Жемчужная принцесса, рубиновый король. Дилогия (СИ)

– Мареги?
– А кто еще? – Гарольд Чак озабоченно потер лоб. – Они пришли спасти свою принцессу…
Аллен с горечью признал логичность этих выводов.
– Похоже, теперь мы также знаем, кто покушался на вашу жизнь, – озвучил начальник службы безопасности еще одну терзающую Аллена догадку.
– Этого и следовало ожидать, – ответил он отрывисто.
– Мои ребята сейчас прочесывают Турмалин, – продолжил между тем Чак. – Далее… Я разошлю приказ об оцеплении всех береговых линий… За такой короткий промежуток времени мареги не могли добраться до моря. И скрываться долго они не смогут. Думаю, мы скоро их схватим, Ваше Величество. Завтра утром я приду к вам с подробным докладом.
– Буду ждать.
Всю обратную дорогу до дворца Аллена одолевали смятенные мысли, а в душе поселилось полнейшее опустошение. Желал ли он, чтобы Линэль поскорей поймали? И да, и нет. Он вообще уже не понимал ни того, что происходит, ни себя самого…
А вернувшись в свои покои, Аллен вспомнил, что продолжает сжимать в руке ее браслет.
Слуги уже успели с большего привести комнату в порядок после разгрома, даже разбитое зеркало заменили.
– Это я распорядилась все убрать, – вновь появилась Мелани. Только на этот раз ее тон был более строгим и твердым. – Надеюсь, ты уже успокоился и вернул себе самообладание, и мы можем поговорить.
– Может, завтра? – без всяких эмоций уточнил Аллен. – Уже почти полночь…
– Нет, сегодня, – она приоткрыла дверь и позвала: – Бертон, где ты ходишь? Поспеши…
Услышав имя брата, Аллен напрягся. Они и без того плохо ладили в последнее время, теперь же Аллену и вовсе не хотелось его видеть. О чем им сейчас разговаривать? Снова о Линэль?
Лицо Бертона тоже не выражало радости, скорее, недовольство и желание поскорее уйти отсюда. Он молча прошел в комнату и занял ближайшее кресло.
– То, что сегодня произошло на церемонии, не пройдет бесследно для репутации Варрлеев, – начала Мелани. – И даже арест самозванки…
– Она сбежала, – перебил ее Аллен. – Линэль пропала из тюрьмы.
Бертон бросил на него быстрый взгляд, а тетушка удивленно вздернула бровь:
– Вот как? И что дальше?
– Пока ее ищут, – ответил Аллен без особого энтузиазма.
– Что ж, это не меняет сути и важности нашего разговора, – произнесла Мелани. – Аллен, ты должен либо продолжить Отбор, либо как можно быстрее определиться с другой невестой. Только так можно прекратить сплетни, которые как лишай расползаются по всей стране и порочат имя Императора и его семьи.
– Что за чушь? – Аллен криво усмехнулся. – Мне сейчас не до выбора новой невесты.
– Чушь сейчас несешь ты, – раздраженно парировала тетушка. – Не осознаешь зыбкости своего положения. Как бы из какой‑то девахи не начал шататься под тобой трон.
– Мелани, ты преувеличиваешь! – разозлился Аллен. – И мне плевать на сплетни! А трон я удержать смогу, не волнуйся. Вон, пусть Бертон выбирает себе жену. Кого хочет.
– А если я никого не хочу? – лениво отозвался Бертон. – Как и подачки от тебя. Мне никто не интересен из оставшихся невест.
– Да вы что, помешались на этой Линэль Мэриндж? – взорвалась Мелани. – Видели бы вы себя со стороны! И это передо мной сейчас Рубиновый и Изумрудный Короли? Нет, передо мной два болвана, забывшие о долге перед своей страной из‑за женщины! Да еще и шпионке. Нашего врага! Кто знает, сколько она успела нарыть информации о тебе, Аллен? И донести ее до своего отца?
– Мелани, перестань! – одернул ее Аллен. – Не заговаривайся! И не забывайся! Империей управляю я, а не ты! И только мне решать, как быть дальше, в том числе и со своими проблемами. И я сам позабочусь о своей репутации.
– На этот раз я согласен с братом, – Бертон подался вперед, готовясь подняться. – И если тема нашего разговора исчерпана…
– Глупцы… – с горечью произнесла Мелани. – Рано вам еще государством управлять, не дозрели. Думаете лишь о своих чувствах, забывая о долге. Жаль, что Оскар так быстро покинул этот мир, он бы не допустил подобной вакханалии. И я не допущу. Невесты пока остаются во дворце и точка. А вы отрезвляйте свой разум и возвращайтесь к своему главному предназначению – управлению страной, каждый своей. Все же меня не оставляет надежда, что ваше благоразумие победит… – она стремительно развернулась и вышла, громко хлопнув дверью.
 
