Этот мир не выдержит меня. Том 1 (СИ)

— Что же, — вдруг заговорил старик, — вид у тебя слишком потерянный, поэтому не буду мучить расспросам. Ты хотел знать, кто я?
Я кивнул.
— А сам ты не помнишь?
— Нет.
— Меня зовут Хольд. Я твой... воспитатель.
— А кто я? — вопрос дурацкий, но необходимый.
— Ты не знаешь, кто ты??
— Нет.
Мне показалось, что говорить о том, что я полковник Секретного Управления да ещё и, похоже, из другого мира — это не самая лучшая идея. А вот амнезия даст пространство для манёвра и позволит списать странности в поведении на потерю памяти.
— Ты — Феликс Обрин, мой воспитанник, верный подданный императора Франца Первого... — возможно, мне показалось, но он будто бы усмехнулся, когда говорил о моей верности какому-то Францу. — Тебе шестнадцать полных лет, ты живёшь на земле имперского графа Свейна вил Кьера в деревне, которая носит гордое имя «Наречье»...
— Родители? — сердце почему-то сжалось от волнения.
— Ты и о родителях не помнишь, Феликс?
— Я вообще ничего не помню.
— Видимо, это последствия ожога... — поморщившись произнёс старик. — Твои родители погибли, и я думаю, сейчас не лучшее время, чтобы говорить об этом.
В груди предательски заныло. Не знаю, то ли это последствия нахождения в молодом теле, то ли в глубине души я очень хотел обрести родителей. Пусть даже и не своих.
— Не знаю, что ещё сказать... — похоже, старикан не на шутку расстроился из-за того, что я «потерял» память.
Он стал ходить взад-вперёд, бормоча себе под нос что-то печальное, а мой мозг (или, может, уже не совсем мой) начал привычно прокачивать информацию. Многие считают, что самое важное для человека моей профессии — это умение стрелять, обращаться со взрывчаткой, драться и ловко бить морды недругам. Но многие ошибаются. Нет, всё это полезные навыки, без которых трудно обойтись, но главное — способность думать и умение анализировать.
Что я знаю? Вокруг происходит нечто странное, нестандартное и не вписывающееся в привычную картину мира. Возможно, это предсмертное видение, которое почему-то слегка подзатянулось, или действие лекарств, если предположить, что меня пытаются спасти. Всё так, но рассуждать подобным образом контрпродуктивно: если это видение, то оно когда-нибудь само закончится, а если лекарства, то и они рано или поздно перестанут действовать вне зависимости от моей воли.
Поэтому будем считать и поступать исходя из того, что всё происходящее это не наркотический трип и не фантомы умирающего сознания, а самая настоящая реальность. И раз так, то надо собирать разведданные.
Я поднял с земли свою «одежду» и внимательно осмотрел этот шедевр эксклюзивного дизайна. Грубая мешковина явно кустарного производства, сшито руками — у нас таких вещей нет сейчас даже в глухих деревнях. Это продукт доиндустриальной эпохи, никаких сомнений. Как и стол, стоявший неподалёку и будто бы сделанный не самым трезвым столяром. А если вспомнить об императоре и графе, о которых упоминал старик, то получается, что здесь ещё существует феодализм и сословное деление... В общем, это место находилось на уровне развития наших земных Средних веков.
Поскольку особого выбора не было, я натянул мешок на голое тело, чтобы не смущать старика. Да и свежо к тому же в пещере — так что какая-никакая, а защита от холода.
Что дальше? Рубин. Огромный, удивительной чистоты — на Земле такой камень стоил бы кучу денег, а здесь старик небрежно бросил его, совершенно не заботясь о состоянии ценной вещи. Вывод: либо они здесь не редкость, либо старикан не совсем адекватен (что вряд ли), либо он точно знает, что никто его вещь не тронет. А раз так, то и я не стану лезть руками, куда не просят. Хотя, скрывать не буду, рубин буквально притягивал своей чистотой — никогда раньше не замечал в себе страсти к драгоценностям.
Теперь красноватые полосы, при помощи которых меня связали. Беглый осмотр показал, что ни отверстий, ни каких-либо особенностей у камня не было — обычный кусок скалы, а значит, полосы никак с ним не связаны. При этом они пропали, когда дед пробормотал что-то себе под нос. Учитывая здешнее убранство и одежду, вряд ли можно предполагать голосовое управление каким-нибудь высокотехнологичным устройством... Так что, получается, магия? Чтобы попробовать проверить это предположение, нужно было вспомнить слова, которыми старик управлял полосами.
 
