Эпидемия (СИ)

Девушка взяла полис и начала вносить данные в компьютер, медленно вбивая буквы по одной.
— В связи со вспышкой инфекции, больничные выдают в общем порядке. Мы освобождаем вас на неделю от работы. Советую посетить терапевта. А так постельный режим, больше жидкости, и… — шлепнув штамп поликлиники на больничном листке, протянула его в окошко. — Остальное вы знаете, если будет хуже, звоните в скорую. Выздоравливайте!
Поблагодарив девушку, Стив постарался быстрее выбраться на улицу. Несмотря на то, что на часах было всего пол двенадцатого, воздух успел нагреться. Жару почти не ощущал, из-за катившегося градом пота. Футболка и джинсы полностью промокли и стесняли движения. Постоянная жажда и сухость во рту добивали. Выбившись из сил, прислонился спиной к стене и достал мобильный.
— Алло, привет Миш.
— Привет! Ты как там? Когда утром звонил я тебя вообще не узнал, сейчас, вроде, голос посвежее.
— Да я только из поликлиники. Больничный взял. Думал завезти его на работу, но, по всей видимости, не смогу. Если я тебе его фото скину, передашь?
— Конечно, передам! Только можешь не торопиться, наша мегера тоже слегла. И еще человек пятнадцать во всем офисе. Так что ты не один. Может тебе чего привезти из лекарств?
— Спасибо, все есть. Ты же знаешь, моя девушка на медика учиться. Она без аптечки даже в магазин за хлебом не выпустит.
— Да точно, забыл. Ладно, кэп, выздоравливай, тяжко мне одному тут.
— Спасибо, Миша.
Не успел убрать телефон в карман, как он опять зазвонил.
— Привет! Ты как там? Как себя чувствуешь? — Раздался взволнованный голос Дейзи.
— Привет! Да вроде немного легче. Из больницы домой иду, справку на работу брал. А ты как там?
— У нас тут вообще не пойми, что происходит! Вся больница забита. Инфекция. Симптомы такие же, как и у тебя! Вчера было несколько смертельных случаев. Может мне к тебе прилететь?
— Нет, ты что, не надо. Ты же знаешь, у меня иммунитет сильный. Скоро поправлюсь. Наверное, простая вспышка гриппа.
— В середине лета? Не похоже. У вас цвет неба нормальным не стал?
— Да нет, все такой же фиолетовый. — Стив запрокинул голову и посмотрел на пурпурные облака.
— Что за выражение «да нет»? Этот твой русский язык, уже думать по-русски начинаешь. У нас небо все такое же. И судя по роликам в сети, так повсюду. Меня это пугает.
— Дез, я думаю, не стоит переживать. Если бы это представляло опасность, правительства уже давно сообщили бы об этом.
— Хотелось бы верить. — Дейзи взяла многозначительную паузу и сменила тему разговора. — Только лечись там. Пей лекарства. Постоянно звони, слышишь, постоянно!
— Хорошо. Уже домой иду. Поспать лягу, а то слабость сильная.
— Конечно, ложись. Вообще старайся меньше ходить, больше лежи. Ладно, я побежала. А то у нас тут аврал. Пока, целую. Люблю тебя!
— Я тебя тоже!
Немного покрутив в руках мобильный, Стив зашагал по тротуару в сторону дома. Силы покидали с каждым шагом, ноги не слушались и колени так и норовили подогнуться. К концу второго квартала подходил, опираясь рукой на стену. До дома еще почти километр, чертовский длинный километр. Выбора не оставалось, и он подошел к проезжей части с поднятой рукой. Как того и ожидал, машина остановилась почти моментально, старенькая, со следами ржавчины, вазовская «семерка». За рулем сидел мужчина средних лет, явно гость из ближнего зарубежья. Он неспешно нагнулся через пассажирское сидение и приоткрыл заднюю дверь.
— До Сиреневой семнадцать сколько возьмете?
— Пятьсот рублей. — Мужчина говорил с очень сильным акцентом, Стив даже не сразу понял, что он сказал.
— Сколько? Да тут ехать километр. двести максимум.
— Э-э-э. Ну, давай триста, а?
— Да какие триста, я же говорю двести, больше не дам.
— Ладно, садись, поехали.
Закрыв дверь со второй попытки, опустился на просиженное сидение. В салоне пахло табаком и грязным телом. Прохрустев коробкой передач, машина неспешно отъехала от тротуара. Уже через несколько минут остановились возле нужного дома. Стив спешно сунул две купюры водителю и как можно быстрее выбрался из «ароматной» машины.
 
