Синяя Рыба
Кульминацией праздника стало небывалое по красоте пиротехническое шоу, устроенное драконами, завершившееся грандиозным фейерверком — от его огненных цветов, распускавшиеся прямо в воздухе, небо стало похожим на расписную шкатулку, а на стенах замка и на газонах плясали разноцветные точки.
К утру, когда все уже было съедено и выпито, Флэйк, шатаясь, отполз от стола, поглаживая себя по брюху, в небе погасли последние сполохи салюта, а на востоке начал разгораться рассвет, настало время прощания.
Максим упаковывал вещи в рюкзак, — так медленно, как только мог, словно хотел как можно больше отдалить момент разлуки.
— Закругляйся, — поторопила его Вика, — Нам пора!
— Уже?..
— Мы и так здесь загостились. А дома нас ждут дела.
— Жаль, — вздохнул Максим, — Жаль, что все закончилось так скоро. Кажется, еще вчера я сидел на берегу Великой реки, в первый раз глядя на этот мир, а сегодня уже должен его покинуть. Абсолют так огромен, мы не успели увидеть и тысячной доли его чудес, а нам уже нужно собираться домой, — он навалился на рюкзак и застегнул молнию, — Тебе не обидно?
— Знаешь, — грустно улыбнулась Вика, — Когда мне было шесть лет, я обожала читать перед сном. А бабушка не позволяла мне засиживаться допоздна, и гасила свет. Тогда я не понимала, почему.
— А теперь понимаешь?
— Она переживала за меня, что я могу испортить зрение. А я сердилась и залезала с головой под одеяло с фонариком и книжкой.
— Но к чему ты рассказываешь мне это?
— Не знаю, — Вика пожала плечами и села на траву, — Вспомнилось отчего-то… Наверное, к тому, что все хорошо в меру.
Покачивая плавниками, к ребятам подплыла Синяя Рыба.
— Когда-нибудь вы поймете, почему так было нужно, — прошелестела она.
— Я не хочу ждать этого «когда-нибудь»! — Максим возмущенно дернул шнурки капюшона, — Скажи мне сейчас! Почему? Почему так скоро?
— Каждый должен находиться там, где его место. Нити ваших судеб привели вас в Абсолют, но теперь они все сильнее тянут вас назад, — Синяя Рыба серьезно посмотрела на мальчика, — Он нуждается в вас, ваш мир. Побывав здесь, вы многое узнали и поняли, и это знание поможет вам сделать его лучше. Потому что он определенно заслуживает большего. У вас, на Земле тоже много всего интересного. Вы живете в прекрасном мире. Ему только чуть-чуть надо помочь.
— Но там нет магии! — возразила Вика.
— Там нет Заоблачных Гор и Густого леса! — подхватил Максим.
— Ни эльфов, ни драконов…
— И цветы не умеют петь!..
— Там буду я.
— И мы сможем разговаривать?
— Не так, как сейчас. Увидеть меня вы не сможете. Но я буду и видеть, и слышать вас. И если вам потребуется моя помощь, позовите меня — и я приду. И если вам понадобится совет, спросите — и я отвечу. Вам нужно будет только суметь услышать его. В морозных узорах на стекле, в пламени свечи, в плеске волн я буду говорить с вами.
— Мы должны прислушиваться ко всему этому?
— Вы должны прислушиваться к себе.
— И все?
— Да.
Вика промолчала. Огляделась. На вершине холма суетились Лия, Конарт и Мелфаен; они настраивали Проход в их мир.
Она чувствовала себя, как в зале ожидания в аэропорту: билеты куплены, ты сидишь и читаешь электронное табло, понимая, что скоро к самолету подадут трап, и объявят посадку, — еще не в пути, и еще не дома, но уже будто бы и не в Абсолюте.
— Максим, — Синяя рыба тронула Максима плавником, — Я хочу сделать тебе подарок. Скажи мне, что тебе нужно, я исполню твое желание.
— Спасибо, — засмеялся Максим. — Но у меня есть справка, что я не являюсь представителем сил Зла. Мне этого вполне достаточно.
— И все же, — заметила Рыба, — Я должна вернуть тебе кое-что, — она подняла плавник, и Максиму в ладони упали три монетки, те самые, с которыми он прибыл в Абсолют. Мальчик пригляделся — монетки были из чистого золота.
