Мой Мир (СИ)
Максим целовал мои колени. Сидел у дивана на коленях. И смотрел в глаза… я делала глубокое вдохи, чтобы не потерять сознание.
— Максим, мне больно. Мне было очень больно. Воздуха не хватало. Я такого никогда не чувствовала, я люблю тебя безумно, в когда тебе звонят и говорят, что он сегодня не придёт, и он не приходит, выход только один. Уйти самой. Чтобы хотя бы дышать было легче, но легче не стало понимаешь? — я уже чувствовала по щекам текли слёзы, хотелось накричать.
— Мир, я знаю. Знаю, что больно. Поэтому я сейчас здесь. Я не могу без тебя, как и ты без меня. Но я клянусь тебе, что ни на одну женщину не смотрел за все наше время вместе. За все пол года. Только ты для меня самая родная и желанная. Я не хочу искать никого, я уже нашёл. Разве я бы сделал предложение и упрашивал венчаться? Я отношусь к браку серьезно. Раз и навсегда. Я итак тебя слишком долго ждал в своей жизни. Мир, мой Мир. Я буду предан тебе. Только ты самая важная женщина для меня в жизни.
Я смотрела на Максима затуманенными от слез глазами и видела, как по его щеке катится слеза. Одна. Но когда я вытерла свои слёзы рукавами кофты и проморгалась, слёзы уже не было.
— Ты станешь папой…
Слетело с моих губ и я улыбнулась глядя в глаза Максима
— ттты беременна?
— Да, семь недель, хотела до нового года подождать…
— Когда ты узнала? Подожди, так это когда я предложение делал ты уже была беременна? И молчала…
— Я узнала в тот день утром, а когда мне позвонили, из-за гормонов меня рвало от стрессса! Убить тебя хотелось.
— Мирка моя! Люблю тебя! Прости меня! Прости, что глупости такие случились! — Максим схватил меня на руки и крепко обнял, целовал лицо куда попадя…
— Тише, задавишь. — я смеялась сквозь слёзы.
— Ты вернёшься ко мне?
— Я подумаю.
— Что? Нечего думать, я не дам тебе с малышом от меня далеко быть. Ты должна быть рядом в кровати, я хочу видеть, как растёт наш малыш.
— Да, мне надо подумать. Я толко начала втягиваться в бабушкины шутки, я не могу сейчас уехать. И к тому же она ждёт правнуков, имена им выбирает…
— Так, стоп, почему им?
— А, так я не сказала главного, у нас будет два ребёнка. Я не знаю, как так у тебя получилось, но их будет двое.
— Мирка, сума сойти. Я самый счастливый, да! Да! — Максим целовал меня в щеки и крепко прижимал к себе.
— Чего так кричите? Все впорядке?
Зашла Бабуля с испуганным видом…
Максим отпустил меня на диван и пошёл целовать бабушку в щеки, крепко обнимал и кричал что-то на итальянском.
Зашла мама и он ее тоже начал целовать.
Я впервые видела Максима таким счастливым. Все смеялись и папе тоже достались обнимашки.
После выплеснутых эмоций, Максим вернулся к дивану, опустился на колени передо мной, взял мои руки в свои. Его взгляд был всегда для меня особенным, его можно было понять без слов. Сейчас взгляд был счастливый, искрящийся, обеспокоенный.
— Добромира, ты станешь моей женой?
— Стану, куда я денусь. Я не смогу без тебя уже.
Максим поцеловал меня в губы, нежно, словно боялся, что я исчезну. Он обнял меня, продвинулся ближе, углубляя поцелуй, выпивая весь мой воздух из меня.
— Пойдёмте к столу, время ужинать, Мирушке надо покушать, а то ночью опять пойдёт на поиски еды и всех разбудит. — моя мама нарушила наш поцелуй.
Да я иногда теперь встаю по ночам поесть, потому, что не спится хочется кушать или наоборот.
Эпилог
Встретили Новый год мы в Италии, неделю ещё гостили у родителей. Максим был очень заботливым и внимательным, ещё пуще прежнего. Что же меня ждёт дальше, остаётся только запастись терпением.
Через неделю мы вернулись в Анапу. Бабушку забрали с собой. Она соскучилась по России и сказала будет ждать правнуков с нами. Но конечно у неё были дела и свои, она укатила в Питер к подругам. Забрала ключи от моей квартиры и уехала, сказала приедет как соскучится, до родов ещё надо гульнуть. Да, бабушка современная и не сидит на месте.
