Требуется жених. Людей просьба не беспокоить

– Ничего, милая. Ищете цветы? Вашим синим глазам удивительно подойдут гиацинты. Какие прекрасные глазки, будто сапфиры.
При упоминании сапфира меня передернуло. Торговка удивленно заморгала, не понимая, чем задела меня.
– Цветы просто чудесные! Я возьму три…
– Три цветка? – Гномиха с готовностью вытащила самый крупный и пушистый гиацинт и протянула его Рози.
– Три корзины!
Пока мы договаривались о доставке, Розали грустно вздыхала.
– Что случилось, воробушек?
– Мама, давай одну корзину заберем прямо сейчас. Пожалуйста, пожалуйста! Я хочу, чтобы у нас дома было красиво и сладко пахло!
Рози не станет капризничать, если я скажу нет, но почему бы не доставить дочке немножко радости? Не так уж часто она меня о чем-то просит.
Я отсчитала несколько медных монет и протянула гномихе.
– И одну корзину мы заберем сейчас.
Я погорячилась – это стало понятно через несколько шагов. Корзину пришлось тащить, прижав к груди. Пушистые шапки гиацинтов заслоняли обзор. Я боялась, что споткнусь и полечу кувырком. Тогда все точно запомнят фееричное появление мадам Аро, владелицы брачного агентства! Но едва ли я хотела именно такую рекламу. Или же, что гораздо хуже, раздавлю какого-нибудь гнома. Или налечу на гоблина, а они ребята вспыльчивые.
– Мамуля, ты так хорошо смотришься с цветочками! – умилялась Рози, прыгая вокруг.
– Я рада, воробушек, – пробормотала я, пытаясь разглядеть сквозь просветы между соцветиями, куда идти.
А в следующий миг мне показалось, будто на меня саму наступил огромной лапищей пещерный тролль. Хотя пещерные тролли на самом деле трусливые и тихие существа. Меня отбросило на землю, корзина свалилась набок, и только чудом хрупкие гиацинты не пострадали.
Надо мной возвышался смутно знакомый мужчина и озадаченно тер грудь. Совершенно очевидно, что я врезалась в него со всего размаха, потому и упала. Мужчина протянул ладонь.
– Поднимайтесь! Что за дикая кошка! Вы всегда так бросаетесь на людей?
– Что? – вспыхнула я. – Сами смотрите, куда идете!
Слова извинения, которые я уже готова была произнести, теперь прозвучали бы неуместно. А потом я узнала Брэна… Брана? Этого проклятого журналюгу! Он мне и в первый раз не понравился, а сейчас и вовсе стал раздражать.
– А, так это вы! Разве вы не должны быть в редакции и писать рекламную статью? За которую я вам, между прочим, заплатила!
– Статья выйдет утром, как ей и положено! А у меня есть дела и помимо рассказа о чудачестве дамочки, начитавшейся любовных романов.
Я задохнулась от возмущения! Нет, мне не показалось, журналюга действительно оказался предерзким типом – язвительным и нахальным. Хуже любого тролля: они, как я уже сказала, очень застенчивые создания. Такие тихие, стоит только вытащить их на свет.
Хотелось отбрить негодяя, но я сдержалась. Леди я или базарная баба! Опускаться до уровня этого писаки – ниже моего достоинства.
– Отлично, – ответила я, приподняв подбородок. – Мы уходим!
– Мы? – переспросил журналист, изогнув бровь.
Не о себе ведь он подумал, в самом деле!
– Мы с дочерью! – холодно пояснила я.
Только теперь Бран заметил Рози, которая робко выглядывала из-за моей спины. Взгляд его серых глаз удивительным образом смягчился, хотя, уверена, он не думал, что я замечу.
Я потянулась к корзине, но журналист подхватил ее первым.
– Провожу, – односложно уронил он.
Вот еще! Не хватало мне попутчиков!
– Я могу со всем справиться сама! – ответила я, пытаясь отобрать ароматную и красивую, но очень уж неудобную ношу.
– Я делаю это не для вас, а для этой юной леди, – отрезал нахал и пошел вперед как ни в чем не бывало.
– Я не леди! – пискнула Розали, вспомнив наш уговор.
– Для меня все женщины – леди.
Слух меня обманывал, не иначе. С таким каменным выражением лица не говорят комплиментов. Хотя рядом с Рози даже разъяренный гоблин превратился бы в ласкового котенка. Моя доченька умела завоевывать сердца.
– Рози! Рози, возьми меня за руку!
Я бросилась догонять своего птенчика. А она вьюном вилась вокруг журналюги и болтала без умолку. Надо будет поговорить с ней о том, что нельзя доверять незнакомцам, даже если они кажутся очень обходительными.
 
