Сломленная (ЛП)

— Ты ни разу не пробовала их, верно?
— Да. Точнее, я пробовала однажды, когда была ребенком. Они очень скользкие. А мне это не нравится.
— Просто ты неправильно их ела. Я думаю, тебе стоит попробовать еще раз. Со мной. Я тебя научу. Тебе не нужно держать их во рту. Ты должна просто проглотить. Я поделюсь с тобой одной устрицей. — Он улыбнулся.
— Только одной? — поддразнила я его.
— Как только ты докажешь, что справилась, я дам тебе еще одну.
— Ммм, думаю не стоит. Ты же не хочешь, чтобы меня вырвало в ресторане.
Он наклонился вперед через стол и жестом попросил меня наклониться к нему.
— Я научу тебя, как правильно их есть, чтобы не стошнило. А теперь, что ты хочешь в добавку к моим устрицам?
— Салат из цветной капусты.
— Ты никогда не пробовала каджунскую кухню?
— Нет. — Я вздохнула.
Он откинулся на спинку стула, и довольная ухмылка расползлась на его лице, а глаза сузились.
— Не волнуйся, я закажу за тебя. Я знаю, что нужно новичкам. Я превращу тебя в свою Королеву Канджу в кратчайшие сроки, Мисс Сплошная Сложность.
Я наблюдала за тем, как вздымается его грудь при дыхании; его самоуверенность наполнила комнату, и мои уши заполнило ускоренное биение сердца. Уголок его рта дернулся, когда он улыбнулся. Мы пристально смотрели друг на друга, из-за чего в моем животе что-то перевернулось и дыхание замерло в груди.
— Главное, чтобы это не было очень острым. Я обычно не ем острую еду. –
Закрыв меню, я отложила его на край стола.
Через пару минут официантка принесла нам заказ. Она была поразительно красива. У нее были непослушные блестящие черные волосы с мелкими, упругими завитками, собранные толстой черной резинкой. Безупречный темный цвет кожи, как с обложки журналов. Ее звали Филомена. Так было написано вдоль всего бейджа, который она приколола к длинной белой рубашке на пуговицах. У нее была искренняя улыбка и светло-изумрудные глаза. Ее ямайский акцент смешивался с болтовней сидящих вокруг нас посетителей.
— Привет, Шейн, как тебе арахис? Немного острый, да? — сказала она, указывая на чашу, в которой осталась пара недоеденных орешков.
— Мне понравилось. Да, они были слегка острые; острее, чем я помнил.
— О, да. БиДжей был сегодня слегка неуклюжим с добавлением кайенского перца.
— Филомена, позволь тебе представить Роуз, очаровательную леди, которая заставила меня ждать, и причина того, почему я заказал арахис. — Он подмигнул ей.
— Приятно познакомиться. — Филомена кивнула головой. — Добро пожаловать в «Боксин Рум». Я буду обслуживать вас сегодня. Что мне принести для вас, чтобы вы сытно поели?
Мы с Шейном посмотрели на нее, загипнотизированные ее красотой и ямайским тембром голоса. Шейн взглянул на меня, прежде чем откашляться, и с его мальчишеским очарованием обаял одной только фразой.
— Филомена, могу сказать, что у тебя замечательная улыбка.
— Спасибо, — ответила она, смущаясь.
— Смотри, это первый раз, когда Роуз пробует каджунскую кухню, и моя задача сделать так, чтобы ей понравилась еда, которую вы готовите тут, и чтобы она согласилась прийти сюда со мной на обед еще раз. Можем ли мы это устроить, Филомена?
Если бы он только знал, что обаял и меня.
— Конечно. Я думаю, что девушке Роуз нужно заказать котлеты из луизианского голубого краба или традиционный луизианский сэндвич «По'Бой» (он почти всегда состоит из мяса, которое обычно представляет собой неряшливый ростбиф, и жареных морепродуктов. Мясо подается на багетах, таких как французский хлеб в стиле «Новый Орлеан»). Приправы можете выбрать по вкусу. Остро или не очень? Все ясно?
— Думаю, да. Звучит неплохо. Позволь, я закажу моей подруге луизианского голубого краба, традиционный луизианский сэндвич «Пo'Бой» и небольшую порцию салата из капусты… а для меня дюжину устриц. Также, два фильтрованных пива «Блу Мун», пожалуйста. Ох, чуть не забыл, Филомена, Роуз не торопится. Это наш первый обед вместе. — Шейн закрыл меню и отдал ей его в руки.
