Восточный край (СИ)
Надежда сразу же поинтересовалась, почему о них сложилось такое мнение.
— Вы были раньше на спорте? — спросил Карлос, а для меня его слова звучали параллельно голосом Альбины.
— Нет, мы в первый раз, — ответила Надежда.
Причем так ответила, что даже я ей почти поверил.
— Мадре миа, опять новички! — зазвучало у меня в ответ разноголосье громкого экспрессивного возгласа да Сильвы и спокойной речи Альбины.
— Много здесь новичков? — поинтересовалась Надежда.
— Все! Вместе с вами тут всего пять пар, и только один я на спорте в третий раз, статистика остальных девственно чиста, ахах! Если что, вам всем нужно меня бояться! — сообщил Карлос. Словно в подтверждение своих слов он шуточно покачал корпусом делая вид что собирается выполнить борцовский проход мне в ноги.
Я на это внимание почти не обратил, потому что удивился реакции Надежды — после слов о том, что все здесь присутствующие новички она мне вдруг ощутимо на краткий миг руку сжала.
Обдумать это я не успел, потому что в беседе уже зазвучали серьезные вещи. Заговорила до этого момента молчаливая партнерша да Сильвы, девушка с впечатляющими формами и внешностью юной Сельмы Хайек.
— Вы знаете, что бывают игры с правилами, а бывают игры без правил? — ровным голосом поинтересовалось она. Анна Гарсия, надо же — имя запомнил. Она хотела сказать что-то еще, но инициативу перехватил да Сильва:
— Нам предстоит игра без правил, вы же в курсе? Да-да, это точно, я уже прочитал положение, отдельную премию можно получить за насилие, — после этих слов да Сильва сделал вид что накручивает на кулак невидимую длинную гриву и скачет в седле буйного коня. — Премию от зрителей, которая при некоторых раскладах может перекрыть весь гонорар за участие. Я предлагаю вам заключить пакт и взаимное насилие из программы исключить.
После, показывая о чем говорит и что подразумевает, да Сильва снова сделал вид, что скачет в седле норовистой лошади. Надежда в это время, обернувшись ко мне, быстро перевела на русский смысл сказанного.
— Мы все считайте подписались, — обвел да Сильва остальную компанию.
— Мы согласны, — переведя, но даже не спрашивая моего мнения, ответила ему Надежда. Хотя что тут спрашивать.
— А вы нормальные ребята, будет приятно вас завтра убить! — жизнерадостно сообщил да Сильва и для эффекта чиркнул большим пальцем по горлу.
Раздался общий громкий смех, местами натянутый. Похоже, ребята не совсем уж и веселые, а зажатость у них отсутствует из-за заряжающего всех и все вокруг себя энергией да Сильвы.
К нам подошло тело официантки-андроида, принесло новые коктейли. Я свой еще не допил, а вот у большинства остальных под беседу все закончилось. Пока разбирали напитки с подноса, я вспомнил, что речь только что шла о красной паре, с чего собственно обсуждение джентльменского соглашения и началось.
— Так что с красными? — спросила Надежда, которая явно подумала о том же.
Из громкого ответа да Сильвы сразу стало понятно, что к договору о честной игре они присоединяться не стали. После наводящих вопросов Надежды выяснилось, правда, что они вообще не стали с шестеркой латиноамериканских участников разговаривать, ведя себя как «высокомерное дерьмогринго».
Мы пообщались с шумной компанией еще немного — на полкоктейля, после чего Надежда потащила меня дальше осмотреться. Прогуливаясь вдоль бассейна, мы вскоре заметили пятую пару в красном. Устроились они в густой тени раскидистой пальмы. Что неудивительно — волосы у них светлые (с яркими красными прядями), кожа у обоих белоснежная, молочная.
Я тут же вспомнил диалог из анекдота, когда осенью на курорте видят человека с абсолютно белой кожей: «Вы откуда такой незагорелый? Из Петербурга. Неужели у вас там солнца летом не было? Было, но я в тот день работал»
Впрочем, типаж у «красной» пары не славянский определенно. Мы как раз подходили, красные на нас обратили внимание. Но так, что никакого желания познакомиться не возникло: посмотрели вскользь, словно сквозь нас глядя. А вот я рассматривал обоих очень внимательно. Северный тип лица у обоих, не финны, но скорее всего потомки викингов.
