Эпидемия (СИ)

Только сейчас понял, какой тупой и мазохистской идеей было вернуться домой. Но преодолев почти весть путь, возвращаться назад глупо. Да и куда возвращаться? В вымершую Москву? Где вот-вот наступит зима и укроет землю белым почти на полгода. Верная смерть. Но сможет ли жить здесь, где все ввергает в ностальгическую меланхолию? Так недолго и с рассудком попрощаться.
Чтобы хоть как-то оттянуть время, заехал на набережную Новороссийска. Мотоцикл остановил прямо возле парапета, снял шлем и спустился к морю. Теплое. Лежит как стекло, поглаживая камни, как волосы любимой. Вода чистая. Теперь и в Цемесской бухте можно купаться. Часть кораблей уже выкинуло на берег, часть дрейфуют. Еще несколько лет и от них останутся только остовы на дне, как ржавые кости исполинского киборга. В Геленджике бухта тоже очистится в кой то веки. Каждый год с конца июня ни один местный не залезет купаться в черте города — ротовирснуя инфекция гарантирована. А теперь чистота и пустота. Природа смыла людей вирусом, как жир с тарелки смывается лавандовым фейри.
  
Глава 1. Тимур
 
8 июля.
2.18 по московскому времени.
База «Рассвет»
Кабардинка
Проснулся от топота ног за дверью. Настроение ни к черту, весь вечер не мог найти Леру и изрядно психовал. Встретил её перед отбоем, на улице в беседке, сидела в телефоне, листала фотографии. На вопросы «где была», ответила, что готовила учебную программу для детей. Спать вместе отказалась, сильно устала, вдобавок от месячных болел живот. Вроде ничего криминального, но дурацкая интуиция подсказывала, что что-то не так. И голос девушки звучал прохладнее, и поцелуй вскользь, почти неподвижными губами. А теперь еще этот шум в коридоре, мешающий спать.
Нехотя выбрался из постели, в одних трусах. Босиком дошел до двери и выглянул. Много людей в форме и с оружием. Суетятся, поднимают народ.
— Что случилось? — Остановил одного за руку.
— На караул во внешнем периметре напали.
— Черт, жертвы есть?
— Да, говорят одного убили.
Повернулся уйти в комнату — что он сделает при нападении, и так вон народа сколько подняли.
— Эй, Тимур?
Кричал парнишка из новоприбывших, Джавид вроде, на бегу одевая футболку.
— Да?
— Ты в курсе, что случилось?
— Нет, только встал. Вроде сказали, что на наших напали.
— Тоже слышал, там Марк в секрете был.
— Бля…
— Ладно, сгоняю уточню. — Кочарян скрылся за поворотом коридора.
Сон отбило. Вернулся в комнату, натянул одежду и быстрыми шагами вышел из жилого блока.
На площади суета. Два броневика и четыре джипа с заведенными двигателями. Люди в форме бегают, рассаживаются на места. Первый внедорожник сорвался с места и скрылся за воротами. Много любопытствующих, кто в шлепках, кто, вообще, завернувшись в одеяло. Увидел Кочаряна с американцем, чуть в стороне.
— Ребят, узнали, что произошло?
— Неа, все молчат. — Ответил Джавид. — Знаю только, что напали на караульного, вроде погиб.
Стив молча всматривался в темноту поверх забора, словно пытался рассмотреть происходящее.
— Что столпились? Все по комнатам, завтра на работу, мы разберемся. — Прокричал кто-то из людей возле машин.
Народ нехотя побрел в жилой блок. Джавид с Прайсом двинулись мимо крыльца, в беседку. Тимур молча пошел за ними. Расселись по успевшим остыть от дневной жары лавочкам. Гомон потихоньку стих. В воздухе повисла тишина. Все трое молчали, стараясь не смотреть друг на друга. По резким и нервным движениям, Тимур понял, что ребята сильно переживают за товарища. Послышались шаги. Из темноты в свет фонаря вышел Князев с девочкой на руках.
— Народ, вы не в курсе, что произошло? — Спросил он, присаживаясь на лавку.
— А ты что не спишь? — Холодно бросил Джавид.
— Меня Женя разбудила, она от шума проснулась и не могла уснуть. Пытался уложить, ни в какую. Вот пошли прогуляться, и узнать, что да как.
— Понятно. — Ответил Джавид, встал и сделал круг по беседке. — На караул напали, не здесь, у них посты в поселке есть. Все бы ничего, но на одном из них сегодня Марк. Говорят, есть погибший.
 
