Хранитель смерти (СИ)

Как странно… Она была детдомовской. И не помнила своего настоящего дома. А квартира, купленная на заработок в ведьмовском бизнесе — совершенно легальном и немагическом, никаких махинаций — еще не успела стать настоящим уютным гнездышком.
Собираясь на праздник в здании ковена, Алиса плотно закрыла жалюзи. Нечего разглядывать звезды. Сегодня не до них. Сегодня нужна сосредоточенность и быстрая реакция. Ничего крепче глинтвейна не пить, в темноту не глазеть, клювом не щелкать. Выбирая одежду, она даже задумалась, не надеть ли брючный костюм поудобнее — чтобы проще было гнаться за Безымянным в случае чего. Потом прыснула и извлекла из шкафа золотисто-коричневое вечернее платье до колена.
Офисная «свечка» ковена мерцала таинственными огоньками. Снаружи магия хитро маскировалась под новогодние украшения. В соседних офисах не удивлялись множеству машин, празднично одетым людям и переливам музыки из открывающихся дверей. Новогодние корпоративы, обычное дело.
Алиса остановилась на пороге холла и не спеша огляделась. Потом медленно зашагала в главный зал, который сегодня расширили чарами. Искусно подобранные ароматические масла, первые неспешные и ленивые аккорды музыки, звон бокалов, взрывы смеха… Хотелось продлить эти мгновения и насладиться праздником, потому что очень скоро ведьмы поймут, что она задумала. И отвернутся. Может, не отвернется часть самых старых и умных, кто поосмотрительнее… Алиса вдруг засомневалась в своем решении. Может, это знак? Не получается поймать Безымянного — и черт с ним, надо просто украсть зелье, отдать его Сулею и остаться по одну сторону баррикад с друзьями? Или черт с ними, с такими друзьями, которые не видят опасности?
— Эй, чего стоишь столбом? — На нее налетели, смяли, захлестнули потоком прохладного воздуха, сочащегося фруктово-сладким ароматом духов. Наташа была не настроена на размышления. Ей хотелось смеяться, танцевать и пробовать коктейли. Она схватила Алису за руку и потащила за собой в глубину зала.
— Ирка с Олегом будут позже, говорят, что у нее еще какие-то дела, а по-моему, они только повод ищут, чтоб от компании отколоться, — сплетничала Наташа на ходу. Потом остановилась, цапнула с пролетающего мимо подноса бокал и принюхалась. — Вот увидишь, мы еще на их свадьбе погуляем… Слушай, ты мне что-то не нравишься. Почему такая мрачная? Случилось что-то?
— Нет, ничего, — Алиса вздохнула и тоже взяла с другого подноса бокал с глинтвейном. — Скажи мне вот что. Ты бы считала друга предателем, если бы он сделал что-то такое… не лично против тебя, а такое, что идет вразрез с твоими желаниями? Ну, например, ты борешься за запрет меховых изделий, а друг покупает новую меховую шубу…
— М-да, — Наташа пригубила коктейль. — Странные у тебя темы для разговоров на празднике. Я думаю, я бы просто не подружилась с таким человеком изначально. Что у нас может быть общего?
— Это другое. — Алиса упорно смотрела на рубиновую поверхность глинтвейна, избегая поворачивать голову к подруге. — Представь, что так поступил бы хороший друг. Ты бы перестала общаться?
Наташа пожала плечами.
— От ситуации зависит… Почему мне теперь кажется, что ты что-то задумала? — Она шагнула к Алисе, становясь перед ней и не давая отвернуться. — Ну-ка выкладывай!
Алиса только вздохнула. Здравомыслящая Наташа, может, и не стала бы объявлять ей бойкот. Наташа вообще была противницей радикальных действий, а еще — терпеть не могла, как она выражалась, «стадный инстинкт». Если бы «стадо» решило изгнать из своих рядов паршивую овцу, как знать, что бы сделала Наташа — молча проигнорировала эту глупость или из принципа отвернулась бы от «стада»… Или, наоборот, сочла бы, что в этом случае оно право?
В любом случае Алиса не собиралась ей ничего рассказывать прямо сейчас. Время покажет, кто что выберет.
И тут она наконец увидела Безымянного.
Тот, в простом черном костюме, разговаривал с Ниной Соломатиной, главой столичного ковена. Вокруг Нины трепетало облако золотистой ткани, ее фигура вырастала из летящей фантазийной юбки, как из цветка. Наряды главной ведьмы всегда были в центре внимания остальных. Но сегодня Алисе не пришлось долго разглядывать очередной модный шедевр.
 
