Темный эллерат (СИ)

Чейт приблизился чуть не вплотную. Обнюхал, словно собака. Особенно долго задержался у шеи. К глубокому стыду, тело не выдержало подобных потрясений, и по бедрам потекла горячая жидкость. Демон и не заметил моего конфуза. Зато четко ткнулся носом во влажный рукав платья. Чуть влажный, я бы и внимания не обратила. Когда Сцина плакала, то прижималась как раз к этому плечу и…
— Нет! — вырвался хриплый крик. Демон одним прыжком сиганул в сторону шкафа и проломил кулаком дверцу. Откуда только силы взялись, но я бросилась следом, отталкивая Чейта в сторону. Не знаю, почему он меня сразу не тронул. Возможно, роль сыграла особая метка хозяина, о которой как-то позабыла. Но вот когда помешала добраться до цели, Чейт одним ударом смел меня в сторону. Плечо и грудь обожгло резкой болью. В немом ужасе смотрела, как отлетают тонкие ленточки порезанного платья, а из ран, вспоровшими пятью глубокими бороздами кожу, вытекает бордово-алая кровь. Не знаю, что сподвигло стащить с шеи амулет, но я не могла больше сдерживать внутри всепоглощающий ужас. Рей обещал защиту, так почему же допустил все это? Почему везде, где бы ни находилась, меня преследуют чужая смерть и боль? Почему? Это пытка, которую невозможно терпеть. Невозможно пережить и остаться нормальным человеком. Это невыносимо.
Я так больше не могу! — и я закричала, истошно, срывая голос и вкладывая последние силы. Обрушила все эмоции на Чейта, сознательно, беспощадно, вычерпывая себя до донышка. При виде рухнувшего на колени демона, из носа, глаз и ушей которого хлынула кровь, испытала какое-то злорадное удовлетворение. Но дар не ограничился комнатой и этой жертвой. Он хлынул во все стороны и проник в каждого, кто не был защищен от подобного вмешательства. И Сцина, моя преданная служанка и единственная подруга, также попала под удар. Демон вытащил ее из убежища, но расправиться не успел.
Это сделала я. Я! — безумная боль пронзила каждую клеточку, затопила сознание, обрушивая в бездонную пропасть отчаяния и отвращения к самой себе. Такие, как я, недостойны жизни. Видимо, не зря судьба забросила именно в этот жестокий мир. Он либо сломает меня, изменит, подомнет под себя, либо убьет. И сейчас я бы выбрала смерть, потому что убийство живого существа противно природе, омерзительно и… додумать не успела. Слишком уж путанными и тягучими стали мысли, и слабость в теле, и затягивающая в свои сети темнота, манившая безмятежным спокойствием и забвением. Да, в какой-то мере, именно этого я и хотела, спокойствия и забвения. Поэтому всем существом устремилась туда, где исчезнут терзающие душу угрызения совести и растворится телесная боль.
Умереть мне не дали. Жуткий рев и вспышка света, больно резанувшая по глазам, оповестили о появлении хозяина замка. Всепоглощающий страх потери, нежность, гнев и любовь обрушились с таким напором, что не выдержала и потеряла сознание.
  
ГЛАВА 17
 
Жуткая сухость и ощущение потери чего-то важного — первое, что почувствовала при пробуждении. В помещении царил полумрак, но по очертаниям мебели и обстановки определила, что нахожусь в спальне Рея. Сам он, кстати, будто преданные пес, лежал в ногах, скрючившись в неудобной позе. Это поняла, когда он очнулся, стоило мне пошевелиться, и заскрежетал зубами, справляясь с местью затекших мышц.
— Леа! Милая. Что? Пить? В туалет? — хрипло спросил, переместившись поближе и заглядывая в глаза.
Неужели сам все это время за мной ухаживал? — удивилась, да. Но стыда не испытала. Слишком измученной и слабой себя чувствовала.
— Воды, — вырвалось жалким сипом. Голос не слушался и, стоило задуматься, почему, как нахлынули воспоминания. — Что произошло? — вопрос застрял комом в горле, однако Рей понял. Вот только с ответом не торопился. Для начала зажег магический фонарь, тусклыми сиянием разогнавший полумрак. В глаза бросился изможденный вид демона, заметно отросшая щетина, смятая одежда. А еще раскаяние и сожаление. Искренние, наверное. Об этом говорило выражение лица и манера поведения.
 
