее голос доносился из динамика, который я установила на максимально возможную громкость, когда брала трубку. — Ты все еще там?
— Прости, — пролепетала я, мои глаза сфокусировались на его профиле. — Я здесь, но мне... мне нужно идти.
Поскольку я не могла оторвать взгляд от Лукаса, я смотрела, как он двигается, в то время как мой разум был затоплен песнопениями «Почему, Господи, почему?» Почему он должен был подслушать именно этот разговор?
Лукас шел в мою сторону, и мой взгляд — который все еще занимался своими делами — решил, что сейчас самое время его рассмотреть. Чтобы восхититься тем, как его изумрудно-зеленая толстовка облегает грудь, которая, как я знала, ощущалась твердой под моей щекой. Чтобы немного потеряться в том, как прядь шоколадных волос упала ему на лоб.