Синяя Рыба

— Пришлось поверить. Это сказала мне Синяя Рыба.
— Это был Эриус, надевший ее личину. Я видела его трансформацию. А ты все это время думал, что… О, какой ужас! Прости. Я ничего не знала.
— «Прости!?» Нет уж, это ты меня прости! Это я виноват, что все так вышло. Я должен был лично проследить за тем, чтобы перо Феникса не попало к нему в руки. Скольких несчастий можно было бы избежать!..
Мелани посмотрела ему в глаза. На ее ресницах блестели кристаллики льда.
— Тебе не за что просить прощения. Ты спас меня. И теперь мы вместе.
— Фред спас тебя! Причем он сделал это дважды. Я не знал, что ты в Черной крепости. Я искал Эриуса. Хотел отомстить ему за всю боль, которую он причинил мне. Я жаждал этого всей душой. Знаю, я думал только о себе, я рассуждал как самовлюбленный эгоист. Мне повезло, что в крепости его не оказалось — мы разминулись, — Он достал из нагрудного кармана батистовый платок и утер пот со лба. — Трейнс на что-то намекала. Теперь я понимаю, что она хотела сказать мне. Она пыталась оградить меня от еще одной ошибки. Жаль, что мы не знаем всего, что будет. Тогда, возможно, ошибок было бы меньше.
— Знать всего, что будет, не дано даже Высшим, — Мелани слегка улыбнулась и задумчиво вздохнула, — А от ошибок может уберечь лишь мудрость. Не знание.
Неожиданно она рассмеялась, кивнув на круглый, как картофелина, камень, который почему-то так и остался висеть в воздухе, несмотря на то, что Ротсен давно уже снял свое заклятие.
— Превосходная работа! Высшая магия, уровень Альфа, заклинание пространственно-временного сдвига, угадала? Не знала, что его с таким эффектом можно использовать против землетрясений. Но оно же чрезвычайно энергоемкое! Где же ты взял столько энергии?
— Поверишь, нет? — Высший маг наклонился и поднял земную ось, держа ее так, словно та была из папье-маше и весила не больше пустой коробки из-под торта, — Из этой твоей палочки.
— Да?!
— Земная ось — необычайно сильный передатчик энергии. Сама она никакую энергию, конечно, не вырабатывает, а лишь перераспределяет излишки, которая имеются в материальных мирахю Она действует, как радиоприемник — улавливает слабые колебания отовсюду, и, пропуская через себя, концентрирует, в результате чего на выходе мы получаем поток магической энергии такой силы, что его невозможно даже измерить — приборы зашкаливают. Одним простым заклинанием можно подключиться к ней, как к антенне, и использовать энергию как тебе заблагорассудится — мощности хватит даже на десяток землетрясений.
— Господа маги, разрешите вас отвлечь на минутку! — нетерпеливо крикнул Даниту, который все еще пребывал в вынужденном заточении. — Что там у вас происходит? Долго я еще буду здесь сидеть?
— Дан! — спохватилась Ариса, — Мы же совсем забыли о нем!
— Сейчас! — Ротсен взмахнул Жезлом, и каменная глыба с грохотом откатилась в сторону, освобождая проход. А через мгновение рядом с ними, хлопая крыльями, приземлился Даниту.
— Здравствуй, Ротсен, дружище! Все живы-здоровы? Что новенького?
— Земную ось нужно вернуть на место, — твердо сказала Мелани.
Ротсен кивнул.
— Ты права. Такие вещи нельзя разбрасывать где попало.
— Я отнесу ее на полюс! — вызвался Фред, — Я знаю дорогу. Это рядом.
Мелани отстегнула цепочку и протянула ему амулет невидимости.
— Держи. Я чувствую, что он тебе еще не раз пригодится.
— Будь осторожен, — предупредил Ротсен. — Ты знаешь про драконов. Почти все они перешли на сторону Зла.
Он снял свою мантию и накинул ее на плечи Мелани. Их глаза снова встретились.
— Мелли! Береги себя. Твой вклад в наше общее дело так велик, что его трудно переоценить. Пообещай мне, что больше не станешь понапрасну рисковать жизнью.