В квартире сразу растянулся на кровати, давая утомленному организму хоть немного прийти в себя. Сильно болевшие от яркого уличного солнца глаза, наконец-то расслабились в приятном полумраке спальни. В таком состоянии он мог сейчас пролежать, наверное, неделю. Каждая клетка тела благодарила за эти мгновения полного бездействия. Наслаждаясь состоянием, не заметил, как провалился в сон.
Проснулся ночью. Первые мгновения не мог понять, сколько сейчас времени и почему так темно. Только посмотрев на экран мобильника, понял, что проспал почти весь день. Дышать тяжело, язык распух и прилип к пересохшему небу. Боль в голове пульсировала в такт биению сердца и усиливалась с каждым движением. Простыня пропитана потом насквозь. От былого чувства расслабления не осталось и следа. Кое-как добравшись до ванной комнаты, согнулся на унитаз в приступе рвоты. Желудок был пуст, и его выворачивало горькой пенной с неприятным запахом. Непослушный градусник только с третьей попытки вылез из чехла.
— Черт, какой холодный. — Почти закричал, засунув градусник под мышку.
После пронзительного писка он посмотрел на маленький экран.
— Сколько? Не может быть. — Он, не поверив, еще раз засунул градусник, но тот не врал. Температура действительно была тридцать девять и девять.
Набрав на телефоне номер скорой помощи, услышал короткие гудки. По телефону МЧС сообщили, что все линии медицинской помощи перегружены, внесли обращение в базу и свяжутся, как только будет свободная машина. Положив трубку, понял, что остался один, без помощи государства и какой-либо социальной поддержки. Для него, привыкшего к отлаженному механизму американского общества это было шоком. Вспомнил инструкции Дез, добрался до аптечки и вывалил на стол все ее содержимое. Быстро выпив таблетку аспирина и парацетамола, натянул теплые носки, тренировочные штаны и плотную кофту. С самого детства помнил, что при температуре надо сильно пропотеть. Достал из шкафа теплое одеяло и накрылся им с головой. Термос с горячим чаем и большая кружка стоял у изголовья кровати, несколько больших глотков и обжигающая жидкость пролилась по пересохшему горлу раскаленной лавой. Стало невыносимо жарко. Через десять минут кофта прилипла к телу. Сознание начало затуманиваться. То ли температура, то ли общее разбитое состояние давали о себе знать. Но толком так и не уснул. Тягучий полубред размывал границы реальности. Слышался гул множества голосов вокруг, непонятные обрывки сна, где он должен что-то делать и не как не успевает. Тело вздрагивало и находилось в напряжении. В некоторые моменты понимал, что это сон и пытался проснуться, но никак не мог выбраться из липкого забвения. Удалось открыть глаза, но окончательно сознание к нему не вернулось и, осмотрев комнату вокруг, он провалился обратно.
25 июня
7.12 по московскому времени
Проснулся ранним утром. Одеяло и простыня скомканы, как будто на постели боролись. Одежда намокла и противно прилипла к телу. Но ночные муки не прошли напрасно — жар спал и, в общем, чувствовал себя намного легче. Жажда и сухость во рту остались, слабость почти такая же, но в остальном самочувствие улучшилось. Стянув мокрую одежду и бросив ее в корзину для белья, Стив вытерся влажными салфетками и одел сухое. Принимать душ не рискнул, боялся вызвать повышение температуры, вторую такую ночь не переживет. Аппетит отсутствовал, через силу запихнул в себя несколько бутербродов с чаем. Утренняя доза лекарств — несколько разноцветных таблеток и кружка горячего «Терафлю», обязательная процедура еще на несколько дней. Отписался Дез о том, что стало легче, подождал ответа. Но галочки так и не окрасились синим цветом. Скорее всего, занята на практике.
 
Забрался в кровать и, укрывшись одеялом, достал ноутбук. Небольшой рейд по страницам социальных сетей. У многих друзей стояли статусы о болезни, ленты забиты постами о зараженных родственниках и друзьях. Масштаб уже походил на эпидемию. Давно не видел, что бы столько людей одновременно болели. Заинтересованный, полез на новостные сайты. Заболевание распространилось не только в России, информационные агентства зарубежных стран вещали об огромном количестве заболевших, перевалившем за миллионы. Уже был создан сайт с мировой статистикой по заболевшим и умершим. Половина инфицированных скончалась, на второй день после заражения, и с каждой минутой число смертей постоянно увеличивалось. Правительства Израиля, Англии, Германии, Таиланда и Кореи ввели режим чрезвычайной ситуации и закрыли границы. Мелькали ролики с людьми в костюмах химической зашиты. Но еще ни одна страна не смогла определить, что является источником заболевания. Так же многие информационные ресурсы сообщали о небесной аномалии, и кто-то уже пытался связать пандемию с этим явлением.