Обезьянья лапка (сборник)

Едва отдышавшись, я повернулся и бросился к воротам, словно лошадь на скачках. Я оставлял ключ в замке на всякий случай — повернул ключ, распахнул калитку, захлопнул ее перед носом призрака и, спотыкаясь, вышел на дорогу.
Я бросился к молодому полицейскому, проходившему мимо. Он был еще тем мерзавцем, жутко разозлился, но я ему безмерно обрадовался. Я обнял его так, что он не мог дышать, а затем он усадил меня на тротуар и спросил, что все это значит.
Сперва я и слова не мог вымолвить от волнения и усталости, но, когда я изложил ему всю историю, он мне не поверил.
— Призраков не существует, — заявил он. — Ты пьян.
— Он поднялся из реки и полетел за мной как ветер, — ответил я.
— Тогда почему он тебя не поймал? — недоверчиво спросил констебль, с ног до головы оглядев меня и посмотрев по сторонам. — Говори по делу.
Он подошел к воротам, просунул в них голову и через минуту шагнул внутрь и двинулся вдоль по верфи. Я бросился за ним. Это было моей обязанностью, кроме того, не очень-то хотелось оставаться одному.
Мы дважды прошли верфь вдоль и поперек. Он осветил фонарем все темные углы, заглянул в пустые бочки и ящики и затем повернулся ко мне и поднес фонарь прямо к моему лицу и покачал головой.
— Ты меня за дурака держишь, — проворчал он, — и, ей-богу, тебя бы следовало арестовать. Если еще кому-нибудь скажешь подобную чушь, точно отправишься за решетку.
Он ушел прочь, задрав нос, а я остался один-одинешенек охранять верфь с призраком. Конечно, я торчал снаружи, но временами мне казалось, что я слышу, как кто-то шевелится с другой стороны ворот, один раз так отчетливо, что я бросился в «Голову Медведя», поднял там шум и попросил бренди, чтобы отвадить хворь.
Бренди я так и не получил, да и не рассчитывал. Но хозяин немного поговорил со мной, стоя у открытого окна, и это вышло даже покруче. Несколько раз казалось, что он выпадет, и он поведал мне такое, за что у него бы точно отозвали лицензию. Когда он думал, что мы закончили, и собирался вернуться в постель, я в шутку напомнил ему, что он не так «поцеловал меня на ночь», и, не будь у него жены, двух взрослых дочерей и слуги, он так и проболтал бы со мной до рассвета.
Как я пережил остаток ночи, было для меня загадкой. Казалось, одна ночь длилась как целых двадцать, но с наступлением утра, когда матросы вернулись на судно в шесть часов, они увидели меня на привычном посту.
Я спал как дитя, когда вернулся домой, и после отбивной с луком на обед я удобно устроился, зажег трубку и попытался придумать, что делать дальше. Одно я знал точно: я не хочу провести еще одну ночь на верфи в одиночестве.
Позже я решил немного прогуляться до Кларендон Армз и подышать свежим воздухом. И только я допил свою пинту и стал прикидывать, не заказать ли еще одну, как вошел Тед Деннис и все сразу стало ясно. Он всю жизнь прослужил в армии, и до сих пор ничто не могло его напугать. Я сам видел, как он затевал драку с теми, кто был в два раза больше него, только ради веселья, а затем, задав им знатную взбучку, проставлял им пинту за свой счет. Когда я спросил, не боится ли он призраков, он так громко рассмеялся, что хозяин пришел с другого конца бара узнать, в чем дело.
Я поставил Теду пинту и после того, как он ее допил, рассказал ему обо всем. Я умолчал о часах и цепочке, ему не нужно было о них знать, и, когда мы снова вышли на улицу, я нашел себе помощника, пообещав ему девять пенсов за ночь.
— Тебе нужно составить мне компанию, только и всего. Не надо приходить раньше восьми вечера, и можешь уйти утром за час до меня.
— Что ж, — произнес Тед, — если я увижу этого призрака, он пожалеет, что появился на свет.
У меня полегчало на душе, и я вернулся домой, где за чаем моя женушка болтала о работном доме и страусах в человеческом обличье, которые бы прогнали порядочную женщину из ее собственного жилища, впусти она их.
Ровно в шесть я пришел на верфь, а без четверти семь калитка мягко отворилась и показалась уродливая голова мистера Джо Пила.
