Академия Хаоса. Лабиринт стихий (СИ)

— О да, — согласилась Миранда, приступая к десерту. — Такой юморист.
— Вы не позволите украсть его у вас буквально на минутку? — спросил Энцо.
— Забирайте хоть навсегда, — щедро предложила она, зачерпывая полную ложку клубничного мороженого.
Родерик отошел в сторону за другом, который отчего-то вцепился ему в локоть как клещ.
— Ты тут один?
— Да, — ответил Энцо. — По правде сказать, я пришел сюда ради тебя. Это ведь мой ресторан, и я узнал, что ты заказал здесь столик.
— Обслуживание, еда — все высший класс, — похвалил Родерик. Спутница не та, но это не вина Энцо. — Ты что-то хотел?
— Да, — друг быстро облизал и без того влажные губы, отвел глаза. — Такое деликатное дело... Не знаю даже, с чего начать.
— Проблемы с Эмметом?
— Нет, нет, он, конечно, не самый прилежный студент, но справляется, — Энцо выдохнул. — Ты ведь помнишь Кармеллу Алетт?
— Тааак, — протянул Родерик. — Помню. Ее не забыть.
— Потрясающая женщина, — оживился Энцо. — Такая красотка, живая, энергичная...
— Не то слово, — кивнул он.
— Я за ней, вроде как, ухаживаю, — друг расстегнул пуговицу светлого пиджака, сидящего на нем слишком туго, потом снова застегнул, потеребил запонку с крупным сапфиром.
— Я, кажется, догадываюсь, к чему ты ведешь, — вздохнул Родерик.
— Она боится за свою дочь и настаивает на ее исключении из Академии, — выпалил на одном дыхании Энцо.
— Нет, — ответил Родерик так быстро, что друг опешил: его брови дернулись вверх, а губы поджались в тонкую линию.
— Я умею быть благодарным, ты же знаешь, — сказал Энцо. — Это важно для Кармеллы, а значит, и для меня. Скажи, сколько?
— Нет, — покачал головой Родерик, досадуя на то, что дружбе, похоже, пришел конец. — Ты уверен, что тебе нужна женщина, которая в самом начале отношений с такой легкостью тобой манипулирует?
— А мне и нужна такая! — запальчиво ответил Энцо. — Кармелла наслаждается каждым днем, берет от жизни все и не боится хотеть еще большего. А если ты заглянешь в магическую управу и посмотришь на ее портрет в галерее...
— Так она же не маг, — нахмурился Родерик.
— Так она там с дочкой, — ответил Энцо. — Послушай, друг, ты знаешь, через что я прошел. После смерти Алисы я был вне себя от горя, и Эммет... Хотя и до ее самоубийства наш дом походил на могилу. Ей не надо было ничего. Равнодушная, холодная...
— Я хорошо помню Алису, — перебил его Родерик. — Я помню ее и до запечатывания, и после. Ты хочешь такой судьбы для Арнеллы? Сколько по-твоему это должно стоить?
Энцо открыл рот и закрыл, а после развернулся и пошел прочь.
Родерик сел за стол, чувствуя себя так погано, словно окунулся в грязную лужу. Но до чего же упертая женщина! Взятку решила предложить!
— Я слышала имя Арнеллы, — сказала Миранда. — Что там с ней?
— Не твое дело, — резко ответил он, взял чашку кофе, который успели принести, и, шикнув, отдернул руку.
Темные брови Миранды приподнялись, а глаза расширились от удивления.
— Маг огня обжегся чашечкой кофе? — задумчиво произнесла она. — Как интересно...
***
На обратном пути Миранда села напротив и уставилась на Родерика тяжелым немигающим взглядом.
— Здесь темновато, — сказала она. — Может, огоньку?
— Вот поэтому женщин со стихией огня сразу и запечатывают, — проворчал он, выглядывая наружу, будто заинтересовавшись огнями Фургарта. — Мы летим. Воздух, ветер, любая искра — и экипаж через минуту превратится в факел. Это опасная магия, Миранда, привыкай думать, а потом уже делать.
Девушка хмыкнула, и как-то сразу стало понятно, что она не поверила ему ни на грош. Плохо. Очень плохо. Наблюдательная и сообразительная, как некстати.
— Я немного замерзла, — пожаловалась Миранда и, склонившись, положила ладонь ему на бедро. Облизав губы, доверительно прошептала: — Говорят, маги огня всегда горячи. Это так, Родерик?
— Хочешь проверить прямо сейчас? — улыбнулся он.
Она провоцировала его, играла, как кошка с мышью. Девчонка из глухомани оказалась серьезным противником.
Откинувшись назад на спинку сиденья, Миранда медленно расстегнула несколько пуговок на черной блузке. Белая атласная кожа, казалось, светилась в полумраке.
 
