Проклятие для бабника (СИ)

Собственно, мы ещё пообсуждали детали, но на том и порешили. В итоге ждёт Киару персональная камера размером с замок в глуши, а в придачу персональный же тюремщик, представляющий собой невыносимого и не поддающегося магии мужчину. И никаких лабораторий, чтобы и не думала сварить очередной порошочек. Над вопросом безопасности и ограничения возможностей Киары мы ещё поработаем, она не выкрутится. Пожизненное заключение с каким-нибудь грубым самоуверенным варваром — вот то, что ей надо для воспитания смирения.
— Ты точно в порядке? — спросил я Эли, когда мы, наконец, оказались наедине. — Так спокойно отнеслась к Кириону...
— Они истинная пара, — Эли пожала плечами, спуская вниз платье, чтобы залезть в ожидающую нас пенную ванну. — Он ей ничего не сделает, не сможет просто физически.
— Но ты всё равно пригрозила, — укорил я шуточно, помогая ей войти в воду.
— А это чтобы и не помышлял! — грозно погрозила пальцем моя красавица. Какое же потрясающее у неё тело, мечта! — Ах, моя милая племянница, такая ранимая и нежная...
А досталась подлому тёмному эльфу! Уму непостижимо!
Эли разве что руками не всплеснула.
— Ага, ранимая нежная суккубочка, — бубнел я, опускаясь в пену напротив. — Бывал я у неё в гостях.
— И что делал? — ревниво заинтересовалась королева, даже подалась вперёд, желая услышать ответ.
— Что она заставила делать, хочешь сказать? — я многозначительно хмыкнул. — Трахать штору, думая, что это ты. Не хочу даже знать, что у неё было при этом в голове.
— Проказница какая, — засмеялась Эли, — фантазёрка. Надо за ней присмотреть. Не доверяю я эльфу. Хоть и хочется думать, что с Азалией ему теперь не по пути.
— Думаю, так и есть, учитывая привязанность к племяннице королевы. Он вообще хороший парень, мне кажется, просто не туда занесло.
— С чего ты взял?
— Помог мне с твоими заданиями — честно признался я. Хмурится сидит. — Из-за Азалии у меня срок был урезан вдвое. Если бы не Кирион, провалил бы всё.
— Он хотел через тебя подобраться ко мне, — вздохнула королева так, словно я совсем глупость сказал, как ребёнок.
— Само собой, но мне показалось, что он был рад и просто тому, что смог помочь.
Получил задумчивый взгляд Эли. Так, ладно, надо её растормошить перед сном, чтобы спалось лучше. Завтра тяжёлый день. Будем готовить преступницу и наказание для неё.
— Моя королева, — шутливым тоном начал я, — не боитесь ли вы случайно щекотки? А в каком-нибудь очень интимном месте?
Секунду Эли переваривала, а потом улыбнулась и игриво заявила:
— Языком по клитору очень боюсь. Ты ведь не станешь проверять?
— Ещё как стану! — пообещал я и притянул её под водой за пяточку поближе. Любимая залилась смехом и принялась брызгаться, чем только больше заводила меня.
Как же счастье меняет людей. Она словно помолодела вдвое, снова научившись, хоть и ненадолго, превращаться в беззаботную девчонку, открытую к новым впечатлениям. Люблю её. И с уверенностью могу сказать, что это взаимно.
 Глава 77 
 
 Фарьяна (Мила Синичкина) 
 
Ах, какая же я молодец все-таки! Просто умница! Так и знала, что для того, чтобы вернуть в этот матриархальный мир гармонию и равенство полов, нужно попросту закинуть в него подходящих мужчин. Ведь что здесь за мужские особи обитают? Зашуганные, боязливые, покорные. В общем, фу, фу, фу.
Но да, я несправедлива, бедные мужчинки не сами стали такими, это все длительный гнёт и рабское положение, поневоле придётся поумерить свой гонор, если жить захочется.
И все равно вина местных самцов в их собственном бедственном положении очень высока. Ведь женщина когда становится сильной? Правильно, когда рядом нет того, на кого она может опереться. Так что как-то так.
Дорхан — мой первый эксперимент по перетягиванию сильного мужчины в этот мир. Истинный самец, но что-то отклоняется уж больно от возложенной миссии, особенно в последнее время. Пора навестить мальчика, а то совсем не туда, куда надо уйдёт. И придётся придумывать что-то новое, а я, ох, как устала! Одни труды, труды. Никто не пожалеет богиню и не приголубит. Моё сильное плечо, увы, лишь только моё. И поэтому
 
