Эпидемия (СИ)

— Как она? — Спросила зашедшая Лера.
— Все так же, температура держится. — Сказал Тимур, потерев глаза пальцами.
— Сейчас укол сделаю. — Лера набрала физраствор в шприц, вколола его в ампулу с антибиотиком, и заполнила уже готовым лекарством. Повернула Ларису на бок, протерла место укола спиртовой салфеткой и ввела шприц. Женщина даже не отреагировала. — Тимур, надо что-то делать, только не знаю, что. Может поехать в город, в книжный магазин, энциклопедии почитать. Вчера пыталась в интернете информацию найти, но сайты грузит по полчаса, многие вообще уже не работают. Если мы оставим все как есть, она умрет. Пенициллин не помогает.
— Я тоже об этом думал, тоже искал. Скоро вообще без интернета останемся. Блин, насколько же мы беспомощны, а представь зубную боль, аппендицит или роды? Как вообще выживать без врачей? — Тимур встал с кресла. — Я пойду вниз, посмотрю может у мамы что-то было в книгах.
Спустившись по лестнице, увидел Веру в зале, сидящую возле радио.
— А давайте мы тетю Ларису к врачу отвезем? — Спросила девочка.
— Вера, больницы больше не работают, врачей нет. — Ответил обреченно, направляясь к книжному шкафу.
— У них есть. — Сказала Вера и сделала радио громче.
«Внимание всем выжившим, вещает община «Рассвет». У нас есть еда, электричество, врачи, лекарства, все, чтобы обеспечить нормальную жизнь. Залог выживания — держаться вместе. Приезжайте. Каждому найдется место. Мы занялись сельским хозяйством, ловлей рыбы. Мы делаем все, чтобы дать человечеству шанс. Нас уже больше семидесяти человек. Мы находимся в центре подготовки ФСБ, поселок Кабардинка, координаты GPS….»
— Это что? — Спросила спустившаяся на шум Лера.
— Это спасение! — Ответил Тимур и сорвался с места на второй этаж, перенести Ларису в машину.
  
Глава 2. Александр
 
28 июня.
9.38 по московскому времени
Коттеджный поселок на Новорижском шоссе
Опять это гребаное похмелье. Опять голова, как осиное гнездо, жуткий сушняк и качка, словно на палубе корабля. Еще вчера понимал, что литровая бутылка виски — это слишком, но не мог остановиться, пока не допил. Проснулся полностью голый, лежа в ванной. От неудобной позы занемело все тело. Спину ломило, ниже пояса ничего не чувствовал, кроме ноющей боли в вывихнутой ноге. Включил душ и полил себя прохладной водой. Холодные струи немного освежили, но гудящий рой в голове не утих. Нужно средство посильнее. С трудом, опираясь на раковину, выбрался из ванной, накинул халат и побрел на кухню.
На плите сковорода с омлетом, частично съеденным, но в доме никого не слышно. Саша набрал стакан воды из пурифайера, достал аптечку, отрыл упаковку шипучего аспирина и закинул в воду. Решив проверить, где старик с девчонкой, прошелся по первому этажу, но никого не нашел. Выйдя на террасу, увидел их, купающихся в бассейне. Девочка улыбалась, старик тоже. Эмиль держал Женю на руках и катал по поверхности воды, как кораблик. Увидев Сашу, старик остановился, взял девочку на руки и помахал рукой.
— Доброе утро!
— Ага, утро. — Бросил в ответ Саша.
— Александр, вы не голодны? Я там на плите оставил омлет, он, наверное, уже остыл. — Сказал Эмиль, опуская девочку в воду и придерживая.
— Я не голоден. Буду у себя наверху. Вы по тише тут, мне не здоровиться. — Саша осушил стакан и пошел обратно.
Захватив на кухне бутылку минералки, вернулся в спальню и рухнул на кровать.
17.42 по московскому времени
Аспирин сделал свое дело, и пробуждение уже не было такой мукой, как утром. Поднялся с постели, натянул шорты, сделал несколько глотков воды и пошел вниз. Дико хотелось есть, от мысли о горячем омлете рот наполнился слюной, а желудок заурчал. Эмиля с Женей опять нигде не было. Саша разогрел остывший завтрак и съел прямо из сковородки. Выйдя на улицу, сощурился от солнечного света, подошел к краю бассейна и рухнул в воду. Задержавшись на дне, насколько хватило дыхания, вынырнул на поверхность. Сделал глубокий вдох и просто лег, полностью расслабившись. Вода приятно обволакивала, охлаждала, напитывала тело. Солнце проникало через веки, застилая глаза приятным багрянцем.
 
