Под звуки сагатов (СИ)

— Что ж, раз такое важное дело, я тебе скажу. Верховная жрица, настоятельница моей Обители должна благословить союз от имени Богини. Вот и дума, как станешь решать этот вопрос. Времени пока предостаточно. Спасибо за теплый прием в этом доме. С удовольствием воспользуюсь гостеприимством.
— Надеюсь, ты задержишься надолго.
— Настолько, насколько возможно.
Кивнув хмурому ажгжару, вышла из кухни, прикрыв толстую деревянную дверь. Истиный характер Ичиро кардинально отличался от того легкомысленного образа, возникшего при первом впечатлении. Мужчина с полуслова понял, что они с братом не в силах удержать меня здесь. Пусть пробует найти решение своей проблемы. Все равно второе препятствие им ни за что не преодолеть. С тоской и бессилием пошевелила черными пальцами. Четыре месяца. Только четыре.
Кирчу вернулся только к позднему вечеру, когда сумерки перетекли в полноценную ночь. Мы с Ислой сидели в креслах перед натопленной печью. Я разбирала свои припасы на маленьком столике, когда дверь распахнулась. В поместье было сделано все довольно практично и с улицы первая дверь вела не сразу в большую комнату, а в маленькое помещение, удерживающее тепло. И уже из первой комнатки, двери, завешенные плотными партерами, вели в саму жилую часть здания.
Ажгжар, повесив плащ на резные крючки сразу у входа, туда же определил перевязь с клинком, внимательным взглядом окидывая зал. Людей было не много. У другой печи сидели сестры, весело переговариваясь и крутя колесо прялки. Исла рассказала, что большую часть тканей все же закупают, но вот редкое узорное кружево из шерсти умеют делать только здесь. Люди привезли это ремесло издалека и старались сохранить нюансы в тайне, чтоб не потерять спрос на изделия. Сейчас девушки тянули тонкую сероватую нить, которую потом будут выбеливать на солнце и превращать в шали и платки. За большим столом сидел Ичиро с одним из мужчин, что-то вырезая по чертежу из небольшого деревянного бруска.
Отыскав меня, желтоглазый широко улыбнулся, пройдя прямо к нам с Ислой через весь зал. Остановившись у кресла пожилой хозяйки, Кирчу положил руку ей на плечо:
— Тетушка, покормишь голодного виверна?
Исла смешливо фыркнула и поднялась со своего места.
— Ужинать ты будешь здесь. Верно?
— Определенно.
— Тогда поговори с моей невесткой. Она сегодня только яблоко и съела. Да, и люди спрашивают.
Женщина удалилась в сторону кухни, позвав за собой одну из помощниц. Я же отложила в сторону коробочку с ивовой золой, разглядывая ажгжара. Кирчу, присев на место Ислы, тоже смотрел внимательно.
— Нужно было проветриться, чтоб не наделать глупостей, — молча кивнула, принимая такое объяснение. Кирчу продолжил, — брат взял с меня обещание не ездить сегодня к Ваар-но, хотя я считаю, что это был бы верный шаг.
— Нет.
— Нет?
— Оставь его. Мать сама решит, как покарать человека за его глупость и гниль души.
— А если она решит оставить его в покое?
— Значит на то ее воля. Это не твое дело, — Кирчу упрямо сжал челюсть, но все же медленно кивнул. Да, такому мужчине не просто удержаться от мести. Тем более, если считает ее справедливой.
От печи шло сухое уютное тепло, да и в целом дом, вместе с обитателями вызывал приятные ощущения. Мне нравилось здесь. В который раз осмотрев помещение, приметила для себя очередной новый элемент, который ускользнул ранее. На подоконниках лежали небольшие валики из ткани в мелкий цветочек. Видимо, для того, чтобы из окон не тянуло холодом. Как предусмотрительно.
— Думал, будешь прятаться от меня.
— Не хочу, — я тоже так думала. Ждала, что стану смущаться и нервничать, но этого не было. Поймав светлую улыбку мужчины, сама, не сдержавшись, растянула губы. В груди потеплело. Было ощущение, что меня обнимают и ласкают нежные крепкие руки, несмотря на то, что между нами стол, заваленный моими вещами.
— Сперва пусть поест, а то сил никаких не хватит на тебя, — по доброму проворчала Исла, незамеченной подходя к нам. Локтем чуть сдвинув травы и порошки, женщина поставила перед Кирчу поднос с дымящимися ароматными блюдами. Потянув носом, поняла, что тоже голодна, но было как-то неуютно просить, после того как раза три или четыре отказала хозяйке. — Что смотришь, думаешь, я молодой никогда не была? Тебе тоже принесла, знаю, что с милым все вкусней.
 
