Я - маг огня! (СИ)
А следующее пробуждение состоялось оттого, что я сквозь сон ощутила на себе пристальный взгляд. В нем не было опасности, но все равно он не давал покоя. Поэтому я вынужденно открыла глаза.
На стуле, рядом с кроватью сидел Дрон. Только сейчас что-то в облике приятеля неуловимо изменилось. Куда-то делись угловатость и неуклюжесть, растрепанные вихры лежали волосок к волосу, но главное — осанка, манера держаться… Щуплость превратилась поджарость, в каждом движении сквозила хищная грация. Холодная сталь отразилась на миг в карих глазах Дрона. Или?
— Я так понимаю, передо мной наследник рода Толье, — произнесла я официальным тоном.
Дрон, который не Дрон на это ничего не ответил. Но по его взгляду поняла — угадала.
В палате повисло молчание. Но ни я, ни аристократ не торопились его нарушать. Спустя минуту Толье все же заговорил. И его слова оказались для меня весьма неожиданными.
— Поначалу я полагал, что ты и есть убийца, нанятая, чтобы прикончить меня.
— Ну знаешь… — как ни была я слаба, силы возмутиться все же нашлись.
— Одно твое провокационное заявление перед первым занятием чего только стоило, — не смутился аристократ. — Представь себя на моем месте. К тебе подсаживается уверенная в себе, явно сильная магичка и тут же упоминает имя твоего отца. Причем не мимоходом, а прицельно. Что должен был подумать я, зная, что за мной идет охота?
— Вообще-то я так пыталась спровоцировать сына канцлера. У меня, между прочим, после этого целых четыре кандидата на эту роль появились. Только один из них оказался настоящим убийцей, — печально призналась под конец речи.
— И кто же были остальные? — с интересом спросил Толье и в оживившемся собеседнике я вновь увидела черты баламута-Дрона.
— Брас с Тибальдом и Магнус.
Называя эти имена, я никак не ожидала такой реакции. Толье закашлялся, словно подавившись. И лишь потом пояснил:
— Ты все разы почти попала.
— Как? — не поняла я.
Но вместо того, чтобы пояснить что-то опешившей мне и ответить на пресловутое «как» Толье спросил:
— Интересно, и почему ты отмела их кандидатуры?
Вот ведь аристократ! Не желает делиться информацией, а только получать. Я скривилась, но вынужденно пояснила. Да и не тайна это была вовсе:
— Магнуса — по рукам. Он без перчаток сорняки полол в оранжерее. И руки у него были… простые, в общем, руки, рабочие.
— Хорошо, моего телохранителя выдало его привычка работать голыми руками. А Браса и Тиба?
— Так их действительно так зовут? — меня бесила эта манера мягкого допроса, когда один только задает вопросы, а второй — лишь на них отвечает.
Аристократ, видимо, что-то такое почувствовал в моем тоне и на этот раз ответил:
— Да, это их настоящие имена. Так на чем они прокололись?
— Слишком слаженно дрались в дуэли. К тому же у одного из них была татуировка на теле…
— И когда ты ее успела разглядеть? — усмехнулся Толье.
— Не я, Дэн. В лазарете. Он с этими двумя агентами лежал после поединка.
— Да уж, я в курсе, что Стилл с ними задружился. Даже номерами магофонов обменялись.
Я удивленно вскинула брови, потому что мне показалось, что этот факт весьма уязвил Толье. Но как выяснилось из его дальнейших слов, дело было в другом.
— Кстати, именно их твой Дэн и позвал на помощь после вашей эпохальной битвой с наемником, на развалинах крепости Руфор.
Мне это название ни о чем не говорило, но я сделала пометку, что стоило бы прочитать про то место, где я чуть не отдала четырем богам душу.
— Хотя я не могу судить Стилла — сам поступи бы так же: если есть знакомые тайные агенты, то лучше обратиться к ним, чем к законникам, которые могут арестовать заодно всех, до выяснения обстоятельств. Но вот то, что Брас с Тибом даже не поставили меня в известность, паразиты… — недовольно выдохнул аристократ. — Тихо забрали тело ликвидатора в свои застенки для допроса некромантом. А Стилла и твое почти бездыханное тело отвезли в центральный лазарет столицы. И я только на следующий день узнал, что с тобой случилось.
