Удача любит смелых (СИ)

— Здравствуй, Денис, — я протянул руку.
— Здорово, коли не шутишь, — он неторопливо пожал мою ладонь. Сначала парень не произвел особого впечатления. Худой, жилистый, ростом немного ниже меня. В потертом сером ватнике-робе. Но рукопожатие стальное — ладонь как будто в тиски попала.
Говорит спокойно, с расстановкой. Типичный сельский парень, рано повзрослевший и с детства привыкший к труду. Но это впечатление при ближайшем рассмотрении оказалось обманчивым. Двигался афганец нарочито медленно, но с изящной грацией хищника, плавно и легко. Как будто там внутри находится сжатая стальная пружина, готовая в любую секунду резко распрямиться.
Когда я, в сопровождении Олега, зашёл в строительный вагончик, он на мгновение метнул в меня острый пронзительный взгляд из-под бровей. Через секунду выражение его лица опять стало безмятежным, но я уже сделал вывод: паренек непрост и опасен. Чувствуется в нём стержень и бойцовские навыки.
«Афганец» немного помрачнел, изучая меня взглядом и особенно пристально осматривая наколки на пальцах.
— Не обращай внимания, — попросил я. — Ошибки молодости.
— Хотелось бы верить, — пробурчал Денис. — Урок не перевариваю. 
— Я теперь тоже. Говорил же уже, с откровенной уголовщиной завязал.
— А не с откровенной? — недоверчиво усмехнулся «афганец».
— Здесь могут быть варианты, — признался я. — Смотря что считать уголовщиной. Мы зарабатываем деньги не совсем легальными способами, но никого не грабим и не убиваем.
— Благородные Робин Гуды или Остапы Бендеры, знающие 300 способов честного отъема денег? — в глазах парня заплясали веселые чертики.
— Робин Гуд как раз был грабителем, — улыбнулся я. — А мы, подобно Остапу Ибрагимовичу, стараемся чтить уголовный кодекс. Хоть не всегда и получается. Проще говоря, коммерсанты. Бизнесом занимаемся.
— Спекулянты что ли, или фарцовщики? — парень скривился. — Знаю подобную публику. Она мне нравится. Гнилая насквозь. За деньги мать родную продаст.
— Мы не такие, — спокойно парировал я. — Будем работать вместе, сам увидишь. Пока в нашу команду не входишь, рассказать многого не могу. Но реальные дела лучше тысячи слов. Если ты нормальный парень, все о нас поймешь.
— Дэн нормальный, — подтвердил Олег. — Надежный. Я предварительно с ним уже поговорил. Сказал, что ты всё расскажешь подробно.
— Расскажу, — я подхватил стул, поставил спинкой вперед, и уселся рядом со столом. — Присаживайся, Денис, поболтаем. Меня, кстати, Михаилом зовут.
— Знаю, — кивнул парень. — Олег говорил.
Он так же неторопливо, опустился на скамейку напротив.
— Олег тебе объяснил, чем мы занимаемся, и что понадобится от тебя?
— Ничего конкретного. Сказал, что вам нужны крепкие, сильные и уверенные в себе парни, — ответил «афганец». — Все подробности должен услышать от тебя.
— Расскажи немного о себе, — попросил я.
— Да что рассказывать? — пожал плечами парень. — Москвич. Вырос в обычной семье. Отец — инженер, мать — учительница. Закончил школу, поступил в МИСИ. Встречался с девушкой, поругался, ушёл в армию. Отправили в Афганистан. Больше года там пробыл. Вернулся обратно. Теперь, вот на стройке сторожем работаю.
— А о работе на машиностроительном заводе чего не рассказываешь и о драке на танцах?
— Зачем? — пожал плечами Денис. — Я там полгода всего проработал. А драка…. Так не было никакой драки. С девчонкой потанцевал, вышел, а там меня уже два подвыпивших тела ждали. Один в карман полез. Ну я и не стал ждать, что он оттуда достанет. Дал каждому по разу. Одному ногой в голову добавил. Всё. Они только дернуться на меня успели, больше ничего.
— Силён, — я с уважением поглядел на невысокого паренька. — Брюс Ли? Не узнаю тебя в гриме.
