Я - маг огня! (СИ)

— Зачисление на факультет стражей закончилось час назад. Знания самых одаренных из магов комиссия уже проверила, и имена тех, кто прошел их успешно, уже вывешены на стенде.
Так вот почему нас всех развели по разным аудиториям. В соответствии с силой источника — догадалась я о причине, почему наши экзаменационные пути с Силь разошлись. Ее уровень был выше.
— Но профессор Силлеван сказал, что меня все же зачислят, несмотря на то что набор закрыт.
— Пусть профессор Силлеван тогда озвучит это лично ректору. И назовет причину, по которой магистр Викард Бронис должен будет принять такое решение, — отчеканила эта с… стерлядка малосольная тоном «не пытайтесь запудрить мне мозги или взять нахрапом, милочка».
— Профессор это уже озвучил. Письменно. И ректор тоже в курсе.
— Ректор? И как вы, дорогуша, смогли ее увидеть? Миранда Гирс сейчас на экзамене, сдерживает рвение наблюдателя из департамента, который в этом году пожелал выслушать ответы самых слабоодаренных, — она едко усмехнулась, в духе «вот я и поймала тебя на лжи».
— Да, я как раз чуть больше часа назад и сдавала ей экзамен, — тоном игрока, сумевшего обыграть профессионального шулера, отозвалась я вместо козырной карты выложила на стол экзаменационный лист, в котором стояла ректорская подпись. А рядом с ним лег и бланк, заверенный Силлеваном.
Секретарь, приспустив на кончик носа очки, поверх них глянула на документы, сначала в один, потом в другой, потом еще раз вернулась к бланку и недоверчивым тоном спросила:
— Девяносто два?
Я лишь кивнула. Но мне кажется, она этого даже не увидела, потому как подхватив бумаги, лишь бросила мне: «Ожидайте» и прямиком направилась в ту самую обитель, покой которой столь ревностно охраняла — в кабинет ректора.
Я же занялась тем, что, собственно, мне и повелели — ожидала. Правда, заскучать мне не довелось. Потому как в дальнем углу, за рабочим местом секретаря, рядом с открытым окном я заметила вдруг противного здоровенного паука. Он сидел прямо на подоконнике. Черный, мохнатый, жутик
Перебирал лапами и пучил на меня все свои восемь глаз, перебирал своими челюстями, больше напоминавшими ногощупальцы. В первый миг я этой гадины испугалась, а во второй… Наверняка эта пакость забралась сюда через распахнутое окно. А вдруг эта тварь нападет на секретаря? Нет, конечно, в открытом поединке с этой милой дамой я бы поставила однозначно на нее. Хотя бы по причине большей ядовитости сотрудницы академии. Но вдруг тварь ее атакует неожиданно и со спины?
Пусть секретарь теплых чувств у меня не вызывала, но для смертоубийственных она меня тоже не довела, так что я решила действовать во спасение жизни помощницы декана.
Для начала я вооружилась увесистым томиком, которым можно было сломать мозги как в переносном смысле (если пытаться выучить все ее содержимое), так и в прямом (весила она не меньше булыжника из тех, которыми мостили улицы пару веков назад). Я едва подняла этот фолиант над головой, чтобы нанести резкий и сокрушительный удар по членистоногому. И, чуть заплетающейся походкой, под гнетом знаний двинулась в сторону противника с мыслью: не прихлопну, так скину с подоконника на улицу эту тварь.
И ровно в тот момент, когда я зависла над врагом, сбоку раздалось громогласное:
— Отставить!
Я от неожиданности выпустила книгу из рук. И та в тишине звучно упала, просвистев в паре дюймов от паука. Мне показалось, что после удара я слышала треск, но выяснить, проломлена ли половица, было как-то недосуг.
Медленно повернулась туда, откуда слышала крик и узрела высокого статного мага. Небольшая и аккуратная, полностью седая борода, короткая стрижка снежно-белых волос, широкой разворот плеч и выправка, которая выдает военного даже в гражданской одежде. Впрочем, больше всего меня впечатлила в декане не это, а взгляд. Тяжелый. Немигающий. Пристальный. Он довлел, давил, вынуждал сделать шаг назад. А лучше два или с десяток, чтобы быть подальше, а лучше — и вовсе спрятаться.