— Я хочу спасти твою жизнь, — заявил он важным голосом, — прошлой ночью, сторож, ты был на волосок от смерти.
 
— Ага, — ответил я беззаботно, — откуда тебе знать?
— Призрак Сэма Буллета мне поведал, — отозвался Джо. — После того как он гонялся за тобой по верфи, а ты молил о помощи, он пришел ко мне и обо всем доложил.
— Ты ему нравишься, — поддразнил его я, — интересно почему?
— Он рассвирепел, — заявил Джо, — на него страшно было взглянуть. Он велел передать, что снова придет и убьет тебя, если не отдашь ему часы и цепочку.
— Ну что ж, — ответил я, оглядываясь на трех матросов, которые курили, сидя на баке Дэйзи. — У меня собралась чудная компания на сегодня.
— Компания тебя не спасет, — отрезал Джо. — В последний раз спрашиваю: отдашь часы и цепочку или нет? Вот твои пятнадцать шиллингов.
— Нет, — ответил ему я. — Даже если бы у меня что-то было, я бы тебе ничего не отдал. И какой толк в том, чтобы отдать их призраку. Он сделан из воздуха, и карманов у него нет.
— Прекрасно, — сказал Джо, глядя на меня как на врага, — я сделал все что мог, чтобы тебя спасти, но ты не хочешь слушать. Если вновь увидишь Сэма Буллета, попрощаешься не только с часами и цепочкой, но и с жизнью.
— Ну что же, — ответил я, — сердечно тебя благодарю, но у меня есть помощник, как видишь, — человек, который хочет встретиться с призраком.
— Помощник? — с недоверием спросил Джо.
— Старый солдат, — объяснил я, — тот, кому нравятся опасности и испытания. Он хочет увидеть, что будет, если выстрелить в призрака.
— Выстрелить, — удивился Джо, — выстрелить в бедное невинное привидение. Он что, хочет на виселицу? Бедняга и так уже утонул, а вы его еще и подстрелить хотите? Вам должно быть стыдно! Сердца у вас нет!
— Если не хочет получить пулю, пусть не появляется на верфи, — ответил я. — Хотя пусть приходит, когда я не один. Я не боюсь живых, да и призраков тоже, когда кто-нибудь еще рядом. Кроме того, звук выстрела здесь всех поднимет на ноги.
— Смотри, как бы тебе не пришлось худо, — злобно процедил сквозь зубы Джо.
Он ушел прочь, скрипя зубами, и ровно в восемь часов появился Тед Деннис со своим пистолетом и помог мне охранять верфь. Безмерно радуясь, видя его за бочкой с оружием в руках, готового ловить призрака, я почти забыл о той ужасной ночи.
Призрак так и не появился тогда, и наутро Тед выглядел разочарованным, получил свои девять пенсов и ушел. Следующие две ночи были такими же, тогда Тед перестал прятаться на верфи и вместо этого дремал в кабинете.
Так прошла неделя, а за ней другая, и ни Сэм Буллет, ни Джо Пил так и не объявились. Каждое утро с натянутой улыбкой я отсчитывал Теду его девять пенсов. Я был в ужасном настроении, и хуже всего — я постоянно срывался на жену. Прежде всего она спросила меня, на что я трачу деньги, а после — на кого. В доме начался ужасный кавардак — жена разнесла один из стульев на кухне и грохнула вазу с каминной полки в гостиной, но я ей так и не ответил. Позже Тед присоединился к протестующим на верфи Смита, когда ему пообещали шиллинг за ночь.
Спустя три недели в субботу я рассердился пуще обычного, и все соседи с нашей улицы стояли у своих дверей и слушали, как моя жена меня распекает.
Я долго терпел, но сбежал, улучив минутку, когда она повернулась ко мне спиной. Пока она говорила, я размышлял, и мне стало ясно, что не следовало жертвовать собой и хранить часы и цепочку мертвеца.
Я не знал точный адрес Джо Пила, но район был мне знаком, и, заглянув в семь публичных домов, я наконец увидел человека, сидящего в одиночестве у барной стойки. Я тихо вошел и сел напротив него.
— Доброе утро, — начал я.
Джо Пил что-то проворчал в ответ.
— Выпьешь со мной? — продолжил я.
Он снова проворчал, но не так свирепо, и я принес ему две кружки с барной стойки и сел рядом с ним.
— Я тебя искал, — произнес я.
— О, — ответил он, оглядывая меня с ног до головы. — Ну, вот ты меня и нашел.