— не раскисать! А спасать девочек! У них еще есть все шансы завести нормальные традиционные семьи.
— Дорхан! Негодник ты этакий! Почему ведёшь себя так плохо! — перемещаюсь прямиком к магу.
— Ф-Фарьяна? — опешивает тот от моего эффектного появления.
— Фарьяна, Фарьяна, — оглаживаю собственное бедро, избавляясь от невидимых пылинок.
— Чем обязан? — все-таки характер у мальчика есть, и он быстро берет себя в руки.
— Чем, чем, — снова кривляюсь я. — Будто бы сам не знаешь! Ты здесь в этом мире ради кого появился!? Отвечай!
— Р-ради Азалии, — осторожно отвечает маг.
Ему непривычно видеть всегда добрую и уравновешенную богиню такой. Ну, и пусть. Выход из зоны комфорта полезен для личностного роста. А этот товарищ уже давно свое болотце не меняет.
— Вот именно! Ради Азалии, бедной моей, испорченной девочки, которую собственная мать толкнула на тёмный путь, — патетично восклицаю я.
— Так, и? Я с ней, не изменяю, ничего такого не делаю, — медленно отвечает Дорхан, по-прежнему абсолютно не понимая, к чему я клоню.
— Не изменяешь! Ещё бы, ты изменял! — прикрикиваю на мага. — Только и внимание свое не туда направляешь! Кто чуть не убил своими дурацкими конкурсами Элизандру!? Идёшь постоянно у Азалии на поводу! А должен проявить позицию сильного мужчины, соблазнить её, заделать ребёнка и жить счастливо! А у вас уже несколько лет нет прогресса. Нет, дорогой, так не пойдет! Смотри, заберу у тебя твой сильный дар, если не настроишься на свою миссию в ближайшее время!
— Нет! Ты что! Фарьяна! Пожалуйста! Как я буду без дара!? Я же стану никчемным и слабым! — пугается тут же Дорхан. — Зачем я тогда Азалии!?
— Думай, решай, твое дело, — пожимаю плечами. — Я вот перестала понимать, зачем ты уже сейчас нужен Азалии!
— Я ее люблю! Очень сильно люблю! — горячо восклицает маг. — Сам не ожидал, что способен на искренние чувства, но это так, я не обманываю. Она такая, такая идеальная! У нас с ней совпадают мысли, взгляды, она меня действительно понимает.
Н-да, эти два злодея и впрямь неплохо спелись вместе, это правда.
— И в чем же дело? Раз все так замечательно, — скептически выгибаю бровь. — Что ж до сих пор не завоюешь ее сердце как следует?
— Я завоевываю! Стараюсь. Очень. Но в ее сердце давно и прочно живет ненависть к Элизандре, а с этим ужасно сложно соперничать. У меня порой возникает такое ощущение, что не быть никогда Азалии по-настоящему свободной и счастливой, ведь слишком долго она выращивает темные чувства в душе. Я и на конкурсы согласился, только чтобы порадовать любимую. Так трудно порой ее развеселить.
— Нашли веселье! — возмущенно фыркаю.
Ладно, детки не виноваты. Что их такими сотворила природа и ближайшие родственники. Нужно быть терпимее, помочь.
— Хорошо, ты прав. Эта проблема действительно есть. Знаешь, как мы поступим? — Дорхан с надеждой смотрит на меня. — Я поспособствую скорой беременности Азалии, такое событие отвлечёт, кого хочешь, даже от годами взращенной ненависти, а дальше уже сам.
— Конечно! Спасибо тебе большое! Ты сделаешь меня самым счастливым!
— Ну все, все, ладно уж, — чуть смущаюсь я. — Пойду, засиделась.
Напоследок подмигиваю мужчине и исчезаю.
Фух, вроде решили вопрос. Еще один маленький шажок к возвращению равноправия полов в этом матриархальном мире сделан. Элизандра, детка, уже пала к ногам Демиана, хоть тот и не верит в свою удачу. Азалии малыша заделаем, мужчина не бросит одну, осталась проказница Киара. Эх, еще одна заблудшая душа, ведь она не выбирала свою сущность. Надо и ей кого-то притащить! Хм. Только кого? Придется, видно, снова соседние миры изучать. Пойду-ка займусь.