Ротсен говорил так, словно ей предстояло отправиться в страшную глухомань, в незнакомые земли, кишащие дикими всеядными тварями, а не в Белый дворец, вдоль и поперек прошитый защитными заклинаниями, издревле слывущий неприступной твердыней Светлых сил; Белый дворец, в котором она выросла, и который привыкла считать своим домом. От мысли, что Тьма набирает обороты, и становится все сильнее, а, значит, шансов одолеть ее все меньше, Мелани чуть не разревелась, совсем как ее младшая сестра.
 
— Обещаю, — прошептала она еле слышно.
— В Белый Дворец? — коротко спросил Даниту.
— Да, пожалуйста. Присмотри за ней, Ариса, — Ротсен подмигнул белке, — И постарайтесь не попадать в неприятности.
— А ты?
— Я догоню вас. Мне нужно убедиться, что Проход действительно закрыт.
 Кикедро 
Это продолжалось уже, наверное, минут двадцать — все помещение вагона наполнял невыносимый, отвратительно режущий слух скрежет — словно кто-то без остановки царапал лезвием ножа по твердой поверхности. Разбуженная этим звуком, Вика вскочила с полки, собираясь высказать дракончику все, что она думает о нарушении тишины в неуставное время.
Крылатый ящер сидел на полу и усердно точил когти о железный пол вагона, самозабвенно урча. Рядом с глубокими царапинами в металле лежали побочные продукты его утреннего моциона — блестящие колечки стружек и несколько заклепок, случайно выдранных из пола.
— Ты что, спятил? Нашел себе когтеточку! Я же сплю! И зачем только я взяла тебя с собой?
— И тебе доброе утро! — откликнулся дракончик, придирчиво разглядывая маникюр, — Кстати, ты уже не спишь.
— Это потому, что ты меня разбудил! — буркнула Вика, — Совершенно не обязательно было точить когти именно в моем купе, — она выглянула в окно и охнула. — Рассвет только начинается! Ты в курсе, который час?
— Драконы не могут спать при свете солнца, — покачал головой возмутитель спокойствия, сметая хвостом железные стружки в угол, — Так уж мы устроены. Извини, что разбудил. Не знал, что вам, людям, требуется столько времени для сна. Я закончил. Можешь спать.
— Ладно, что уж теперь. Я уже все равно не засну, — проворчала Вика примирительно, — Пойдем, что ли.
Рельсы, в точности такие же, что и вчера, казались нескончаемыми. Спать хотелось невыносимо, еще сильнее — есть; одно было хорошо: солнце светило не в лицо, а в спину. Вика брела, то и дело пытаясь разлепить веки, и совсем не глядела по сторонам. Поэтому темную крылатую тень, накрывшую равнину, она заметила в самый последний момент.
Чем-то она напоминала ее дракончика. За исключением одного. Размеров. Это был взрослый дракон.
— Герракс? Это ты?
— Мама?
Огнедышащий великан спланировал вниз. Когда дракон коснулся лапами земли, почва под ногами заходила ходуном, как во время землетрясения, и мощная ударная волна едва не сбила девочку с ног. Размеры чудища были столь солидными, что ее дракончик по сравнению с ним выглядел как птенец рядом со сверхзвуковым истребителем. Дракон, вернее, дракониха — бросилась к малышу, суетясь и причитая:
— О боже, Герракс, я чуть с ума не сошла! С лап сбилась, разыскивая тебя! Все Заоблачные Горы перевернула с ног на голову!
Герракс, счастливый, негромко заурчал и дал себя облизать.
— А это еще кто? — вдруг нахмурилось чудище, заметив девочку, — Твой завтрак? Выглядит не слишком съедобно.
— Это Вика. Она человек, но она добрая. Это она спасла меня!
«Драконы предали нас! Они перешли на сторону тьмы и сражаются за Эриуса!»
— Ви-ка… — медленно, по слогам проговорила дракониха, пробуя на вкус новое для нее слово, — Спасла, значит? Похвально. Хотя для моего карапуза это слишком большая честь. Ты знаешь, что он сбежал из дому?
Девочка осторожно кивнула.
— Пожалуйста, не сочтите за дерзость, но я просто обязана спросить вас…
— На чьей я стороне? — перебила дракониха, — Да, среди моих сородичей оказалось много предателей, но можешь не сомневаться: я не из их числа. Напротив, я собираюсь примкнуть к союзу Светлых сил. Как минимум один дракон будет сражаться за Ротсена! Вот только найду для Герракса безопасное место в горах.