– Я тоже пойду, – Бертон встал. – У меня важные дела.
Аллен ничего на это не сказал, лишь проводил его взглядом до двери. Усмехнулся с горечью и разжал кулак. При ярком свете спальни бисер на браслете вспыхивал кровавым огнем. Глупцы…
Аллен рванул к окну, распахнул его. Замахнулся, собираясь зашвырнуть метку невесты куда подальше, а вместе с ней выбросить и ее хозяйку из сердца, но не смог. Рука безвольно повисла вдоль тела.
Не смог…
* * *
Я долго приходила в себя. Глаза открывались тяжело, а во рту пересохло. Да и тело горело, будто у меня температура. Единственное, что могла уловить: приятный цветочный аромат, нехарактерный для тюремной камеры. Наконец разомкнула веки и попыталась осмотреться. Белый потолок с лепниной, дорогая позолоченная люстра, стены отделаны голубым шелком, окно приоткрыто и ветерок колышет полупрозрачные занавески. Обстановка напоминает дворцовую… Дворец? От озарившей меня догадки я подхватилась и села на постели, большой и мягкой, к слову. От резкого движения закружилась и загудела голова, но я почти не обратила на это внимание. Неужели Аллен вернул меня? Поверил и приказал освободить? Только почему тогда комната другая?..
– Мари? – позвала я. Голос мой звучал слабо и хрипло. – Крис?
Но вместо моих служанок в спальне появилась незнакомая блондинка с высокой гулькой на макушке.
– Вы уже очнулись, госпожа? – поинтересовалась она, при этом близко не подходила, будто побаивалась.
– Кто вы? – меня тоже насторожило присутствие незнакомки.
– Я сейчас позову господина, – быстро отозвалась та и сбежала.
Господина? О ком она? Теперь я разволновалась не на шутку. Где я? В чьем доме и как здесь оказалась? Я откинула одеяло и попыталась подняться, но слабость не дала мне ступить и шагу, пришлось присесть обратно на кровать. Только сейчас я заметила, что на мне ночная сорочка, из тонкого батиста и дорого кружева. Значит, меня еще и переодели? От этой мысли стало неприятно и немного унизительно. Надеюсь, это хотя бы делала та блондинка, а не «господин». Но мыть меня точно не мыли: кожа уже сильно шелушилась, требуя воды. Похоже, вечернюю ванну я пропустила…
– Линэль? – дверь широко распахнулась, и порог переступил Изумрудный Король.
– Бертон? – вскрикнула я ошеломленно, а опомнившись, схватила одеяло и попыталась прикрыться им.
– Ты уже очнулась? – он бросился ко мне. – Как себя чувствуешь?
– Нормально… Вернее, странно… – я все еще была сбита с толку. – Постойте! Что происходит? Я ничего не понимаю! Я опять во дворце, да? Как здесь оказалась? И где Аллен?
– Аллена здесь не может быть, – Бертон, ничуть не стесняясь, сел около меня прямо на кровать, – потому что мы сейчас находимся в моем дворце, в Эгирине, столице Изумрудных Долин. И ни единая душа не знает, что ты здесь, кроме меня, преданных мне гвардейцев и Таисы, твоей новой служанки. Ты ее уже видела.
– Я ничего не понимаю… – прошептала я снова.
– Я похитил тебя из тюрьмы, – ошарашил меня Бертон следующим признанием.
– Похитил? – мои глаза округлились. – Из тюрьмы? Тогда тот сон, что сморил меня, был неслучайным?
– Мне пришлось использовать кое‑какую нестандартную магию, – Бертон лукаво улыбнулся. – Да еще и вплести в нее чуток запретного заклинания, чтобы отвлечь от себя подозрения. Уверен, все в Рубиновых Скалах думают, что это сделал кто‑то из марег.
 
Услышав о марегах, я внутренне сжалась. Посмотрела на Бертона с опаской:
– Зачем вы так поступили, Ваше Величество? Вы же знаете, кто я. Вас это не пугает? Не беспокоит? Я вам не отвратительна?