— Добрый вечер, Александр. — Услышал голос старика.
— Привет, привет.
— А мы только вернулись.
— Понятно.
— Вам не интересно, где мы были? — Спросил Эмиль.
— Да как-то не особо. — Ответил Саша, продолжая дрейфовать в бассейне.
— Ездил в Москву, Женечку с собой брал, очень милое дитя. Начал готовиться к поездке.
— Ну удачи тебе. — Сказал Саша, наконец-то открыв глаза. — Скажи лучше, там из еды есть что-то?
— Я сейчас буду готовить ужин. Это займет около часа.
— Отлично, через час приду.
— А вы ничего не заметили?
— А что я должен был заметить?
— Не прислушивались? — Еще раз загадочно спросил Эмиль.
Саша притих и напряг слух. Только сейчас различил еле слышное басовитое урчание, будто где-то далеко работал трактор.
— Что это?
— Это генератор. Электричество отключили пока вы спали. В этой части Москвы точно. Везде, куда ездили, не было электричества. Скоро здесь закончатся продукты. Так что с поездкой тянуть не будем.
— Но у нас же есть свет?
— Да, пока есть топливо для генератора. Я успел привезти немного, но хватит на пару дней.
— Ну пока же есть, чего напрягаться то. — Сказал Саша и нырнул. Ему не хотелось вылезать из воды. Ему было хорошо и уютно, как в материнской утробе, но воздух закончился, вынуждая всплыть.
Послышались шлепки детских босых ног и повернувшись, увидел, как к бассейну подбежала Женя. На девочке купальник в цветочек, хотя вчера она купалась в футболке и шортах. Женя остановилась у бортика бассейна, поставила рядом сумку, с которой не расставалась, и посмотрела на Сашу. В глазах ребенка читался легкий страх, просьба и доверие. Князев молча протянул руки, и девочка прыгнула с бортика. Не смог удержать ее, полностью окунув в воду. Тут же выдернул наверх, но Женя успела испугаться, плотно схватила за шею и прижалась всем телом. Саша прижал к себе руками, сам перепугавшись того, что чуть не утопил. Так и стояли, обнявшись в воде. Что-то шевельнулось в его груди. Какое-то глубокое и забытое чувство, которое даже не мог понять. Стало хорошо, лучше, чем от дорожки порошка или бутылки виски. Маленькие ручки, обхватывающие шею, на секунду сделали счастливым, нужным, и любимым. Но он отнял девочку от себя и посадил на бортик, слишком уж резко нахлынула волна новых чувств.
— Испугалась? — Девочка в ответ кивнула. — Еще будешь купаться или все?
— Буду. — Сказала Женя. Помог ей дойти до неглубокой части бассейна, где она могла спокойно плескаться.
— Тут купайся, только дальше не заходи, там глубоко.
— Хорошо. Тебе понравился мой купальник? — Девочка погладила новый купальник ладошками, разглядывая цветочный рисунок. — Мне его дядя Эмиль купи… взял в магазине. Красивый, у меня таких не было.
— Прикольный, тебе идет. — Сказал Саша и ушел в другую часть бассейна.
Впервые в сознательной жизни, он стушевался. Ему очень понравилось то чувство, которое только что испытал. Даже больше, он был поражен тем, насколько простая эмоция может взбодрить и воодушевить. Но он боялся. Боялся привязаться, разочаровать, обидеть, или просто разрушить это чувство. Проще забыть. Больше не подпускать девочку к себе, самому держаться подальше, и, в конце концов, оставить ее с кем-то, с кем ей будет лучше, кто сможет о ней позаботиться. В том, что сам сможет ухаживать за ребенком должным образом, Саша сильно сомневался.
 
Через сорок минут пришел Эмиль и позвал на ужин. Кухня наполнилась ароматом обжаренного фарша и томатов. Старик накрыл на стол, разложив по тарелкам пасту Болоньезе. Женя удивленно копалась в тарелке, пока старик не сказал ей, что это «макароны по-флотски» только с томатами, после чего девочка принялась уплетать за обе щеки. После ужина Саша ушел к себе в комнату. Женя осталась на кухне, наблюдать как Эмиль убирается. Князев открыл ноутбук, пылящийся в доме уже не один год, старенький Маубук Эир. Интернет не работал, разочарованно убрал лэптоп обратно на тумбочку. Скучно. Раньше сорвался бы в клуб, или кататься по Москве, припудрив ноздри. На худой конец, отправился бы в стриптиз или заказал девочек на дом. Один из любимых вариантов досуга — улететь за границу кататься на серфе, только самолеты больше не летают. Просто прозябать в комнате, без интернета, без развлечений — не привык. Скука сводила с ума. Мысль о том, что теперь так будет всегда, вгоняла в депрессию. Пить больше не хотел, утреннее похмелье до конца еще не прошло. Алкоголиком не был, понимал, что это путь в один конец. Не хватало порошка, до зуда в суставах, но весь запас сгорел вместе с квартирой. Оставалось тупо сидеть и страдать. Вниз идти не хочется. Там раздражающий Эмиль, сам не знал, чем старик так бесит. Слишком правильный, слишком умный и предусмотрительный. И Женя там, которую откровенно начал побаиваться, точнее себя, то, каким становился рядом с ней.