— Вау, это… — я пыталась что-нибудь сказать.
— Что-то не так? — усмехнулся Шейн.
 
— Нет, я хотела сказать…
— Тебе не нравится пиво? — он снова прервал меня.
— Да нет же, мне нравится. Просто я думала заказать вместо этого холодный чай, — пробормотала я. Последнее, что я бы хотела сделать перед Шейном, так это показать свои документы официантке.
— Итак, что ты думаешь? — спросил Шейн, показывая свой энтузиазм, что заставило меня улыбнуться.
— Я думаю, что ты только что заставил Филомену поверить, что мы на свидании за обедом, и ты заказал слишком много еды.
— Я знаю. Такое обычно происходит, когда пытаешься заинтересовать девушку. Я имею в виду, подругу.
— То есть, сейчас ты мне говоришь о том, что ты уже проделывал такое с другими девушками до меня?
— Нууу, не обязательно в этом ресторане или с тем, что я заказал. Но я заказал намного больше, чем мог бы сьесть. Я страдаю синдромом завидющих глаз.
— Синдром завидющих глаз?
— Ну, знаешь, мои глаза больше, чем желудок. Я заказываю тонну еды, а потом вовсе не могу ее доесть. Кроме того, у них нет образца блюд, поэтому мне только и остается: заказать все, чтобы ты попробовала.
— Может, лучше не будешь думать об этой глазной штуке сегодня? Ты поможешь мне сьесть все.
— Ты не переживай, я поделюсь. И скажу Филомене сложить нам все, что мы не доедим, с собой, — сказал он с умоляющей улыбкой. Мне нравилось то, с какой легкостью он менял тему разговора. Думаю, тему того, как он покорял девушек лучше не обсуждать.
Когда он собирался что-то сказать официантке, Филомена пришла с пивом «Блу Мун», на горлышке которого была долька апельсина, охлажденной кружкой, чаем со льдом и длинной тонкой вазой, наполненной водой. Она прижала поднос к бедру и начала убирать все со стола, продемонстрировав, таким образом, свое присутствие.
— Пожалуйста, один чай со льдом и пиво с охлажденной кружкой. — Филомена поставила вазу рядом с салфетницей. Она смело подняла желтую розу и опустила ее в вазу. — Вот так, ваза для цветка прекрасной леди.
— Спасибо, — сказал Шейн и бросил дольку апельсина в пивo. Проигнорировав охлажденную кружку, он поднес бутылку ко рту. Откинув голову назад, он дотронулся до горлышка своими губами, словно они ворота, сквозь которые пиво попадало в горло, в это же время его кадык выполнял волнообразный танец.
— И, кстати, я плачу половину счета, — выкрикнула я, прежде чем вставила трубочку в чай со льдом и потянула ее к губам.
Считайте это одним из моих нерушимых правил. Никогда и никому не позволять платить за меня.
— Но только половину счета, эти два пива полностью твои, приятель, — я подначила его серьезным тоном.
— Договорились, а теперь, если ты позволишь, то я отлучусь в уборную.
— Должно быть, это те острые орешки, что ты ел.
— Или пиво, которое я выпил ранее.
Шейн встал из-за стола, сложил свою салфетку и положил ее на стол, улыбнулся и постучал пальцами по спинке стула. Он провел рукой через стол, специально задевая мою кожу пальцами.
— Сейчас вернусь. Только не уходи с каким-нибудь парнем, который выглядит лучше меня, — пошутил он.
— Ну, мы оба знаем, что внешность может быть обманчива, — не медлила я с ответом.
― Просто я знаю, что такая красивая девушка, как ты, сидящая за столом совершенно одна — это открытое приглашение.
— Спасибо, конечно, за лесть, но поверь, это весьма маловероятно. — Я хихикнула, посмотрев на свою салфетку, и повертела ее между пальцами.
Шейн протянул руку к моему подбородку и приподнял его, заставляя тем самым взглянуть на него.
— Никогда не недооценивай свою красоту, Роуз. Я уверен, что каждый мужчина в этом зале, без сомнений, считает тебя обворожительной. — Его глаза замерцали. Я знала такой взгляд, которым каждый мужчина смотрел на тебя, надеясь на что-то большее, чем просто дружбу.
— Не беспокойся, я скажу ему, что у меня свидание с парнем. И что ему ничего не светит.