— Что ты делаешь? — спросил он.
— А ты как думаешь, — улыбнулась она. — Прикоснись же ко мне, мастер Адалхард. Дай почувствовать твой огонь.
— Не боишься обжечься?
— Как ты о чашку кофе? — она нагло ухмыльнулась.
Он пересел на ее сторону сиденья, обхватил белую шею ладонью, вторую руку запустил в рыжие волосы, слегка потянув их назад. Венка под его рукой забилась быстрее. Как бы Миранда ни хорохорилась, она просто девчонка. Молодая, наивная, еще недавно влюбленная в какого-то остолопа. Такую легко обмануть романтичными бреднями.
— Говорят, если два мага одной стихии любят друг друга, то их силы умножаются, — сказал он тихо, глядя в черные глаза девушки и поглаживая гладкую кожу на шее. — Богов изображают с двумя лицами не просто так. Мужчина и женщина, две половинки. Если они находят друг друга, то становятся равными богам.
Миранда дернула головой, оттолкнула его руку и пересела на другую сторону.
— В этом все дело? — хмуро спросила она, застегивая пуговки. — Ты хочешь усилить свою магию, заполучив мою? Ты собираешься украсть ее у меня?!
— Успокойся, — устало вздохнул он, отворачиваясь к окну. — Ничего я красть не собираюсь. Все твое останется при тебе.
— Так скажи прямо, Родерик. В чем твоя проблема, кроме того, что ты самовлюбленный, наглый, эгоистичный мерзавец?
— А еще я старый, бедный и больной, — улыбнулся он уголком рта, вспомнив, какой характеристикой наградила его Арнелла.
Надо бы приглядеть за девочкой. Очевидно, что ее мать не отступится.
— Я в шоке, — с наигранным ужасом произнесла Миранда. — Разве ты бедный? Я надеялась пустить по ветру твое состояние, а теперь выясняется, что и пускать-то нечего! Как подло!
— Ты же, вроде, не хотела выходить за меня замуж.
— Догадливый какой, — похвалила она его.
— И ты... скажем, не особенно твердых моральных устоев.
Миранда прищурила глаза, как будто раздумывая, не дать ли ему пощечину. Наверняка рука у нее окажется еще тяжелее, чем у Арнеллы.
— Приму твое молчание за согласие, — кивнул Родерик. — И хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
Так хотелось рассказать ей все... Но она напоминала хищника, нарезающего круги вокруг жертвы и выискивающего незащищенное место. Стоит дать слабину — она тут же набросится на него, и его секрет узнает вся академия.
— Хватит уже мяться как девчонка, — буркнула она. — Что там за предложение?
— Ты переспишь со мной, — сказал Родерик. — Может быть, несколько раз.
— После Лабиринта? — уточнила Миранда.
Родерик мысленно выдохнул. Он опасался, что реакция будет другой.
— Да, после Лабиринта, — подтвердил он. — И потом можешь быть свободна.
— То есть тебе просто приспичило заполучить любовницу с огнем? Джемма Кристо с магией воды уже не устраивает?
— Откуда ты... — Родерик осекся, а Миранда довольно осклабилась.
— А мне какая выгода? — спросила она. — Ты сказал, что это предложение, от которого я не смогу отказаться, но я очень даже могу. Оно совершенно не кажется мне привлекательным. Отвратительное предложение, по правде сказать. Как тебе и в голову могло прийти такое? Переспать с тобой? Фу! — она демонстративно скривилась. — И если в браке я хотя бы могла оторваться, испортив тебе и жизнь, и репутацию, то в качестве любовницы мне лучше скрывать этот факт, чтобы не позориться.
— Теперь о твоей выгоде, — продолжил Родерик. — Я не стану убеждать тебя в том, что не так уж плох, как тебе хотелось бы думать.
 
— И не надо, — кивнула она. — Я все равно не поверю.
— Я выбью для тебя разрешение у императора на освобождение от запечатывания, — сказал он.
Сколько это будет стоить — лучше не думать.