— Переживал? — спросила я. Мой голос сочился сарказмом и был так сух, что казалось — на зубах заскрипели пески южной пустыми.
— Ты пострадала из-за меня. Тебя хотели убить мне в назидание. Точно пока не известно, почему наемник выбрал именно тебя. Возможно, он вычислил меня и взял того, с кем я успел сблизиться. Или все дело в твоих словах про то, что ты — дочь моего отца… в любом случае я перед тобой виноват. Поэтому спрошу прямо: как я могу искупить свою вину.
Захотелось съязвить, что после того, как люди изобрели деньги, выражать благодарность стало куда проще, но вместо этого вырвалось совершенно другое:
— Скажи, ты во всем лгал и притворялся? В дружбе, в симпатии? И Лори — тоже часть «прикрытия»? — вспомнилось вдруг, как они оживленно спорили в парке.
— Лори — хорошая девушка. Но она интересовала меня только как источник опасности. Дочь государственного преступника. Нужно было выяснить, чего от нее ждать, какой угрозы.
— И как, выяснил?
— Мой отец составит ей протекцию в трудоустройстве.
Всего в одной фразе Толье умудрился сказать все. И то, что считает Лори «безопасной», и то, что чувствует перед ней вину… Все же не такой он холодный, расчетливый и циничный гад. Хотя и гад еще тот!
— У тебя отлично получилось изобразить чувства к Лори, — все же не удержалась я.
— Демонстрировать то, чего, в сущности, не испытываешь — такому высших приучают с детства, — пристально глядя мне в глаза, произнес Толье. Это очень помогает в будущем, когда заключаешь договорной брак по расчету.
— К чему ты мне это говоришь?
— К тому, что Стилл — тоже один из высших, как и я.
— Это намек?
— Скорее констатация факта, — Толье задумчиво побарабанил пальцами и сменил тему: — Но знаешь, некоторые мои чувства были вполне искренни.
— Да? — я не удержалась от иронии. — И какие же? Голода, холода и морального удовлетворения?
— Нет, — Толье посмотрел на меня. Его взгляд на миг задержался на моем лице. — Ты удивительная девушка, Ник. Отчаянная и смелая, умная и решительная. Ты вызываешь уважение. И в тебе горит огонь, который согревает и манит. Я еще не встречал таких. И хотел бы быть тебе другом.
— Дрон был мне другом. А наследника герцога Толье я не знаю.
— Мортимер, — одними губами улыбнулся он, представляясь заново. — Для тебя Мор.
— Дрон мне нравилось больше, — словно невзначай заметила я.
— Возможно это и хорошо, нам все же как-никак предстоит еще несколько лет учится вместе. А сокурсники знают лишь о Дронвире Морфире… — и после этих слов лицо Толье закаменело, словно он вспомнил о чем-то крайне неприятно.
Так и оказалось:
— Ники, я не хотел бы тебе этого говорить, но… Это касается безопасности. Я должен взять с тебя клятву о неразглашении. Стилл уже дал аналогичную.
А я поняла еще одну причину, почему Дэн вызвал агентов, а не тофагев: Стилл в отличие от меня прекрасно осведомлен о подводных камнях политических интриг. И о том, когда стоит сохранить все в тайне.
Я не стала сопротивляться, понимая, в игре, где ставки слишком высоки, альтернативой клятве может быть устранение. Не физическое. Но, скажем, порошок забвения, что стирает память. Только делает он это не выборочно, а сразу пластом, стирая память о целых годах жизни. И я не хотела бы опасаться, что чья-то рука нечаянно дрогнет над тарелкой с моей кашей и там окажутся эти гранулы…
Дрон… или все же Мор, взяв клятву, ушел. И мне показалось, что он чувствовал себя виноватым. Что ж, так отчасти и было. Хотя в основном это была моя вина: вляпалась по собственной неосторожности во что только могла.
Но не будь всего этого, я бы не встретила Дэна, и возможно, не поступила бы в академию…
Мысли вновь вернулись к Стиллу. Как он там? Хотелось его увидеть. Но целитель запретил мне подниматься с постли, пока силы полностью не восстановятся. В основном — магический резерв, который сильно истощился. Лекарь недоумевал, где я могла так вычерпать свои силы. Я прекрасно знала где — на ритуале пентаграмма высосала меня почти всю, до донышка.