Академия контролируемой магии (СИ)

— Вы знаете, что такое кварц Габиуса? — Ректор присел на стол, загораживая мне вид на шкатулку.
— Не знаю, ректор Оллэйстар.
Артефакторика никогда меня не интересовала. В солнечном сплетении неприятно заскреблось, и я сделала шаг назад, увеличивая расстояние между собой и Оллэйстаром.
— Кварц Габиуса добывают только в одной горе, расположенной на северо-западе Миерии. Уникальное сочетание породы, течений подземных рек и аномального магического фона наделяет минерал особыми свойствами, благодаря которым он служит аналогом вашей способности — в зависимости от окраса показывает какие заклинания наложены на предмет. — Ректор опёрся ладонями о стол, кажется, не собираясь продолжать.
— Значит, вы можете воспользоваться кварцем Габиуса?
— На сегодняшний день единственный в империи кварц находится в императорском хранилище, в личном распоряжении Лориана III.
Обидно. Особенно, учитывая, что у императора в наличие целый штат талантливейших магов. И, значит, слухи врут — дружба между ректором Оллэйстаром и Лорианом III преувеличена газетными фантазёрами, иначе вопроса с недоступностью кварца Габиуса даже не возникло бы.
— Я посмотрю ещё раз, — не став скрывать тяжёлый вздох.
Ректор оттолкнулся, отходя, и сделал приглашающий жест рукой. Защитные заклинания светились даже не трёх — четырёхузловыми схемами с таким количеством плетений, что рябило в глазах. Надо не забыть спросить у ректора имя безумного гения, воплотившего эту защиту в жизнь.
— Безумно сложные схемы. — Крутить шкатулку над столом, как это делал Оллэйстар, я не умела, поэтому ограничилась рассматриванием её со всех сторон. — Они не цепляются друг за друга, а перетекают без потери свойств.
— Сколько их?
— Не знаю, — я медленно покачала головой, не отрывая взгляда от артефакта. — Много, не меньше двадцати. Сложно сказать точно, заклинания настолько плотно расположены, что я не то, что нижний слой — саму шкатулку практически не различаю!
— А так?
Резко участившееся сердцебиение наглядно показало, что он имел в виду. Оллэйстар подошёл со спины, остановившись так близко, что я чувствовала его всей спиной. Нет, нет и нет, только не надо ко мне так подходить! Резко, страшно, загоняя в ловушку…
Ладони похолодели, и я попыталась отстраниться, но оказалось просто некуда. Судорожный вздох, и, в бесполезной попытке отвлечься, я перевела внимание на шкатулку.
— Шаргх!
И отлетела прямо в руки ректора, ударившись затылком о его плечо.
Я видела! Видела всё… ну почти всё и… Невероятно. Просто невероятно.
Неизвестный гений уложил заклинания тремя слоями, заметно усложняя каждый нижний. И охранки оказались заданием для первокурсника, в отличие от второго слоя, в котором атакующие настолько тесно переплетались с заклинаниями иллюзии, что передо мной предстало сплошное оранжевое полотно, связанное из красной и жёлтой пряжи.
И всё это переливалось — более яркой, сине-зелёной, рябью верхнего слоя и… чёрной самого глубинного. Больше того, искрила не только шкатулка — переливались разными цветами абсолютно все предметы, находящиеся в лаборатории!
Чтоб меня фаркасы сожрали! До этого самого момента я даже не предполагала, что могу видеть столько… и так!
— Лиерра Грасс, с вами всё в порядке?
Интересно, если я попрошу, чтобы ректор помолчал хотя бы четверть часа, это будет слишком? Потому что зарисовать хотелось всё, от жёлто-фиолетовой схемы на письменном столе до всех трёх слоёв на шкатулке!
— Да, я… просто… — Мысль никак не формулировалась, потому что я склонилась над артефактом, практически ткнувшись в него носом.
Трогать руками не собиралась, но, может, так мне удастся разглядеть нижние, смертельные заклинания во всех подробностях? И записать как назло не на чем! Как чувствовала — собиралась захватить бумагу и карандаш, но поторопилась и забыла.
И сейчас жалела так, как никогда до этого!