Но в постаралась выпрямиться и ответить, не пряча глаз и не тушуясь. Хотя бы внешне. Раз уж декан пришел лично посмотреть на ту, которая имела наглость потребовать у него, главы факультета, изменить приказ о зачислении и внести ее имя в список поступивших, то нужно хотя бы показать, что я достойна быть в этом самом списке.
 
— Так значит ты умудрилась инициироваться в день экзамена?! — вскинув бровь вопросил декан.
Его лицо было словно высечено из мрамора: прямые линии, четкие формы, гармоничные пропорции, в которых чувствуется скрытая, суровая и опасная сила.
— Да, — сглотнула, опуская руки. В горле вдруг стало сухо. Но я могла гордиться тем, что мой голос не дрогнул.
— И зачем ты взяла книгу? — спросил он.
— Так здесь же паук, — не глядя ткнула в тварь, сидевшую на подоконнике.
Но когда повернула голову, чтобы увидеть тварь, то на ее месте уже была змея, свернувшаяся в клубок.
— Это проявитель. Артефакт, который видят только те, чей уровень магии достаточен для зачисления на факультет стражей, — пояснил декан и добавил: — хотя бы с подлинность замеров профессора Силлевана разобрались.
И только после этих слов я поняла: секретарь просто-напросто заподозрила меня в подлоге. Ну… бдительная! Лишь позже я узнала, что этот артефакт обычно лишь приковывал к себе взгляд тех из магов, чей уровень дара позволял его увидеть. Будущие адепты при подаче документов просто таращились на подоконник, каждый при этом видя свое: кто огненный фонтан, кто призрака, кто отрубленную башку волкодлака, кто собственную тетю в чепце… Что вызывало большую неприязнь, одним словом.
А установили его потому, что уже бывали случаи, когда самые отчаянные из абитуриентов столь сильно жаждали попасть в стражи, что не гнушались и подделкой бланков с замерами.
Стало интересно: сколько еще таких внезапных проверок ждет меня в процессе обучения? Что-то подсказывало: их будет не одна и не две.
Только поразмышлять на эту тему мне не дал очередной вопрос ректора:
— Ваш потенциал, адептка Роук, впечатляет. Из рода магов?
Судя по тому, как уверенно он назвал мою фамилию, с документами, что принесла ему секретарь, декан Бронис ознакомился досконально.
— Нет, я первая инициированная.
Брови декана удивленно приподнялись. Больше он ничем не выказал своего удивления, продолжив расспросы:
— Из столицы?
— Нет, с юга, из Меллвиля.
— Однако… Из провинции — и такие глубокие знания курса, что восхитили даже ректора, а ее сложно чем-то удивить… — усмехнулся в бороду декан. — Признаться, не реши вы, юная леди, поохотиться на паука, — при этих словах магистра я покраснела, кажется, до корней волос, — я решил бы, что передо мной шпионка. — При последних словах декана мое сердце едва не ушло в пятки.
— Я готовилась поступать на теоретика, поэтому много сил потратила на учебу.
— Оно и видно, что только на учебу. Физическая форма у вас не из лучших. Но ничего, учеба на моем факультет это исправит. И раз уж вы не из столицы, то закономерный вопрос: нужно ли место в общежитии?
Я закивала, что да, место нужно.
После этого декан отдал распоряжение секретарю, чтобы та внесла изменения в приказ, а на мое имя подготовила документы о зачислении, вселении в общежитие, получение формы и учебников и вернулся к себе в кабинет. А я осталась наедине с секретарем, которая с каким-то остервенение начала выполнять распоряжение начальства.
При этом она напоминала бухгалтера, у которого только-только сошелся годовой отчет, а потом ей указали на ошибку и теперь она вынуждена пересчитывать все сметы по новой. Но даже ее злобные взгляды поверх очков не могли испортить моего радужного настроения.
Из приемной я вышла, счастливо прижимая к себе стопки листов. Хотелось кричать «ура», но пыталась сдержаться. Отпраздную с Силь эту победу вечером. А сейчас стоит наведаться в общежитие, пока еще не все комнаты заняты первокурсниками.
Но на одном из поворотов я почувствовала спиной чей-то взгляд. Повернулась. Никого. И только хотела продолжить путь, и крутанулась на каблуках, возвращаясь на исходный курс, как… в шаге от меня оказался тот самый парень, из гостиничного номера. И он был зол. Опять.