– …и троллихи? – услышала я конец фразы.
– Да.
– И… страшные вонючие зеленые живоглоты? Тоже леди?
Никогда ничего не слышала о живоглотах, похоже, моя неугомонная дочь только что их придумала сама. Бран задумался, но лишь на мгновение. В его глазах мелькнула усмешка. Он тоже догадался, что живоглоты родились в воображении Рози.
– Живоглоты – до тех пор, пока не соберутся меня глотать. Или глодать? Но до тех пор, конечно, леди.
Розали рассмеялась от восторга. Нечасто взрослый человек поддерживал ее игру.
Я и не заметила, как мы подошли к дому. Журналист опустил корзину с цветами на крыльцо. Слегка поклонился Рози, прощаясь. Посмотрел на меня. Надеялся услышать «спасибо»?
– Учтите, если ваши важные и неотложные дела помешают завтра утром выйти статье о моем агентстве, я потребую выплатить неустойку, – бесстрастно сообщила я.
Вон как веко-то дернулось! Или ты думал, что стоит назвать кого-то леди и помочь донести цветы, как дамочка растечется сладкой лужицей?
Иди по своим делам, презренное создание, по ошибке названное сильным полом. В этом доме ты не найдешь наивных дурочек. Один раз я расплатилась за свою наивность сполна.
Журналист кивнул и стремительно удалился. Я видела, как нервно он отряхивает полы сюртука. И мысленно смеялась.
 
Глава 4
 
– Мамочка, по-моему, он расстроился, – задумчиво сообщила Рози.
– Переживет!
Розали посмотрела на меня своими большими серыми глазами. Я ведь учила ее никогда не обижать людей. Вернее, нелюдей. Гномы и орки, тролли и василиски, эльфы, драконы и химеры – я просила ко всем расам относиться с уважением. Но мужчины! Это отдельная раса. Раса обманщиков и плутов!
– Я тебя очень попрошу: не уходи больше от меня с незнакомыми мужчинами, – строго сказала я. – Ты его не знаешь. И не знаешь, что у него на уме.
Рози кивнула и опустила голову. Но я тут же обняла ее, прижала к себе, поцеловала склоненную макушку.
– Ты моя самая драгоценная девочка! Не переживу, если с тобой что-нибудь случится!
– Я тоже тебя люблю, мамуля!
Сообща мы затащили корзину с гиацинтами в комнату, и унылое помещение сразу же приобрело весенний и праздничный вид. Значит, завтра, когда появятся первые клиенты, контора будет смотреться не так уж плохо. Глядишь, и удастся заключить первый договор!
Вот только… На ум пришли слова соседки-орчихи о традициях каждой расы. Если честно, я почти ничего об этом не знала.
Помнила, что василиски линяют раз в три года, и на время линьки родные запирают их в подвалах и холодных комнатах, так им комфортнее. Линяющий василиск – то еще зрелище! Я один раз видела, до сих пор во сне снится!
Знала, что гномы устраивают своим новорожденным малышам норки-колыбельки в земле. Смутно помнила, что фейри торгуют своими крылышками, которые обладают целебными свойствами. Крылышки у них меняются весной, старые выпадают, новые вырастают. Но прошлой зимой арестовали банду контрабандистов, которые охотились на фейри и обрывали им драгоценные крылышки. Бедняжки потом не могли летать несколько месяцев!
Что я еще знала? Да по большому счету – ничего! Отсюда вытекал следующий вопрос. Как я планирую работать? Напрашивался ответ – никак. И ехидный голос в моей голове радостно принялся нашептывать мне, что я завалю дело, едва начав.
Нет, Валерия Ви’аро никогда не сдается!
– Воробушек, маме нужно сходить в типографию, а еще в городскую библиотеку. Побудешь в своей комнате или хочешь пойти со мной?
Рози сделала стойку, едва услышав слово «библиотека».
– С тобой! И мы возьмем для меня самую толстую книгу с картинками!
«И самую толстую книгу о традициях и обычаях каждой расы», – мысленно добавила я про себя.