При этом было еще что-то во внешности светловолосой пары, что меня задевало. Присмотрелся. Оба худощавые, у обоих впалые скулы, светлые волосы и… Вот что меня задевало — у обоих красные, реально красные — как у кроликов, глаза.
Стаканы с коктейлями на столике, кстати, тоже красные. «Секс на пляже» — тут же подсказала мне память название коктейля. Правда в отличие от горячих латиносов никакого секса в облике светловолосой «красной» пары и близко не было. Выглядели они как два змея-альбиноса с белоснежной чешуей и красными глазами.
После того как обошли бассейн — вышло прилично по расстоянию, прогулялись по территории отеля. Спустились вниз, в спа-зону на цокольном этаже, нацелились обойти вокруг всего здания. Но стоило только отойти от бассейна, как к нам подошло тело из обслуживающего персонала и вежливо попросило вернуться в зону отдыха.
Жаль, а так хотелось осмотреться и запомнить обстановку. Вернулись, искупались, позагорали немного. Вокруг никого из «встречающих» нас в холле отеля не было — мы, пять пар, находились на территории вокруг отеля одни. При этом я то и дело чувствовал едва ощутимое касание чужих взглядов. Изучающее внимание, я бы это назвал.
— На нас сейчас смотрят? — спросил я у Надежды.
— Да, — просто ответила она.
Ее кавайная светлость после общения с латиноамериканцами — продолжающими заливаться коктейлями и веселящимися на горках, загадочно молчала. Ходила вся в себе, глубоко задумчивая.
— А зачем на нас смотрят? — отвлек я ее.
— Выбирают, делают ставки, выкупают лоты.
— Что за лоты?
— Ну, например, если ты кому-нибудь понравишься, на тебя могут сделать ставку, а еще заплатить и утром тебе принесут в номер пулемет.
— Или не принесут?
— Именно.
— Интересные здесь правила.
— Это Грязная лига, — только и ответила ее светлость, после чего словно забыла обо мне.
Я внимательно посмотрел на Надежду. Она же, чуть прикусив губу, смотрела словно вглубь себя расфокусированным взглядом. Прокрутил в памяти недавние события и понял, что сама не своя она стала после того как узнала от да Сильвы, что к участию в ивенте прибыло не пятнадцать пар, как изначально было заявлено, а всего пять. И практически все — новички.
Именно это ее сейчас серьезно озадачило.
Когда назначенное «обязательное к появлению» свободное время вышло — как раз солнце зашло, и бассейн оказался в тени, мы вернулись в номер. Здесь у нас было полчаса по-настоящему свободного времени, за которые мы успели только принять душ и переодеться в «вечернюю» форму одежды к следующему дальше по программе ужину.
Мне полагался вполне обычный классический костюм, предсказуемо с синим галстуком. Надежде — синее вечернее платье с открытой спиной. Когда мы спускались на лифте, перед выходом в атриум я подал ей руку. Надежда не удивилась, под локоть меня взяла как само-собой разумеющееся.
В ресторане, куда нас привел предупредительный андроид, царило оживление. В зале висел гомон голосов, позвякивали приборы, слышался женский смех. После тягучей дневной пустоты почти как в нормальной обстановке оказался.
Сновали вокруг официанты — от длинных столов, на которых громоздились блюда, к небольшим столикам, за которыми устроились гости. Кроме нас — кроме участников, здесь собралось еще несколько десятков человек. Все те, кто куда-то попрятались днем и не показываясь на глаза наблюдали за нами, сейчас собрались здесь.
В глазах зарябило от разнообразных нарядов и причесок. В стиле одежды преобладала классика — вечерние платья, костюмы, но при этом дресс-кода, да и вообще запретов вообще никаких не было. Буквально только что мимо нас прошел здоровый мужик в белоснежной шубе на голое тело, держа под руки двух наголо обритых темнокожих красоток, из одежды на которых было только несколько полосок белого скотча. И это не самый экстравагантный наряд — встретилось еще несколько экземпляров, привлекающих внимание, как вот этот субъект непонятного пола в розовом костюме с длинными шипами со всех сторон. Среди классических костюмов и вечерних платьев подобное смотрелось крайне для меня необычно, но у остальных не то что удивления, даже повышенного внимания не привлекало.