Приставив к моим губам край чаши, Рей прежде проследил, чтобы я напилась. Бережно вытер лишние капли, тонким ручейком прочертившие дорожку на шее. Промокнул вспотевший от напряжения лоб. Оказывается, даже такое простое действие, вымотало до предела, и я безвольно откинулась на подушки. Туго перетянутые плечо и грудь отозвались глухой болью. Хотелось закрыть глаза и забыться, но не могла. Мне жизненно необходимо знать, что же произошло в тот злосчастный день. Почему демоны взбесились и принялись убивать друг друга? Почему добрый и отзывчивый Чейт превратился в кровожадного монстра? Почему?
— Это случилось по моей вине, — глухим голосом признался Рей. — я недоглядел. Пропустил предателя. Кто-то добавил экстракт церна в укрепляющее зелье и у всех, кто его выпил, проснулась первобытная ярость. Церн — это наркотик, доставляемый с островов в Мертвом море. Его используют в бою, как последнее средство для тех, кто решил подороже продать жизнь. Он действует на таком глубинном уровне, что стираются все границы дозволенного, рушатся клятвы и привязанности. Это уже не демоны, а машины для убийства. Причем те, кем одержимые раньше дорожили и становятся первыми жертвами. Сослуживцы, друзья, члены семьи или рода. Таких убивают, потому что иного способа остановить их нет. Они и сами долго не живут. Нарушивших кровные клятвы ждет неотвратимая расплата. И лишение права на перерождение одно из самых легких наказаний.
— Хоть кто-то выжил в той мясорубке? — застыл на губах немой вопрос.
— Нет, — демон покачал головой, — мало кому удалось спастись. Слуги, кто успел спрятаться. Рийш отлучался в поселок, чтобы закупить продуктов. Рхан, но он уже не жилец, видимо. Пытался остановить меня и… я ведь тоже пил зелье с церном. Но у высших организм намного выносливее из-за магии, хотя вспышка неконтролируемой ярости на порядок сильнее. Наркотик сгорел в крови, когда я услышал твой зов. Ты заставила всех ощутить свою боль, и она победила безумие. Как ни странно, Чейт еще жив. Но это ненадолго! — стальные глаза полыхнули такой злобой, что мурашки пошли по коже. — Предатель пожалеет, что не сдох вместе со всеми!
— Не надо! — выдохнула со стоном, понимая, что череда смертей не закончилась. И то, что Рей еще не покарал виновных, так это потому, что неотлучно находился рядом со мной. Да и не мог Чейт предать! Он же лекарь! Уверена, прекрасно осведомлен о существовании наркотика, и уж тем более не стал бы подвергать жизни спасенных им пациентов опасности. А Сцина? Она же ему нравилась. И к мальчишке, помогающему ему в лаборатории, относился с теплом. Как вспомню, что вспорол его живот когтями, внутри все переворачивается от ужаса и омерзения. Моя бедная подруга. Это ведь я ее убила! По неосторожности и не со зла. Я лишь хотела, чтобы кошмар закончился. А он, похоже, будет преследовать до конца жизни.
— Не рви сердце, Леа. Не плачь, — мужчина губами осушил дорожки слез, бегущие по щекам, — я все исправлю. Клянусь. Леа, очнись же! — встряхнул меня за плечи. — Почему я тебя не чувствую? Не закрывайся от меня!
Я и не думала этого делать, хотя бы потому, что не знаю, как, — ответила беззвучно. Но от озарения, поразившего до глубины души, закаменела. Рей прав! Я тоже не слышала его! Тем более, что амулета на мне не было. Неужели лишилась дара? Похоже, что так. И ничуть не жаль. Только интересно, это навсегда?
— Я найду лучших лекарей! Менталистов. Если нужно, весь эллерат переверну, но отыщу способ вернуть все на место. И Светлую империю по камешку переберу, если понадобится. Леа, веришь? Мы все исправим. Главное, что ты жива.
Наивный, — растянула губы в печальной улыбке, — да я только счастлива буду избавиться от чертового дара. А если без него я Рею не нужна? — тут же закралась перекрывающая дыхание подлая мысль, — тогда и не любовь это вовсе. Или нет? — Память услужливо приоткрыла фрагмент прошлого, когда демон обнажил душу. О таком невозможно забыть или передать словами, только почувствовать. Но где-то там блуждали и другие воспоминания, о которых предпочла бы не думать.