Синяя Рыба
Максим с сомнением покачал головой.
— Вряд ли. Если Ротсен уверен, что в свитке подсказка, значит, так оно и есть. А найти шифр в книгах мы не можем, скорее всего, потому, что он уникален. Его изобрел автор пророчества, и использован он только в этом письме, больше нигде.
— Тогда мы точно никогда не прочтем! — расстроилась Вика.
— Может, есть какое-нибудь заклинание, которое может помочь разгадать шифрованное послание? — Максим повернулся к библиотекарю. — Марвин, ты знаешь что-нибудь в этом роде?
Панцирник вдруг хлопнул себя по лбу, да так звонко, что цепочка порвалась, и пенсне слетело с носа, ударившись о паркет и отлетев на добрых десять метров. Стекла со звоном вылетели из оправы и покатились под книжный шкаф. Впрочем, трагическая кончина любимого пенсне Марвина совершенно не расстроила. Напротив, он выглядел необычайно вдохновленным, как Ньютон, когда ему упало на голову яблоко.
— Какой же я болван! — воскликнул Библиотекарь. — И как я сразу не сообразил! А мы столько времени потратили на книги! У меня же есть Лупа Истины!
— Какая лупа? — Максим и Вика одновременно повернулись к панцирнику, но тот их не слушал: без очков, да еще в темноте он почти ничего не видел, поэтому, придерживаясь лапами за книжные полки, чтобы не упасть, он, спотыкаясь, бросился к своему столу со всей прытью, на которою только был способен.
— Сейчас, сейчас… Верно, она в ящике стола. О боги, куда я опять подевал ключ?
— Он висит у вас на шее, — заметил Максим.
— Нет, этот — просто сувенир. Подарок моей тетки. Одно время ей казалось, что за ключиком кто-то охотится, и она решила отдать его мне на сохранение. Он вроде бы открывает потайную дверь в какой-то параллельный мир… А я ищу ключ от столешницы. Ах, да вот же он!
Вскоре Марвин вернулся, торжественно сжимая драгоценную лупу за рукоять.
— Могучий артефакт. Один из Великих магических талисманов древности, дошедших до наших дней. Я ей иногда пользуюсь, чтобы читать между строк, но совсем забыл — эх, дырявая моя башка! — что через нее любой зашифрованный текст можно прочесть без труда! Сквозь эту Лупу видно правду, — заговорщически прошептал он, сверкнув глазами. — Каким бы ни был текст, положим, на иностранном языке, или шифрограмма, ты увидишь суть. Истинный, первичный смысл написанного.
— Здорово! — обрадовано воскликнул Максим. — Давайте попробуем.
Он поднес Лупу к свитку и взглянул на текст через выпуклое стекло. Вика и Марвин склонили головы над листком бумаги. Некоторое время изображение было мутным и расплывчатым, видимо, артефакту необходимо было определенное время, чтобы настроиться на волну шифра. Но постепенно Лупа сфокусировалось, так, что стала видна каждая черточка. Замерев от волнения, они прочитали:
Пять сил изначальных, великий союз,
Скрепленный бессмертием родственных уз, —
Ни ночью, ни днем, ни в полуденный зной,
Не может одна без другой.
И если не хочешь ты сбиться с пути,
Ты должен их, все до единой, найти:
В их вечном слиянье и вечной борьбе
Дается подсказка тебе.
Движения суть должен ты разгадать,
Замкнуть старый круг, и круг новый начать.
Могущество Жезла постигнет лишь тот,
Кто истину эту поймет.
— Ты что-нибудь понял? — Вика вопросительно посмотрела на Максима.
Он неопределенно хмыкнул.
— Не очень, ели честно. Над этим стоит поразмыслить.
Вика выглядела растерянно, Максим — озадаченно, но Марвин смотрел на обоих с нескрываемым восхищением, словно перед ним стояли не дети, а, как минимум, ожившие боги древности.
— Так вы… Не может быть! Это невероятно! Я же… — совладав, наконец, с собой, он прошептал: — Вы и есть, те самые, которые…
— Те самые, — кивнула Вика, — Точнее, Максим — тот самый, а я — просто за компанию. А откуда вы о нас знаете? Вы экстрасенс?
