Жемчужная принцесса, рубиновый король. Дилогия (СИ)

Тот кивнул и поднялся, его взгляд был устремлен в себя, а движения заторможены. Он снова кивнул, развернулся и медленно побрел вдоль берега, точно не разбирая дороги.
– Ему нужно прийти в себя, – пояснила ведьма, провожая его взглядом. – А Алину несите поскорей в замок, ее нужно переодеть и укрыть одеялами.
Аллен тотчас подхватил Алину на руки и быстрым шагом направился к замку.
  
Глава 24
 
Я открыла глаза – и тут же их закрыла, даже зажмурилась. Мне привиделся Аллен. Он сидел рядом на кровати и что‑то читал. Это точно сон, иначе и быть не могло.
А в следующую секунду я похолодела до кончиков пальцев: мне вспомнилось все, что случилось со мной в гроте. Линэль, Ранмар, столько откровений, но главное – зелье, способное убить моего ребенка. Я издала невольный стон, заново переживая свой страх. И в тот же миг услышала взволнованное:
– Алина… – и знакомое, до щемления в груди, прикосновение к моей щеке.
Нет, нет, галлюцинации не могут быть такими реалистичными. Я вновь осторожно приоткрыла глаза: видение никуда не исчезло. Аллен по‑прежнему был рядом, только придвинулся совсем близко, склонившись прямо надо мной.
– Тебе плохо? Что‑то болит? – он с беспокойством вглядывался в мое лицо. – В глазах не двоится? Скольких меня ты видишь?
– Ни одного, – упрямо ответила я видению. – Это не можешь быть ты. Я умерла, да?
– Не смей такого говорить! – видение отчего‑то разозлилось, точь‑в‑точь как Аллен. А после его губы накрыли мои нежным поцелуем. Я, помедлив, нерешительно ответила. В конце концов, если это сон, то почему бы и нет? Сколько раз мне такое снилось? Не счесть…
Где‑то будто открылась дверь и уже мамин голос произнес:
– Ваше Величество… Ой, прошу прощение…
Поцелуй был разорван, а Аллена перебросило на противоположную сторону кровати.
– Ничего, все в порядке, – ответил он смущенно кашлянув.
– Она очнулась, да? – мама подбежала ко мне и обняла крепко‑крепко, нарушая все закона сна. Я даже ощутила запах ее духов, а после моя щека стала влажной от ее слез. – Девочка моя, как я за тебя испугалась… Больше не смей никуда так уходить…
– Мама? – уточнила я с недоверием. – Это, правда, ты?
– А кто ж еще? – мама всхлипнула. – Какое облегчение, что ты жива… Я думала, что снова тебя потеряю…
Получается, это все реально? Теперь я распахнула глаза и уже более осмысленно осмотрелась. Моя спальная в замке в Авгите, мама в платье, что была утром и… Аллен.
– Что вы здесь делаете, Ваше Величество? – от испуга и растерянности мой вопрос прозвучал довольно грубо.
– Я вас оставлю, – суетливо произнесла мама и через мгновение ее уже и след простыл, я и опомниться не успела.
Зато Аллен все так же сидел напротив и смотрел на меня. Смотрел не отрываясь.
– Что вы здесь… – я собралась было повторить вопрос, но мой голос сорвался и осип.
– Я читал твое письмо, – произнес Аллен. – Поэтому я здесь. Жаль, что опоздал.
– Письмо? – у меня перехватило дыхание. – Откуда оно у тебя? Вернее, у Вашего Величества…
– Нашему Величеству, – Аллен усмехнулся, – его принес Красавчик. А послала ко мне его твоя мама. Да, я с ней тоже успел познакомиться, пока ты спала. И даже поговорить немного. О тебе.
– Я спала? – я бросила взгляд за окно, где небо уже окрасилось в чернильный цвет. Сколько же прошло времени?
– Можно сказать и так. Ты была без сознания, пока твой организм восстанавливался после… возвращения.
– Возвращения?
– Из‑за Линэль ты почти умерла. Элле и… Бертону удалось вернуть тебя к жизни.
И вновь в груди стал разрастаться липкий страх: из‑за Линэль я едва не лишилась жизни. А… Ребенок? Мой малыш? Ведь я выпила то ужасное зелье. На глаза навернулись слезы, и я инстинктивно приложила ладони к животу.
– С ним… все тоже в порядке, – Аллен неловко улыбнулся.
– Ты… и об этом знаешь? – вырвалось у меня.
Аллен кивнул. Счастье сменилось смущением, и я отвела глаза, правда, тут же наткнулась взглядом на свой дневник, лежащий раскрытым на кровати.
 
