Эпидемия (СИ)
— Сейчас намешаешь, потом помирать будешь.
— Не учи меня пить, сам же говорил, что не пил никогда.
Вадим закатил глаза и громко вздохнул. Понимал, что, Юля просто ищет способ избавиться от стресса, но представлял себе последствия такого коктейля. Ничего, завтра сама поймет свою ошибку.
— Ты просто представь, если люди с иммунитетом соберутся в анклав, поселятся вместе. Там и охрана будет, и медицина. Хоть какой-то намек на цивилизацию.
— Представляю. И прекрасно знаю одно: любой социум, даже анклав выживших, это система, которая подчиняется власти. У этого анклава, по любому, будет лидер, который будет гнуть свою политику, и куда она приведет со временем, никто не знает.
— Слишком много умных слов, для слишком пьяной меня. — Юля налила еще виски, выпила и закусила. — Я просто хочу увидеть еще людей. Знать, что мы не одни. И все. А какая-то там власть и политики меня мало беспокоят.
— Хорошо. — Вадим взял бутылку и закрыл. — Но я точно уверен, что тебе хватит.
3 июня.
00.14 по московскому времени.
— Прости. — С трудом проговорила Юля, между порывами рвоты.
Вадим ничего не ответил, придерживая волосы девушки, пока ее выворачивало над унитазом. Освободив желудок, она села на кафельный пол и опустила голову.
— Прости. Мне так стыдно.
— Со всеми бывает.
Помог ей встать, умыться и отвел в спальню, поставив рядом с кроватью тазик на всякий случай. Притащил из холодильника бутылку минералки, аспирин и оставил на тумбочке.
12.46 по московскому времени
Султан бродил по новой для него территории. Обнюхивал каждый сантиметр, изучал каждый предмет. Вадим наблюдал за ним, сидя на крыльце. Болеутоляющие работали хорошо, настолько, что даже позволил себе немного потренироваться. Упражнения только на верхнюю часть тела, чтобы не беспокоить рану. Юля спала. Не стал будить, пусть придет в себя. Приготовил нехитрый завтрак из яичницы и сосисок, обошел дом, проверил окна, двери, прогулялся по двору, остальное время потратил на монтаж автоматической системы полива. Ей понравится. Нажал кнопку и с установленным интервалом включилась автоматика, орошая всходящие растения чистой водой из скважины. Чем занять себя дальше не знал. Уехать из дома не мог, не бросать же одну.
Юля спустилась ближе к трем часам дня. Минеральная вода закончилась, и она направилась к холодильнику, превозмогая головную боль за новой бутылкой. От одного запаха еды ее опять замутило.
— Привет. — Сказал Вадим, застав ее у открытого холодильника.
— Привет.
— Ты как?
— Лучше бы я умерла.
— А я тебя вчера предупреждал.
— Надо было просто забрать бутылку и не давать пить.
— У тебя был такой вид — «посягнешь на мое право напиться, я тебе глаза выцарапаю». — Вадим опустился на стул, наблюдая за Юлей.
— Надо было игнорировать, повозникала бы немного, и успокоилась. Зато сейчас не помирала бы.
— К вечеру отойдешь.
— Дожить бы еще до этого вечера. — Девушка наконец-то откопала минералку, открыла и сделала несколько глотков прямо из горлышка. — Меня не рвало?
— А ты не помнишь?
— Последнее, что я помню, это первый бокал виски.
— Рвало.
— Блин, тебя хоть рядом не было?
— Ну, как сказать.
— А-а-а-а… — Юля запрокинула голову назад. — Почему всегда так хорошо, когда ты пьяный, и так фигово, когда протрезвел.
— Вот поэтому я и не пью. Не голодная?
— Про еду лучше молчи, меня до сих пор выворачивает.
— Ладно. Иди тогда, поспи еще. Вечером легче станет.
4 июля.
09.44 по московскому времени.
Вадим загнал джип во двор, и принялся к детальному изучению автомобиля. Состояние агрегатов говорило о полном тюнинге, который так и не успели обкатать на бездорожье. Он не верил своей удаче: найти такой джип и до эпидемии в хорошем состоянии было проблемой, а сейчас, это сродни выигрышу в лотерею. Высокий клиренс, оснастка и японская надежность. Этот танк проедет по любой грязи и снегу, и прослужит не одну сотню тысяч километров. Довольный, вернулся в дом.
