Загадай меня (СИ)

– Поленкина, подойдите ко мне после лекции! – Савелий взмахивает сухонькой ладонью в мою сторону.
Ну вот. Не лайк, как говорит наш общежитский друг и компьютерный гений Вареников. Это же надо так попасться! Еще и с моим успехами по философии.
– Варька, тебя Марк не будет ждать. Что, если Эдуардович тебя по всем темам гонять начнет? Что же теперь делать? – складывает на груди руки Лика.
– Беккер, помоги. Встреть его на входе и скажи, чтобы подождал? Хорошо?
– Ну… ладно.
Савелий желает студентам познать мир вечных ценностей и прощается с курсом. Ребята бросают на меня жалостливые взгляды и спешно покидают лекционный зал: ясное дело, никому не хочется попасться Савелию на глаза и пересказать все лекции по философии. Чередниченко снова ржет, как конь, а Хохловская и Тищенко порхают по ступенькам к выходу, высокомерно оглядев пробегающую мимо свиту. Как же так, а? Выходит, они не увидят Марка? Я остаюсь одна – неудачница, умудрившаяся проворонить свидание уже со второй моделью.
– Ну что, Поленкина? Болтаете, отвлекаетесь. Как же так? С вашей успеваемостью по моему предмету это… недопустимо! – тонкий и кривенький палец Савелия вновь вырисовывает в воздухе невидимые каракули. – Скажите, Варвара, слухи о вашем интересном положении… правда? Честное слово, вы не думайте, что я собираю сплетни о студентах, просто на нашей кафедре подрабатывает ваша подруга Анжелика Беккер, так вот…
Приехали. Я успела позабыть о своем «интересном положении», об Андрее и мести. А Личка, выходит, нет. Беккер вообще очень щепетильная особа – ни о чем не забывает. Ну что же, надо подыграть. Авось, Савелий Эдуардович разжалобится и поставит несчастной беременной студентке зачет?
– Д-да. Лика сказала правду. Только отец ребенка меня бросил, как узнал о беременности. – Жалобно блею я. Может, слезу пустить?
– Господи, боже мой! – всплескивает руками Савелий. – Бедная девочка, как же так? Каков негодяй! И что ты решила? Давай так: садись, Варенька. – Препод суетится возле меня, как родной папа. – Вот стульчик, садись и расскажи. Может, помочь надо чем? За зачет не переживай, и за экзамен тоже. Придешь, скажешь какую-нибудь ерунду, я тебя выслушаю с умным видом и пятерку поставлю.
– Савелий Эдуардович, миленький!
Господи, ну какой же благородный человек наш преподаватель! А я бессовестная врунья!
– Я решила рожать. Экзамены как-нибудь сдам, а потом, может, академический отпуск возьму.
Внутри разрастается неприятный жар: мне плохо от собственного вранья. Не думала, что наша безобидная шутка так далеко зайдет. Как снежный ком, сносящий все на своем пути – веру, уважение, спокойный сон… Я обязательно признаюсь Савелию во вранье. И экзамен выучу так, чтобы на пятерку.
– Мне бежать надо, Савелий Эдуардович. Вы простите меня, я болтать больше не буду.
– До свидания, Варенька, – протягивает старик. – Аккуратно на улице ходи, там гололед.
Стыд, вот что я чувствую. Обволакивающий, как невидимая вязкая смола. Хочется отмыться от него поскорее, все исправить. Повернуть время вспять, только это бывает разве что в сказках… В жизни как раз наоборот, одно вранье порождает другое, другое – третье… Раздувается, как огромный шар, а потом взрывается!
Я бегу по коридорам универа, на ходу натягивая шапку и застегивая куртку. Бросаю взгляд на часы: опоздала всего-то на семь минут. Надеюсь, Марк не ушел. Выскакиваю на улицу под сгущающиеся сумерки и падающий мягкий снег. Застываю на ступеньках и взволнованно смотрю по сторонам, перебирая взглядом мимо проносящиеся лица парней и девчонок. И, наконец, вижу его – Марка…
– Привет, я Варя, – протягиваю руку и опускаю взгляд. Черт, ну какой же он красивый. Будь моя воля – век бы смотрела на парня. Пялилась на большие глаза и розовые губы. Интересно, на нас кто-нибудь смотрит? Оглядываюсь по сторонам, но вижу только Вареникова и Чередниченко. Черт!
– Хочешь знать, видел ли меня кто-то? – улыбается Марк. – Да, твоя подруга Лика предупредила об опоздании. И… возле меня крутились две весьма привлекательные девчонки. Абсолютно одинаковые.