Родители Максима были счастливы, что я вернулась, а новостям о внуках или внучках они рады были в двойне. Светлана плакала от счастья, даже Игорь ее обнимал и жалел, но мне показалось он тоже прослезился.
Венчались мы сразу по прилету из Италии.
Максим не хотел и дня ждать.
На подготовку ушло два дня.
Всю беременность мне хотелось секса и еды. Максим кормил меня прямо в кровати.
На все узи и приемы к врачу мы ходили вместе. Но наши малыши не хотели показывать свой пол. Все родственники были в любопытном ожидании. Накупили всего нейтрального цвета, чтобы и мальчикам и девочкам подошло. Я брала все белое и бежевое.
Максим завёл второй телефон, на случай непредвиденных ситуаций. Мы доверяли друг другу. Я уже не накручивала себя по пустякам. Потому, что Максим каждый день доказывал, как он меня любит и желает. Ещё он был уверен, что я ношу под сердцем сыновей. Я не знаю почему он так считал, но когда общался с животиком, всегда говорил «как вы тут сынишки, не обижали маму?», а пинались они не вздохнуть не выдохнуть иногда. Но в целом беременность была прекрасной, даже чрезмерная забота Максима не бесила, ну почти… иногда хотелось конечно его убить, но он быстро находил выход из ситуации и знал, как меня приласкать. В общем какой-то идеальный муж. С ним действительно, так надежно и комфортно. В силу того, что он старше, во многих ситуациях знает, как нужно себя повести, если я где-то вспылила и не удержалась, он спокойно выслушает, обнимет, поцелует, а потом скажет что было не так. Так и я уже научилась у него быть более сдержанной и рассуждать с остывшей головой. Конечно бывает, мы ссоримся, но мы любим мириться, долго и в постели. Показывая друг другу, как нам хорошо, что любовь делает наш секс ещё ярче и чувственней. На поздних сроках нас ограничили в половой жизни, из-за крупных малышей была вероятность преждевременных родов и чтобы не провоцировать, я много отдыхала. Мы хорошо помучились, потому что ругались по мелочам, а мириться мы хотели в кровати, но нельзя было. Поэтому я ходила злая, не знаю как Максим держался. Но надо сказать выдержка у него достойная. Он проявлял ещё больше заботы.
Сейчас мы сидим на берегу моря, любуемся закатом.
В люльке сопят два полуторамесячных карапуза с глазами Максима.
Абсолютно разные Дамир и Мирон. Да Бабуля дождалась своих правнуков. Имена нам с Максимом понравились и мы решили согласиться с бабушкой. Мама Максима долго плакала и обнимала меня, когда я спросила разрешения назвать сына Мирон. Мне рассказали их семейную трагедию. Максим был рад, что я сама захотела назвать сына в честь его дяди, потому что сам Максим никогда бы не решился предложить. Светлана называет меня дочкой, теперь она говорит, что у неё есть дочь и сын, и любимые внуки. Из-за этой ситуации мы стали действительно ближе с ней.
— Мир, я такой счастливый.
— Даже то, что не спал всю ночь?
— Даже не смотря на это.
Мы сидели с Максимом в обнимку под пледом. Мальчики спали.
— Почему ты раньше не придумала спать на берегу моря? Они тут хорош спять под шум волн.
— Это я недавно белый шум для сна нашла в одном мамском блоге. Так вот он схож с шумом волн. На ночь попробуем белый шум включать.
— Может мы поспим сегодня ночью…
— Я была вчера у врача…
— И только сегодня мне об этом говоришь?
— Ты был занят с мальчиками. А сейчас мы говорим…
— И что сказал врач? Твои лохи закончились?
— Что все хорошо… не лохи, а лохии, да закончились, уже на прошлой неделе… и мы можем заниматься сексом…
— мммм, какие приятные новости, начнём прямо сейчас? — Максим начал целовать мою шею…
— Ну не тут же…
— Нет, позовём бабулю посидеть на волны посмотреть…
— Только мне сказали, что первое время, возможно первый год будет сухо, и чтобы не было больно нужно воспользоваться смазкой.
— Я сделаю все, чтобы тебе было приятно, а не больно. Я пошёл за бабулей…