Прошлый вечер провел за изучением карт местности. Надеялся найти ближайшее сельское хозяйство. Домой живность тащить не хотел. Жить рядом с выводком куриц и коров не лучшая затея. Тем более для того, чтобы держать птиц и скотину придется переделать половину двора под хозяйственные постройки, а к затяжной стройке он не готов. Намного проще найти уже действующее, и ухаживать, приезжая, как на работу. Несколько мест заинтересовали, отметил их координаты. Юля так и не спустилась, или чувствовала себя неважно, или просто отдыхала. Беспокоить её не стал, занимаясь своими делами. Султан освоился, выбрал себе место на крыльце, с которого открывался хороший обзор на подход к дому, и лежал, прячась от солнца.
Обед решил приготовить сам, все что было, уже съели. Вдаваться в кулинарные изыски не решился, ограничившись макаронами по-флотски. Сварить, обжарить овощи с тушенкой и смешать не показалось таким уж замудренным занятием, но заняло немного больше времени, чем планировал. Когда приговорил больше половины тарелки, услышал шаги на лестнице. Юля спустилась и прошла на кухню, вдохнув аромат еды. Выглядела она отдохнувшей и свежей, ни следа похмелья.
— Пахнет аппетитно.
— На вкус тоже ничего вышло. — Вадим встал со стула и подошел к плите. — Голодная?
— Очень. Два дня почти ничего не ела.
— Кофе, чай?
— А холодного ничего нет?
— Минералка.
— Отлично. Давай я сама положу, а то не съем все, ты обидишься. — Юля забрала ложку и набрала половину тарелки. — Как твоя нога?
— Уже лучше, кровоточить перестала.
— Отлично.
Они сели за стол. Вадим набрал стакан газировки и подвинул девушке.
— Прости за тот вечер. Я перебрала. Обычно нормально на алкоголь реагирую. — Юля опустила глаза в стол.
— Ты уже извинилась. Все нормально. Это стресс и нервы. Я понимаю. У тебя купальник есть?
— А ты как думаешь? Я же на юг приехала, и ты вообще-то меня видел в купальнике, когда я в теплице ковырялась.
— Точно, совсем забыл. Купаться поедем?
Девушка застыла с недонесенной до рта ложкой.
— На море? Ты серьезно?
— Да, вполне. Надо же хоть немного отдыхать.
— С огромным удовольствием! — В её глазах загорелись огоньки радости. — Сегодня?
— Ага.
— Круто. Подожди, а нога твоя? Тебе можно купаться?
— Нужно, морская вода помогает заживлению. Тем более она сейчас чистая.
— А когда поедем?
— Я уже готов, как ты скажешь, так и поедем.
Через полтора часа заехали на пляж в Голубой Бухте, расположенный по побережью севернее Тонкого мыса, и остановились почти у кромки воды. Местные жители Геленджика летом не купались в городской акватории, предпочитая менее популярные у отдыхающих места: Дивноморск, Джанхот, ту же Голубую Бухту. Вода чище, людей меньше, и нет риска подхватить ротовирсную инфекцию — бич общественных пляжей в разгар сезона.
Море лежит, как вода в стакане. Легкий бриз гонит свежий соленый воздух. Небо градиентом от зенита к горизонту меняет насыщенность фиолетового цвета. Пейзаж успокаивает. Вспомнились времена до эпидемии, вечерние посиделки с блокнотом и карандашом на обрыве, зарисовки заката. Вадим понял, что скучает по прошлой жизни, хотя тогда ее не любил. Руки зачесались по карандашу и татуировочной машинке. Неужели жизнь приходит в русло, и его творческая натура снова дает о себе знать?
Как только открылась дверь, Султан выскочил из машины и, со всех ног, ломанулся к воде. Влетел, подняв сонм брызг, отплыл на несколько метров и, развернувшись, посмотрел на стоящих у машины людей с застывшим на морде выражением — «а вы чего ждете?».
Юля стянула майку, шорты и поспешила присоединится к псу.