Исла, самодовольно щурясь, взяла меньшую плошку, и подала мне вместе с куском мягкого хлеба. Овощное рагу с кусочками мяса было так умело приправлено, что я пообещала себе вызнать, какие травы в нее кладут на местной кухне.
Утолив голод, с интересом наблюдала за Кирчу, впервые имея возможность видеть мужчину практически расслабленным и на своей территории. Что ажгжар дома, чувствовалось сразу, по плавности движений, по отсутствию колючего взгляда, постоянно сканирующего пространство вокруг. Закончив с едой, желтоглазый откинулся в кресле, сытым котом вытянувшись во весь рост.
— Исла что-то говорила про людей. Кто-то недоволен моим появлением?
— Нет, — ажгжар широко зевнул, прикрыв рот локтем, — люди рады, и просили узнать, сможешь ты принять кого-нибудь, как лекарь. У нас есть свой знахарь, но он стар и тугоух. Если ты можешь, я прошу тебя осмотреть тех, кому больше других требуется помощь.
— Хорошо. Это я могу.
— Отлично, кто-нибудь из девочек тебя завтра проводит по домам.
— Не боишься меня выпускать из дома?
Сонный взгляд желтоглазого на мгновение стал цепким и острым.
— Если ты захочешь сбежать, я не смогу тебя удерживать. Гораздо надежней попытаться сделать так, чтоб ты пожелала остаться. А теперь мы идем спать.
— Но я должна собрать вещи…
— Утром все будет там, где лежит сейчас. Так что, или ты сама идешь, или я тебя несу. И, надеюсь, ты понимаешь, что для тебя в этом доме место есть только в моей постели.
* * *
В комнате уже было натоплено, так что, пропустив Тирму вперед, прикрыл двери, надеясь на приятный вечер. Наконец, у меня появится возможность собственноручно снять все эти юбки с ведьмы, как и мечталось с первого дня знакомства.
Тирма тут же прошла к столику, где по-домашнему выстроились рядком несколько ее флаконов. Смочив тряпочку жидкостью из одного, жрица провела по лица, снимая краску. У меня перехватило дыхание. Действо походило на какое-то таинство, к которому меня неожиданно допустили.
Я хотел подойти ближе, развязать пояс, распустить завязки юбок, но ведьма тихо засмеялась, и одним движением ускользнула в сторону. Всего на полшага, но дотянуться не получилось. Лукаво блеснув глазами, коварное создание сделало рукой отгоняющее движение, указывая в сторону кровати. Ладно. Видимо, у нее имелась какая-то идея.
Присев на край кровати, с трепетом и ожиданием следил за движениями ведьмы. Женщина тихонько напевала под нос что-то мелодичное, кружась по комнате, когда с очередным поворотом с волос слетел ее яркий платок. Ткань чуть взвилась, а затем плавно опала, мягкостью движения явно нарушая законы притяжения.
Тирма резко повернулась и весте с ней крутанулась темная коса, со свистом рассекая воздух. Несколько неуловимых движений рук, покачивание бедра, и за спиной у жрицы рассыпался водопад вишневого цвета, переливаясь бликами солнечных камней.
Я не мог отвести взгляд, как зачарованная флейтой кобра, следя за каждым жестом. Медленное покачивающееся движение резко сменялось быстрым ритмичным ударом ноги о пол, от которого сердце заходилось в бешеном ритме. С очередным ударом, стоило ведьме сделать шаг в сторону, на полу осталось темно-зеленое пятно ткани. Не моргая, не отводя глаз, я все же упустил момент, когда Тирма распустила шнурок юбки.
 
Ведьма крутанулась на месте, и подолы взвились как фантастический цветок, меняясь цветами и перетекая одним цветом в другой. От звона браслетов и шелеста ткани, от ее дурманящего запаха и гипнотического пения кружилась голова. Я сам себе казался безумным, с трудом удерживая тело на прежнем месте. Меня очаровывали и околдовывали. Но кто бы посмел возразить?