 
– Ха! Это сёстры Семеновы.
– Королевы курса?
– Нет. Жалко, что королевы ушли раньше и не видели, к кому ты пришел. Идем? – кокетничаю я.
– Не против спорт-бара? Если честно, сегодня игра, и я хотел… поболеть с друзьями?
– Хоккей?
– Да! Ты не будешь против присутствия моих друзей? Я выслушаю тебя, не волнуйся. Они придут позже.
– Не против. А они тоже модели?
– Не все. Идем!
Марк крепко хватает мою ладонь, обтянутую шерстяной варежкой, и тянет к парковке универа. Что? У него еще и машина имеется?
– Ты на колесах?
– Машина моего отца. – Смущается Марк. – Ничего особенного, всего лишь старенький Хёндай.
– Да ладно тебе, пошли.
Я еду с красивым парнем в машине. Волны теплого воздуха из печки щекочут лицо, а салон наполняется ароматами зимы и парфюма Марка – сладковатого, пахнущего восточными пряностями. Неужели, у меня все получилось?
– Рассказывай, Варя, во что вляпалась? – не отрывая взгляда от дороги, спрашивает Марк.
– Да Майка тебе все рассказала. Добавить нечего. – Уныло вздыхаю. – Мне нужен липовый жених. Ты не подумай – всего на новогоднюю ночь дома. Приедут родственники, сам понимаешь.
– А что потом? Когда речь зайдет о свадьбе? Тебе же придется объясняться по новой.
– Ты прав, но потом ведь… может все измениться.
– Нам надо все продумать до мелочей. Ну… чтобы наши показания не расходились. Итак, где мы познакомились?
– Где-где? На показе. – Оживляюсь я.
– И что простая студентка может делать на показе? Нет… Думай над другим вариантом.
Марк паркуется возле спорт-бара «Витязь» – популярного места досуга молодежи.
– Не дрейфь, Варя. Какая, кстати, у тебя фамилия? – Марк надевает на голову капюшон и щурится от падающих снежинок.
– Поленкина.
– Сколько лет?
– Двадцать, а тебе?
– Двадцать два.
– Эх, Марк, мне столько нужно у тебя спросить! Где ты учишься, как зовут твоих родителей, любимое блюдо. Надо было последовать совету Лики и записать вопросы в блокнот. – Сокрушаюсь, натягивая на лоб шапку.
– Лика, это та симпатичная шатенка?
– Понравилась?
– Ну… ничего.
Возле спорт-бара толпится молодежь. Парни курят, выпуская в зимнее небо сизые облачка дыма, девчонки игриво топают и потирают озябшие ладони. Очевидно, сегодня важный матч, иначе как объяснить такое столпотворение?
– Я забронировал кабинку, – говорит Марк, крепко сжимая мою дрожащую ладошку. – Две недели назад. А эти… скорее всего, не попадут внутрь.
– Какой ты предусмотрительный, – бросаю на несчастную молодежь, обречённую стоять на улице, высокомерный взгляд. – А зачем им обязательно попадать внутрь? Неужели нельзя посмотреть матч после?
– Эх ты! Они сделали ставки и хотят узнать итог матча сегодня. Новый год на носу, всем нужны деньги. Слышала о ставках на спорт?
– Марк, а почему ты согласился? Ну… помочь мне? Твои родители не будут против, если в новогоднюю ночь тебя не будет в семейном кругу?
– Мои родители живут сами по себе, Варь. – Произносит Марк, когда администратор проводит нас к столику. – Делают видимость семьи. Мать знает, что у папы есть любовница и почему-то не уходит. Стала злоупотреблять алкоголем. Мы давно не интересуемся жизнью друг друга. Если честно, мне захотелось как-то по-особенному отметить Новый год. Моя девушка уезжает на сборы в Сочи… Не хочу быть один.
– Что?! Ты не говорил про девушку. – Взрываюсь я, плюхнувшись на мягкий диванчик.
– Ее зовут Лиля. Она спортсменка, мастер спорта по художественной гимнастике. Надеюсь, на наших с ней отношениях не отразится моя помощь тебе.
– Конечно же, нет. – Мотаю головой. – Я уж точно не проболтаюсь, не волнуйся. Первого января ты станешь свободным, как птица.
– Вот и хорошо. Смотри, вон пришли мои друзья! – прослеживаю за взглядом Марка и теряю подбородок: в холле два незнакомых парня и Ольга Хохловская – красавица курса, повисшая на одном из них…