— Мне до него далеко, — усмехнулся «афганец». — Еще в школе начал дзю-до заниматься. Первый разряд получил. А в Афгане был один человек — офицер. Всё свободное время рукопашку надрачивал. Жесткий мужик. Искал партнеров для общих тренировок. Тем, кто будет с ним заниматься, лапы держать, спарринговать, разные ситуации отрабатывать, много поблажек в службе обещал. Наши бойцы забоялись. А мне пофиг, я согласился. Затем к нам ещё один парень присоединился, самбист, тоже из Москвы. Так, год втроём и тренировались. А потом мы с ним продолжили. До сих пор занимаемся. Правда, без Леопардыча.
 
— Без кого? — у меня от удивления округлились глаза. — Какого на фиг Леопардыча?
— Вообще-то, Леонардовича, отчество у него такое, редкое, — улыбнулся Денис. — Сам был в шоке, когда услышал. Командир рассказывал, что он из поволжских немцев, а там такое имя вполне обычное. Мы его в Афгане между собой Леопардычем звали. Кто-то раз брякнул, а потом пристало. Он действительно на большую кошку похож. Такой же прыгучий и гибкий.
— Понятно, — кивнул я. — А что с Леопардычем вашим стало?
— Ничего, — пожал плечами Денис. — Он два ранения получил: пулевое и осколочное. Но выкарабкался, даже форму прежнюю немного восстановил, хотя комиссовали по инвалидности. Леопардыч сейчас в Ленинграде на каком-то заводе начальником смены охраны работает. Выбил себе помещение под зал и тренируется в своё удовольствие. Одновременно, пацанам, получившим ранения, старается помочь. Собственную программу реабилитации для них разработал. Деньги им на лекарства собирает, протезы выбивает, квартиры, машины-инвалидки.
— Годное дело, — признал я. — Молодец твой Леопардыч. Человечище.
— А то, — ухмыльнулся афганец. — Он живёт по собственному кодексу чести. Своих пацанов не бросает. В Афгане за бойцов глотку готов был любому порвать. Но и хамства, разгильдяйства не терпел. Мог и командира на три веселых буквы послать, если тот берега терял. Поэтому выше капитана в своих сорок с лишним лет не поднялся.
— А чего же твоего такого боевого Леопардыча терпели? — заинтересовался я. — За такой посыл сразу с волчьим билетом выгонят, в лучшем случае.
— Так таких как он, спецов, в Афгане больше не было, — признался Денис. — Хороший командир, солдат берег. Боевые задачи отлично выполнял. С местными мог общий язык находить. Леопардыча с бойцами можно было на самые трудные участки кидать. Знали, не подведет.
— Понятно. Ладно, что мы о всё о твоем Леопардыче? Давай о тебе поговорим.
— Зачем? — делано удивился парень. — О себе ничего интересного рассказать не могу.
— Скажи, Денис, что ты от жизни хочешь? — ответ афганца я намеренно проигнорировал.
— Что хочу? — парень на пару секунд задумался. — Жить интересно, зарабатывать много, парням, потерявшим здоровье в Афгане помочь, это святое.
— Отлично, — улыбнулся я. — Считай меня золотой рыбкой, исполняющей желания. Жить будешь интересно, зарабатывать отлично, своим раненным товарищам тоже поможешь. Правда, рисковать придётся.
— Риск, то дело привычное, — Денис сразу же подобрался и остро глянул на меня. — Конкретику давай.
— Конкретика такая, нам люди нужны, сильные, умелые и преданные. Способные защитить и прикрыть в трудной ситуации. Не боящиеся схватиться с бандитами и другими уголовниками. Способные проводить расследования и осуществлять охрану нас и наших грузов.
— Сколько платить будешь? — деловито уточнил Денис. Судя по загоревшимся глазам, парень заглотил наживку.
— Пятьсот в месяц, чистыми, — ответил я. — Это если всё относительно спокойно будет идти, без серьезных эксцессов. Если начинаются жесткие разборки и возникает риск для жизни, сумма удваивается. Плюс премии. Они назначаются за героические поступки, умелые действия, грамотные решения. Размер премии может быть каким угодно, от двух-трех сотен, до тысяч. Его определяю лично я на своё усмотрение.
— Гладко чешешь, — ухмыльнулся Денис. — Прикинут ты хорошо, но это по большому счёту ни о чём не говорит. У тебя хоть деньги такие есть?
— Смотри, — я вытащил из карманов штанов две пачки с сотенными купюрами. — Сейчас у меня в карманах лежит двадцать штук рублями.
Я провел ногтем по пачкам, отгибая края купюр, чтобы парень убедился, что они настоящие.