Когда плачут драконы (СИ)

Однако дальше следы вели к наезженной дороге и пропадали среди тысяч отпечатков колес, копыт и человеческих ног. Вальгард озадаченно почесал затылок.
— Я могу, конечно, предположить, что они двинули в сторону Армелона, — пробормотал он. Джемма тут же обернулась ящером. Втянула носом воздух, разыскивая знакомый запах. Потом подлезла под руку Вальгарда, вынудив его уцепиться за гребень, и пыхнула дымом, становясь невидимой.
Валь одобряюще погладил по ставшей незаметной драконьей голове.
— Веди, — проговорил он. — Мы не отстанем.
Странное они, наверное, представляли собой зрелище на весенней разбитой дороге; и любой встречный обязательно прицепился бы если не к Валю, держащему руку на весу, будто не в силах ее опустить, так к угрюмому парню или вздрагивающей от напряжения красноволосой девчонке, но, к счастью, желающих помесить грязь сегодня не нашлось, и они благополучно добрались до своротки к поселению, гордо именующему себя Гвалом. Джемма решительно направилась к показавшимся на горизонте домикам, однако Вальгард ее остановил.
— Один пойду, — все тем же непререкаемым тоном заявил он. — А вы схоронитесь где-нибудь, чтобы внимание лишнее не привлекать. Я надолго не задержусь.
Убедившись, что ребята с неохотой, но все же подчинились, Валь уверенным шагом добрался до деревеньки и столь же уверенно зашел в единственный постоялый двор. Даже если парни заворачивали в Гвал всего на четверть часа, здесь должны были о них знать и подкинуть Вальгарду хоть какие-то сведения.
Однако хозяйка — худая остролицая баба, похожая на копченую селедку в платке, — наотрез отказалась отвечать на его вопросы, несмотря на попытку подкупа и все Валево обаяние, которое он использовал так, что оставалось только радоваться отсутствию рядом Нетелл: все-таки к ней у Вальгарда возникла искренняя и весьма сильная привязанность.
— Ошиблась ваша собака, — недовольно отрезала хозяйка. — Тут на досуге обоз торговцев в Южные земли прошел, так после них любая заплутает.
Переспорить ее было невозможно, а между тем Вальгард был совершенно уверен, что парни не просто останавливались именно здесь, но и не съехали до сих пор. Иначе чем можно было объяснить стоящие недалеко от печи самодельные носилки с натянутыми между толстыми ветками рубахами?
— У моей девочки нюх лучше, чем у ящера, — заявил Вальгард, однако, заметив сдвинутые к переносице брови хозяйки, решил сменить тактику. — Впрочем, ребята могли и в другом доме помощи попросить: отдохну немного и пойду по порядку. Накормите усталого путника? У меня есть с десяток шнокелей.
Хозяйка чуть замешкалась, потом все-таки кликнула дочь, велев той накрывать на стол. Вальгард взял еще кружку эля и, тщательно осмотрев пустую харчевню, сел возле лестницы, ведущей на второй этаж. Правда, на случайный спуск кого-либо из парней он не рассчитывал: если уж они сумели убедить хозяйку схоронить их так, что она намертво на своем неведении стояла, то вряд ли совершат подобную ошибку. Однако у Вальгарда был способ выманить хотя бы одного из них.
Он устроился поудобнее, отхлебнул из кружки и выудил из кармана всученный ему перед отлетом Харде свисток. Такие свистки из гибких прутьев мальчугана научил делать Кедде, он же придумал игру в «опасно-неопасно», когда в том или ином случае следовало наигрывать разные мелодии. Харде заставил Вальгарда выучить оба свиста, и сейчас ему надо было лишь найти повод исполнить «безопасный».
К его столу подошла перемазанная в золе девчушка лет пяти с тарелкой неаппетитного вида похлебки и куском хлеба. Вальгард поблагодарил и с улыбкой протянул девчушке свисток.
— Знаешь, что это такое?
Та кивнула и, не робея, сунула подарок в рот. Тут же раздался такой оглушительный свист, что хозяйка не преминула прикрикнуть на дочь. Однако Вальгарда это не смутило. Он предложил девочке научить ее простенькой мелодии и, получив радостное согласие, с чистой совестью засвистел нужный мотив.