— Не сказали, кто? Жив Сахаров? — Саша привстал, услышав новость.
— Нет, молчат, как рыбы. Вот мы тут и сидим, в ожидании новостей.
— Хреново. Хуже всего, находиться в неведении. — Князев сел обратно и погладил девочку по голове.
— Базаришь. — Сухо бросил Кочарян и, поставив руки на перила, посмотрел на жилой блок.
Абсолютно бесшумно, как призрак, на входе появилась фигура Воеводова. Князев открыло было рот, но Вадим жестом заставил замолчать.
— Ребят, мне помощь нужна, перетащить одну вещь. Вы не заняты? — Воеводов помахал рукой, предлагая всем покинуть беседку.
— Да без вопросов, к чему такая конспирация? — Джавид подскочил первым и направился к выходу.
Вадим приложил палец к губам, его выражения лица давало ясно понять, что лучше заткнуться.
Молча вышли за ним, и направились в сторону стрелкового тира. Султан, белым призраком, семенил рядом с хозяином. Не доходя пару десятков метров, свернули направо. Прошли мимо приземистого здания, за которым увидели тонущую в темноте лужайку с раскидистым деревом. Как только ступили в прохладную траву, температура воздуха упала, окутав приятной свежестью. Листья над головой шуршат как аплодисменты на далеком стадионе. Воеводов подошел к стволу, оперся на него спиной и повернулся.
— Так слушайте сюда. Здесь творится полная хрень. Марк жив, не переживайте. Мы с ним на связи, дал ему рацию. Когда днем сказали, что его в секрет отправят, я удивился. Позже он пришел в тир, дал ему урок стрельбы. Заодно проверил патроны в его оружии — холостые. Короче: его специально отправили в караул, чтобы устранить неугодный элемент и инсценировать очередное нападение.
— В смысле «инсценировать»? — Переспросил Прайс.
— В прямом. Нет никакой банды. Это сказка для лохов. Принцип устрашения. Создай угрозу извне, чтобы свои боялись и не задавали вопросов. Пока днем было время, осмотрел машины, на которых недавно типа «произвели нападение». Это машины простых людей, таких же, как мы. Они просто ехали на радиосообщение, в поисках убежища. — Вадим потрепал пса по загривку.
— Как ты это понял? — Спросил Князев.
— Во-первых: следы пуль, их расстреляли в упор с двух-трех метров, четыре человека одновременно. Во-вторых: внутри нет гильз, пороховой гари, ничего, что указывало бы на сопротивление. Я знаю, как выглядят машины из которых велся огонь, поверьте, в этой машине были простые люди. Это далеко не все. Вся группа безопасности, все двадцать человек знали друг друга до эпидемии. Слишком слаженно работают, отработанные схемы, позывные, команды. За две недели такое не наработаешь.
— Подожди, выжил лишь крошечный процент. Двадцать человек с иммунитетом, знающих друг друга, это не реально. — Тимур сжал кулаки от подступающей злости.
— Я о том же. Вывод только один: у них есть вакцина или они связанны с самой эпидемией.
— Вадим. — Прайс, стоявший до этого за Джавидом, вышел чуть вперед. — Я сегодня помогал в настройке их серверов. Нашел зашифрованный канал связи с каким-то объектом извне. Спрятан хорошо, но вояки не рассчитывали на мой уровень. Пока не выяснил, с кем конкретно они поддерживают контакт, занимаюсь этим.
— Будь осторожнее, если узнаю — ты труп. Я пока не знаю их целей. Зачем они собирают людей и что вообще здесь происходит, но обязательно выясню. Один не справлюсь. С этого момента надо держаться вместе, и работать сообща. Извне мы ничего не выясним, надо остаться пока здесь, ненадолго. Потом свалим. Они явно не из благих намерений народ собирают. На базе не болтать, уверен — везде прослушка. Не мелькать и не выделятся. С Марком выйду с утра на связь, он укрылся на время. Надо осторожно предупредить девушек. И планировать, как свалить отсюда.
 
— Суки, у меня просто слов нет. — Тимур стоял, багровый от ярости, на шее проступили жилы, сжатые губы побелели. — Мои родители, друзья, вся жизнь…