Нина и Безымянный улыбались, но казалось, что верховный инквизитор извиняется за что-то. А Нина, жестикулируя, словно выпроваживала его: ничего-ничего, давай, иди, передавай там привет… Еще секунда — и возле них начал ткаться портал. Безымянный куда-то собирался!
Только появился — и снова ищи ветра в поле? Нет уж!
Алиса аккуратно обошла Наташу и принялась проталкиваться к нему. В спину донеслось потрясенное «Что ты делаешь?». Но по голосу было ясно, что Наташа уже все отлично поняла. Она всегда была самой умной и здравомыслящей из всей их компании, Наташа.
Портал разгорался. Нина в последний раз одарила Безымянного улыбкой и упорхнула к ведьмам. Алиса тут же встала на ее место, загораживая портал.
— Простите, мне нужно с вами поговорить, — заявила она. — Это срочно.
Безымянный моргнул с недоумением. Алису он явно впервые видел.
— Извините, я спешу. Запишитесь на прием после праздника.
Портал вспыхнул, готовый к использованию. Алиса видела его отблески в серых глазах Безымянного. Она закусила удила. На прием? Интересно, он сам пробовал пробиться через свою секретаршу? Скорее всего, нет, а зря!
— Это важно. Я уже пыталась записаться на прием, меня не пускают. Это касается зелья!
— Зелья? — рассеянно переспросил Безымянный, примериваясь, как бы половчее обойти Алису и прорваться к порталу.
— Именно! Зелья в винной бутылке. Которое настояно, как мне сказали, на человеческих останках. Мне поручили кое-что с ним сделать.
Безымянный остановился. В глубине стальных глаз что-то мрачно полыхнуло и погасло, скрылось за маской спокойствия. Только теперь к спокойствию примешивалась легкая, как дым над водой, тревога.
— Так, — сказал он через мгновение. — Любопытно. Меня ждут на празднике в Москве. Надеюсь, вы не против меня сопровождать. Поговорим в Мавзолее.
— Где?!
Алисе показалось, что она ослышалась. Но Безымянный уже цепко взял ее за локоть и шагнул в портал. Не успела она опомниться, как зал ковена исчез, сменившись пыльно-красной полутьмой другого помещения.
  
Глава 3
 
— Что за?.. — выдохнула Алиса, оглядываясь по сторонам.
Ей не послышалось. Это действительно был Мавзолей. Она когда-то ездила в Москву на экскурсию. Из той экскурсии запомнилась только толпа компаньонов по туру, галдящих и отпускающих плоские шуточки, да массивные каменные своды и стены. Но сегодня от тишины и музейного эха главного зала не осталось ни следа. Сохранился только таящийся по углам полумрак, и тот странно дрожал, будто вместо ламп в зале горели свечи…
А свечи действительно горели, расставленные вдоль помещения в высоких витых канделябрах, и зал вырос раза в четыре, и по нему скользили разодетые маги, и играла странная музыка — мрачное соло струн, напоминающее хорал, и ядовито-сладкая скрипка, и чей-то хриплый тягучий голос шептал что-то в такт, а ему вторил звон бокалов. И все вместе так умело притворялось бальным залом… что гробница в лишенной бликов стеклянной скорлупке не сразу бросалась в глаза.
А Безымянный осмотрелся, как ни в чем не бывало, кивнул одному, улыбнулся второму, отыскал кого-то в гуще танцующих — и повернулся к Алисе:
— Мне нужно кое с кем переговорить. Побудьте пока здесь, выпейте коктейль, потанцуйте. Я скоро вернусь и внимательно вас выслушаю.
— Но… Подождите! — опомнилась она. — Что происходит? Почему мы в Мавзолее?
 
— Солнцестояние празднуют, — пожал плечами Безымянный. — Московское магическое сообщество любит отмечать праздники с размахом. Обычно они приглашают всех более-менее значимых глав ковенов, лож и инквизиции, ну и просто известных личностей. Сегодня где-то здесь должен быть Техноген. Слышали, что творилось в Городе N, когда объявился Техноген?