Разумеется, с первого раза ни у него не получилось дозваться Кедде, ни у его ученицы — одолеть задание. Но Вальгард не терял надежды, снова и снова берясь за свисток и потом предлагая маленькой помощнице повторить. И в тот момент, когда у нее почти получилось, половицы на втором этаже скрипнули, и Валь резко поднял голову.
 
— Живой! — выдохнул он, увидев встревоженного, но так и не смогшего побороть любопытство Кедде. — Одной проблемой меньше. Остальные как?
— Валь?! — перемахивая через ступеньку, Кедде спустился вниз и уставился на него в крайнем изумлении. — Ты как здесь? А Харде? А?..
— В порядке твой Харде, — прервал его Вальгард и поднялся из-за стола. Хозяйка метнулась было к ним, но он качнул головой и дружески похлопал Кедде по плечу. — И Гейра, и Джемма, и — кто там еще тебя интересует? Все в добром здравии и прекрасном расположении духа. Чего, кажется, нельзя сказать о тебе с парнями.
Кедде вздрогнул, удивив теперь Валя, и съежился, будто ожидал удара. Взор его потух. Кедде опустил голову и сделал шаг назад.
— Пойдем, — проговорил он. — Покажу тебе мои подвиги.
Мало что понимая, но догадываясь о причине схватки в лесу, Вальгард последовал за ним. На втором этаже они прошли к дальней двери. Кедде постучал каким-то особым способом, и Вальгард наконец получил возможность оценить масштабы бедствия.
Все оказалось не так страшно, как можно было бы предположить. Хедин, правда, отлеживался на кровати и кое-как повернул голову, чтобы посмотреть на вошедших, а вот Вилхе, несмотря на окровавленную рубаху, выглядел вполне невредимым.
Валь никогда раньше не встречался ни с тем, ни с другим, но перепутать сына Лила с сыном Тилы было невозможно. И пока Кедде довольно-таки невнятно объяснял друзьям, кого он привел, Вальгард невольно почувствовал тоску по Армелону. По тем временам, когда он сам был еще совсем мальчишкой и мог позволить себе шутки в адрес сына градоначальника, а также восхищение драконом, вставшим на защиту человеческого племени. И мечту о крыльях. Оставленную вместе с любимым городом.
— У меня три дракона в паре сотен шагов от вашего приюта, — предупреждая расспросы, заявил Вальгард. — Домчимся до Армелона с ветерком. Покуда там заупокойную по вам не отпели.
Вилхе нахмурился, наверняка подумав о волнующихся родителях. Хедин зашевелился в кровати, с трудом принимая сидячее положение.
— Вот уж не думал, что буду так рад Эйнарду в руки попасть, — вполголоса проскрипел он, и Вальгард мысленно ему посочувствовал, даже издалека заметив переломанные ребра. Друзья постарались сделать тугую повязку, но боль от этого явно не отступила. И вряд ли быстро уйдет. — Но все лучше, чем здесь милости Создателей ждать. Можно и не дождаться.
— Не богохульствуй, — недовольно заметил Вилхе. — Три дракона — это больше, чем мы могли надеяться.
— Лишь бы одним из них Харде не оказался, — попытался сострить Хедин. — Иначе нам еще его нести придется. А я, признаться, предпочел бы в этом путешествии поменяться ролями.
Вальгард усмехнулся этой браваде. Хедину явно досталось больше всех, но при этом именно он старался хоть как-то разрядить обстановку. Вилхе, видимо, больше волновало состояние товарища, нежели поддержка общего боевого духа. Кедде вовсе забился в угол, словно хотел исчезнуть, и вот это Вальгарду не нравилось больше всего.
— Не Харде. Арве, — успокоил он и в двух словах объяснил, каким образом коричневый дракон оказался в его компании. Хедин осторожно, но очень старательно расправил плечи.
— А я уже и не чаял встречи, — заявил он. — Ан нет, не получилось далеко сбежать. То-то друзья его рады будут.
Вилхе махнул рукой, призывая товарища повременить с разборками. Потом посмотрел на Вальгарда.
— Хед не единственный, кому нужна срочная помощь, — проговорил он и отдернул занавеску, отделяющую часть комнаты от основного пространства. Там на еще одной кровати лежала без движения худая девчонка с тусклыми, некогда золотистыми волосами. Она дышала, но так слабо, что остальное Вальгард понял без слов. — Их двоих надо отправить первыми.