— Экстра… что? — не понял Марвин, — Нет. Я… Пойдемте. Сами все увидите, — он потянул за тонкий шнурок закладки, торчавший из толстого пудового фолианта, и неожиданно целая стена вместе с книжным шкафом, повернувшись на петлях, отъехала в сторону. Панцирник, неуклюже переваливаясь, скрылся в образовавшемся проходе, и дети, переглянувшись, отправились следом. Секретный коридор, как и сама библиотека, был обшит деревянными панелями, но пол был каменный, отчего воображение непроизвольно рисовало мрачные темницы с заточенными в них скелетами.
Вскоре коридор закончился, и они вошли в маленькую каморку с очень низким потолком и закопченными стенами, освещенную единственным факелом, бессовестно чадившим. Панцирник уже был там. Он стоял возле деревянного сооружения, напоминающего пюпитр для нот, на котором лежала книга, раскрытая на середине. С виду она выглядела вполне тривиально, ничем не отличаясь от миллионов других книг. Тонкие, слегка пожелтевшие страницы. Сдержанный неброский переплет, затянутый темно-синей тканью. Единственное, что в ней было примечательным, так это то, что страницы были девственно чисты.
Марвин с благоговением взглянул на книгу и бережно погладил ее.
— Вы знаете, что это за книга? О-о, это великая тайна. Но вам можно рассказать. Это — книга Судеб. Когда-то давно Элден отдал ее мне. Она еще не написана до конца. Потому что она пишется сейчас, каждый день, каждую минуту. Видите? — он показал на страницу, по которой вдруг запрыгали буквы, складываясь в слова и строки, словно кто-то невидимый стоял здесь, рядом, и водил пером.
— Да, Книга пишется сама, — произнес Марвин, словно подслушав их мысли, — Я читал ее. Точнее, то, что уже произошло, и поэтому уже записано. Здесь есть строки и о вас.
— О нас? — изумленно воскликнул Максим.
— Да. От вас сейчас многое зависит. Но поскольку будущее еще не написано, вы не должны думать, что обречены на неудачу или на успех. Свой путь вы пройдете сами, — в его голосе появились торжественные нотки, — Но вы должны запомнить вот что — нет ничего невозможного. Все в ваших руках.
— А можно нам заглянуть в нее? — спросил Максим. — Если там написано обо всем, что здесь происходит, значит, там и про Эриуса написано. А может, даже, как победить Тени!
— Ни в коем случае! — отрезал Марвин. Его голос прозвучал неожиданно жестко. — Это противоречит Правилу. Эта книга — не справочник садовода-любителя, и не энциклопедия истории. Вам запрещено пытаться узнать то, что вам знать еще рано. С книгой Судеб такие шутки не проходят. Если вы воспользуетесь сведениями, содержащимися в ней, и это даст вам перевес, судьба распорядится так, что и ваши враги получат преимущество. Судьба уравняет шансы, и, таким образом, вернет все к отправной точке.
Вика разочарованно вздохнула.
— А жаль.
— Надо переписать текст пророчества, — сказал Максим.
— Не стоит, — тепло улыбнулся библиотекарь, — Я подарю вам Лупу Истины. У меня такое предчувствие, что она вам еще пригодится.
— А это не нарушит баланс? — съязвила Вика.
Панцирник прищурился, размышляя.
— Не нарушит. Можете не беспокоиться, — он принялся перелистывать страницы назад, — Я сам видел, что в книге было написано «Он подарил им свою Лупу». Да где же это? Ничего не вижу без очков! И как это меня угораздило их разбить?
— Секундочку, — Вика вытащила бутылку с Эссенцией Гармонии.
Отчаяние и надежда
Кэтти, зевая, плелась домой. Вид у нее был измученный и глубоко несчастный. Никогда прежде обязанности Младшей Луны не отнимали у нее столько сил. Она чувствовала себя выжатой, как бюджет небольшого заводика после десятка налоговых проверок. Еле держась на ногах, она добралась до гостиной и без сил рухнула на диван.