Пока он продолжал выхаживать, не обращая на меня никакого внимания, я прикрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Вдох-выдох. Простейшая медитативная практика припоминания, позволяющая довольно точно воспроизводить события и детали. Вдох-выдох.
Я сконцентрировался на том, как воздух наполняет лёгкие и как выходит из них. Не нужно пытаться вспомнить, нужно просто стать воздухом, который носится вперёд-назад. Вдох-выдох. Настоящее-прошлое.
Вдох. События перед мысленным взором завертелись в обратную сторону. Всё быстрее и быстрее, пока не достигли того момента, когда рубин был всё ещё в руках деда.
Выдох. Время потекло в привычную сторону, воспоминания ожили, слова, жесты — всё повторилось до мельчайших деталей. Я вспомнил. Голова привычно загудела, обещая в ближайшем времени порадовать острой болью, но ничего не поделать — у всего есть цена.
«Уска-паткар-банду» — вот что сказал старик, когда освободил меня. Ну, по крайней мере, именно так я расслышал ту белиберду, которую он пробурчал себе под нос.
Ни на что особо не надеясь, я отошёл на пару шагов и направил руку в сторону камня, готовясь произнести нужные слова. Не думаю, что получится сотворить заклинание — наверняка этому надо долго учиться, плюс обзавестись волшебной палочкой или какой-нибудь другой ерундой, но сидеть без дела я не привык, а старику сейчас явно не до меня. Да и отсутствие результата — это ведь тоже результат.
— Феликс, ты чего? — дедок заметил мои телодвижения и нахмурился. — Что ты делаешь?
— Экспериментирую, — ответил я и сказал: — Уска-паткар-банду!
  
Глава 2
 
Ну, похоже, я зря сомневался в результате. То ли пятьдесят пять лет в полковнике Секретного Управления дремали невиданные магические таланты, то ли паренёк, в теле которого мне повезло оказаться, был в этом деле дока... Не знаю.
Но факт остаётся фактом: стоило закончить заклинание, как вокруг камня появились полосы и не едва красные, какие были у деда, а прямо кумачовые, как пионерский галстук из моего далёкого детства. Через мгновение полосы сдавили кусок скалы с такой силой, что поползли трещины! А ещё через секунду камень «лопнул», обдав внутреннее пространство пещеры осколками величиной с ладонь.
Не сказать, что это сильно ухудшило интерьер, но стол практически перестал существовать, а в воздухе повисло облако пыли. Если бы не старик, то я бы, скорее всего, в очередной раз погиб (ну, или отправился в следующий мир, теперь уже даже в смерти нельзя быть уверенным до конца), однако этого не произошло — дед как-то хитро сложил пальцы, потом хлопнул в ладоши и нас окружили полупрозрачные сферы. Они-то и остановили каменные осколки, которые потом просто упали на землю.
Короче говоря, получилось неплохо. Осталось опытным путём выяснить на каком расстоянии это заклинание действует, и можно считать, что у меня появилось оружие. Эта мысль сразу придала мне уверенности — за годы службы я настолько свыкся с пистолетом, что без него ощущал себя хуже, чем голышом.
— Ты... ты... — судя по дрожащим губам, старик моему успеху не обрадовался. — Ты чего творишь??? Ты мог убиться! Ты мог... Ты мог... Нельзя колдовать без печати!!!
В конце своего сбивчивого монолога он перешёл на крик.
— Что такое печать? — спросил я, чтобы отвлечь деда от инцидента и узнать чуть больше об этом мире.
Честно говоря, он был прав — зря я так поступил. Видимо, опыт прошлой жизни, намертво вбитый в память, не позволил до конца поверить в наличие колдовства, а молодое тело, полное гормонов, толкнуло на эксперименты. Впредь эти моменты нужно будет учитывать, чтобы не допустить ошибки во второй раз.