– Ты его читал? – задохнулась я уже от возмущения и спешно потянулась за блокнотом, но Аллен успел перехватить его и спрятать за спину.
– Отдай! – продолжала кипятиться я, одновременно вспоминая, что компрометирующего успела там понаписать. И с ужасом поняла: да там все сплошной компромат!
– Забери сама, – ухмыльнулся Аллен.
– Так нечестно! Вы в курсе, Ваше Величество, что крайне непорядочно читать чужие дневники? – я все же придвинулась ближе и предприняла попытку выхватить блокнот из его рук. Но от меня ловко увернулись и, уже обняв сзади, притянули к себе.
– Вам должно быть стыдно, Ваше Величество, – прошептала я, тая в его объятиях.
– Мне не стыдно, – его ответный шепот запутался в моих волосах. – Теперь я еще лучше знаю тебя… И еще больше люблю.
– Как ты можешь любить одну из марег? – не удержалась я от вопроса.
– Я не вижу здесь марег… Ты – не они, хоть и имеешь тело русалки, – и короткий поцелуй в шею, от которого я вся вмиг покрылось мурашками.
– Но у меня есть хвост…
– И у меня он есть, – со смешком ответил Аллен. – И чешуя, и страшная морда, изрыгающая огонь… Тебя же это не смущает?
– Нисколько, – я тоже улыбнулась и положила голову ему на плечо. – Мне очень нравится твоя морда…
– Это лучший комплимент, который я когда‑либо слышал от женщины, – он наклонился, поцеловал меня, и я окончательное растворилась в своем счастье.
Неужели я вновь ощущаю вкус его губ, не во сне, а наяву чувствую его желание, млею от его прикосновений, согреваюсь в его объятиях? Я разочарованно выдохнула, когда Аллен первый оторвался от меня.
– Мы не должны торопиться, – сказал он, целуя меня в висок, а следом в нос. – Элла сказала, что тебя нужно беречь и не давать волноваться. И никаких нагрузок хотя бы ближайшие сутки. При этом она на меня так посмотрела… – Аллен попытался изобразить взгляд Эллы. – С таким намеком… Еще и при твоей матери, что я, кажется, даже покраснел как подросток… Вот уж точно ведьма! Засмущала самого Императора! Совсем страх потеряла…
– Хотела бы я на это посмотреть, – я засмеялась.
– Смешно тебе? – Аллен сурово сдвинул брови. – А ну тогда марш обратно под одеяло! Постельный режим тебе никто не отменял.
Он почти насильно уложил меня и накрыл одеялом чуть ли не до подбородка.
– Аллен, – позвала я, вспомнив кое о чем. – Ты сказал, что меня спасли Элла и… Бертон? Почему он?
– Потому что он немного знает о запретной магии, – улыбка Аллена вышла кривой и натянутой. – Вот и пригодилось…
– Немного? – переспросила я дрогнувшим голосом. И наконец решилась на признание: – Аллен… Я должна тебе что‑то сказать. Тебе будет больно это услышать, но и утаивать тоже нельзя, потому что…
– Ты о том, что это Бертон хотел меня убить? – с напускным равнодушием спросил он. – Я уже знаю.
– Знаешь? – подхватилась я в изумлении. – И о кристаллах знаешь?
– А ты откуда о них знаешь? – Аллен вопросительно посмотрел на меня.
– Я была у Бертона в башне…
– Он пустил тебя туда? – в глазах Аллен вспыхнуло удивление.
– Нет, что ты! – я невольно понизила голос. – Зашла туда, когда его не было!
– Как ты туда зашла?
– То есть? – не поняла я вопроса. – Обыкновенно… Правда, удивилась, что дверь не закрыта…
– Не закрыта? – продолжал уточнять странные вещи Аллен. – То есть ты без проблем вошла и вышла?
– Ну да… А что, не должна была?
– Если ты не Варрлей, то по идеи, не смогла бы даже близко подойти к той комнате в отсутствие хозяина. На ней стоит серьезная защита, – пояснил Аллен.
 
– Но я не Варрлей… – меня тоже заинтересовал этот парадокс.
– Хотя… Постой! – лицо Аллен озарила улыбка. – Кажется, я знаю, почему так произошло. Заклинание впустило не тебя, а нашего ребенка, в котором течет моя кровь. Кровь Варрлеев.