Потому что тот артефактор создал настоящее произведение искусства! Вот так, навскидку, мне не удавалось понять даже того, сколько основных узлов в ртутно-чёрных схемах, но в том, что больше трёх я могла ручаться. Линии сходились под самыми невероятными углами, подобных которым я не видела не то, что в жизни — даже в древнейшем, бесценно важном, случайно найденном у Присли учебнике «Теория для заклинателя».
 
— Мне не трудно каждый раз нарушать ваши личные границы, особенно, если это приводит вас в такой восторг, но подозреваю, что вы быстро к этому привыкнете.
— Что?.. — я скользнула по ректору бессмысленным взглядом, надеясь отыскать в пределах досягаемости хотя бы маленький клочок бумаги.
— Вы привыкнете к моему присутствию, — его голос дразнил насмешкой, — а пугать вас по-настоящему мне бы не хотелось.
— Спасибо, я… — глаза, наконец, встретились с глазами и я вздохнула. — Пожалуйста, дайте мне минуту и, обещаю, я расскажу вам всё!
— А я вас недооценил, лиерра Грасс, — многозначительно хмыкнул Оллэйстар, но мне стало уже всё равно.
Ни одного листка не оказалось, а нагло потрошить единственный в помещении стол точно не пристало законопослушной студентке. Поэтому я вернула всё внимание шкатулке, пытаясь запомнить хотя бы связующие линии между узлами, чтобы в тишине и покое собственной комнаты их перерисовать.
Вот только в этот раз артефакт решил отомстить мне за излишнее любопытство.
Глава 12
Первым вернулось зрение, и уже потом осознание, что я лежу на единственном подходящем для этого месте — маленьком диване у дальней стены.
Лежу.
Последний раз я теряла сознание в кабинете Присли, куда забралась, чтобы основательно подпортить ему накопители, ведь без них он не мог практически ничего. Хорошо, что меня нашла Грейс, успев переложить в кровать до прихода опекуна! Но план я всё же осуществила, хоть и на полгода позднее.
Но почему сейчас?
Осторожно покрутив головой, убедилась, что боли нет и смело села, спустив ноги. Подумать только, второй раз в жизни я потеряла сознание и из-за чего? Из-за дрянного артефакта, вздумавшего показать характер! И это мне! Магу, в клиентах которой значились даже несколько боевиков!
Шаргхова шкатулка! И я буду не я, если не смогу снять защиту безумного гения.
— Вы свободны, лиерра Грасс. Конечно, если пришли в себя, — глядя на то, как я встаю и надеваю туфли, сообщил стоящий напротив Оллэйстар. — У меня нет желания сводить вас в могилу.
Конечно, ему же потом отчитываться за самовольно преставившуюся студентку. Хотя, что уж теперь… стоило подумать об этом вчера, но не тогда, когда я с взглядом серийного маньяка прикидывала, как бы снова подступиться к артефакту.
— Извините, ректор Оллэйстар, но теперь это дело принципа.
— Насколько я помню, сохранение собственной жизни тоже один из ваших принципов. И он прямо противоречит вашему заявлению.
И кто меня за язык тянул!
— Случайный обморок не является угрозой для жизни. Я прошу вас разрешить мне продолжить работу…
— Не смешите, Аурелия, — ректор скрестил руки на груди, — вы к этому не привыкли и тратите слишком много не только магического резерва, но и собственных ресурсов.
Не помню, когда я просила последний раз, но ему на это явно наплевать — Оллэйстар принял решение. И не собирался его менять. А у меня осталась последняя возможность заставить его изменить мнение — низкая, откровенно подлая, но имеющая все шансы стать удачной. И либо всё обойдётся, либо завтра моя фамилия окажется первой в списке отчисленных.
Перспектива отдавала гнильцой, но при всём желании остановиться я уже не могла.
— Я расскажу Академическому совету, что это вы дали мне отмычки от библиотеки. — Очень хотелось зажмуриться, но я держалась и поэтому видела, как изменилось выражение его лица.
С ректора разом слетела маска сурового руководителя, и совершенно некстати мне подумалось, что он гораздо моложе, чем я думала. Вот только Оллэйстар — не студент, чтобы спускать такие выходки.
— Вы в своём уме, студентка? — тихо спросил он, но от этого тона мне стало гораздо страшнее, чем, если бы ректор просто на меня наорал. — И как вы планируете объяснять совету мои мотивы?