— Вика, — Синяя Рыба повернулась к девочке, — Скажи мне, что…
— А можно мне такую же справку, как у Максима? — выпалила она.
Мимо ребят, с трудом балансируя на задних ногах, продефилировал взъерошенный единорог. На его рог был насажен сочный персик, и сладкоежка брыкался и мотал головой, силясь дотянуться до лакомого плода. Многие обитатели Абсолюта, находившиеся под действием злых чар, как и этот единорог, еще не вполне пришли в себя, и сейчас пребывали в состоянии некой дезориентации, не понимая до конца, кто они такие. Единорог, например, будучи свято уверенный в том, что он — грифон, а, следовательно, умеет летать, решил полакомиться персиками прямо с дерева, и теперь вынужден был бороться с последствиями своего опрометчивого решения.
— Идемте! — Синяя Рыба взмахнула хвостом и полетела к холму.
Проход выглядел как стеклянное кольцо, слегка приплюснутое с краев, и светящееся так ярко, словно в него была впаяна вольфрамовая нить. На самом же деле это была только дверь, энергетическая дверь, — сам Проход был устроен намного сложнее, чем казалось: только для закрепления координат входа-выхода было одновременно подключено два десятка сложнейших заклинаний.
Ребята поднялись на холм. Все уже были здесь, все спешили попрощаться, словно боялись, что могут не успеть.
Мелани сердечно обняла Вику.
— Передавай привет моей кузине, луне из вашего мира!
— Обязательно, — пообещала Вика.
— И будь счастлива. Не называй себя неудачницей, фортуна не забыла о тебе. Тебе просто нужно немного уверенности в себе и оптимизма. Ты родилась под счастливой звездой, и тропинка твоей жизни только-только сворачивает на главную дорогу. Дорогу судьбы. Все еще впереди. А если тебе станет грустно или одиноко — вспомни о нас. Мы не забудем тебя, Вика, никогда.
Вика закусила губу, изо всех сил стараясь не разрыдаться.
— Я тоже… никогда не забуду вас.
— Мы будем скучать, — признался Максим, — по вашим улыбкам, по вашим голосам. По всем вам.
— Не стоит, — Лунная фея покачала головой, — Мы рядом. Мы есть. Просто помните об этом, и мы станем ближе. Все едино в этой Вселенной; и все миры соединены между собой — тысячами ниточек, тысячами путей. Есть среди них и тот, что ведет в Абсолют.
— Но сможем ли мы отыскать его?
— Тот, кто однажды нашел к нам дорогу, никогда уже ее не забудет, — заверил их Ротсен, — Мы встретимся, обещаю. Вы ведь знаете, кто такие фантомы?
— Мы встретимся во сне? И только?
— Разве этого мало?
— Наверное, нет, — Максим задумался, — Но сон — это все равно всего лишь сон. Сможем ли мы попасть сюда по-настоящему?
— Все может быть… Прощайте, друзья.
Первой в пылающее кольцо влетела Синяя Рыба, за ней — Вика. Максим бросил последний взгляд на стены дворца, розовые в лучах восходящего солнца, и шагнул в Проход. Шагнул, и исчез в темноте.
* * *
Вика стояла на вымощенной брусчаткой площади, у фонтана. По воде медленно плыл золотой кленовый лист. Стемнело; на улицах уже зажгли фонари.
— Какая сегодня луна полная, — пробормотала девочка, задумчиво глядя на небо. Серебряный диск в небе напоминал ей о данном кому-то слове, но сколько Вика ни копалась в памяти, она так и не смогла доподлинно установить, что это за обещание, и с чем оно связано.
«В школе, кажется, сегодня говорили о каком-то конкурсе. Может, нарисовать эту луну?»
Луна задумчиво смотрела на девочку. Сегодня ее лицо было видно отчетливо как никогда.
— Странный сегодня день, — вздохнула Вика, — И луна странная. Жаль, у нас не было видно солнечного затмения.
Она взяла сумку и зашагала к трамвайной остановке.
Максим шел по берегу реки. В сторону воды он старался не смотреть — каждый раз, когда он случайно бросал туда взгляд, его одолевало такое чувство, словно в этих бликах — зашифрованное послание для него, которое он должен разгадать и выполнить.
Несмотря на ранний час, народу в парке было порядочно — все-таки полное солнечное затмение — событие незаурядное. Само затмение уже закончилось, и люди уже начинали понемногу расходиться.