Враг народа. Академия красных магов (СИ)

— Вот это и будет наш спортзал, — довольно сообщил я.
— Чего?.. — Генка аж слегка прибалдел.
— Эй, мужики! — крикнул я. — Вы ж спортзал строите?
Мои знакомые оторвались от работы и приветливо ухмыльнулись, заметив меня.
— А то так не видно! — бросил один, с которым я в прошлый раз работал бок о бок.
— Ну тогда не халтурьте! — хмыкнул я. — Считайте, для меня строите!
Они со смешками помахали мне молотками. Махнув в ответ, я свернул к общежитию.
— И как оно станет нашим? — с сомнением спросил Генка, шагая рядом.
— Да оно уже наше, — отозвался я, слушая бодрый стук за спиной. — Осталось только придумать как…
— В смысле, ты хочешь собственный спортзал? — Лёня чуть не подавился бутербродом, который жевал, когда я с подносом опустился рядом. — У тебя что, опять жар?
Девушки на другой стороне стола, пришедшие в столовую раньше нас с Генкой, тоже смотрели немного изумленно — словно подобным вопросом до меня никто не задавался.
— А чего такого? — отозвался я, размазывая масло по хлебу. — Мне нужно свое помещение, где я смогу в любое время заниматься. В первую очередь магией.
— А больше тебе ничего не нужно? — прожевав, ехидно поинтересовался Лёня.
— Нужно, — усмехнулся я. — Комнату, а лучше квартиру в Москве. Но это точно не к тебе.
— Собственный спортзал здесь — это нереально, — отрезал он.
— Хорошо, — я решил подойти к вопросу с другой стороны. — А если бы я обратился к тебе не по-товарищески, а как к секретарю студсовета, ты бы что сказал?
— Я бы переадресовал твой вопрос председателю, — он потянулся к чашке чая. — И сказал бы тебе подать заявление в письменном виде.
Ну отлично, чего время терять. Я повернул голову к Нине, сидевшей уже привычно напротив меня и с любопытством слушавшей.
— Переадресовываю вопрос, — встретив ее взгляд, сказал я. — Можно только заявление писать не буду?
Коралловые губы, которые мне еще удастся поцеловать, расплылись в усмешке.
— Как председатель студенческого совета вынуждена отклонить твою просьбу. Согласно уставу академии, — уже серьезнее продолжила она, — все вспомогательные учебные помещения распределяются только между орденами. Студентам единолично они не предоставляются. А то, которое захотелось тебе, уже числится за Спартой. Так что официального способа получить его нет.
— Но есть неофициальный… — загадочно протянула сидящая рядом с ней Лара.
Нина охотно кивнула.
— Чему вы его учите? — мигом разворчался Лёня. — Он и так не образец!..
— Какой? — оживился я.
— Поединки, — ответила Нина, — традиционный способ здесь решать любые вопросы.
— Например, — подхватила ее подруга, — в прошлом году одна студентка с помощью поединка отобрала у Элементаля лабораторию.
— Ну так это же Софья Белозерская, — Лёня сердито прошелся глазами между девушками. — Так что это не просто студентка!
— А поединок ваш — это что-то типа драки с магией? — уточнил я.
Генка рядом воодушевленно закивал, как и я, даже еще не приступив к завтраку.
— Она самая! Чтобы выяснить, кто сильнее.
— Не сильнее, а умелее, — оторвалась от своей каши на другой стороне стола Роза, для которой все разговоры на тему силы проходили весьма болезненно.
— Верно, — согласилась Нина, — если бы вопрос был только в силе, не разрешалось бы пользоваться артефактами. К тому же поединки бывают и групповыми, где личная сила не так важна, как умение работать в команде и использовать потенциал всех ее участников.
— И как нарваться на этот поединок? — спросил я, косясь в сторону шумно гогочущих членов Спарты, среди которых гордо восседали оба Голицына.
Лара напротив махнула вилкой с наколотым на нее салатным листом. Если подумать, я еще не видел, чтобы она ела что-то другое.
— На поединок обычно вызывают.
— Только, — добавила Нина, — никто не обязан принимать твой вызов. Хочешь получить что-то ценное, надо предложить что-то ценное взамен.
— Что ценное, например? — уточнил я.
Лёня рядом хмыкнул прямо в чашку с чаем.
— А что у тебя есть? Твой значок “ГТО” разве что. Хотя вряд ли он здесь кому-то нужен. Так что забудь о глупостях, — он снова перешел на назидательный тон старшего товарища. — А вы прекратите его подначивать, — глаза за стеклами очков сурово прошлись по сидящим напротив девушкам.
 
— Вообще Лёня прав, — Нина вновь перехватила мой взгляд, — тебе пока еще рано. Но если хочешь понять, что такое поединки и как они проходят, сегодня вечером как раз состоится один.
— И кто с кем будет драться? — Генка с интересом завертел головой по сторонам.
— Кто-то из Спарты, — беспечно отозвалась Лара, — с тем, кому не повезет…
Я перевел глаза на Нину, надеясь на более вменяемое объяснение.
— Это что-то вроде их традиции, — без особого энтузиазма пояснила она. — В начале каждого учебного года Спарта выбирает студента…
— Жертву, — подсказала ее подруга.
— Провоцирует и вызывает на большую арену, где раскатывает по песку на глазах у всех, — закончила Нина, явно не одобряя традицию.
На другой стороне стола Роза нервно уронила ложку в тарелку.
— Обычно, — успокаивающе произнесла Нина, — это кто-то со старших курсов. Совсем новичков не трогают.
— Видите, — Лара небрежно обвела вилкой зал, — как все тихо сидят, стараются им на глаза не попадаться…
И правда, сегодня в столовой было очень людно, но при этом весьма тихо — словно за лишние звуки здесь могли наказать. Лишь за столом Спарты стоял дружный не прекращающийся гогот, однако заряжая воздух не позитивом, а напряжением. Только сейчас я заметил, что многие студенты, не разговаривая, не глядя по сторонам, стучали ложками по тарелкам, быстро вталкивали в себя завтрак и кучками — не по-одному! — покидали зал. Как-то не слишком радостно для первого учебного дня.
— Так может, наоборот, — я задумчиво покосился на хохочущих членов Спарты, — взять и нарваться?
— По-моему, у тебя все-таки жар, — Лёня не донес до рта печенье. — В первый раз слышу, чтобы кто-то добровольно хотел нарваться на Спарту…
— Не советую, — качнула головой Нина. — Здесь многие хоть и плохонько, но все же умеют ставить ментальные щиты, а ломать их ты еще не научился. Так что твой дар не настолько всесилен, а стихия у тебя пока не проявилась…
Заглушая остаток фразы, за спиной раздались шаги, которые я уже узнавал не оборачиваясь — суетливые, нервные и одновременно грохочущие, словно гипс у него был не только на руке, но и на ногах. Белобрысый, какой-то там Антон, опять притопал к нашему столу.
— Кто тут Скворцов? — без особой охоты спросил он.
А то сам еще не понял.
— Я, — ответил Генка.
Здоровой рукой белобрысый протянул ему небольшой конверт — молча, но при этом всем видом показывая, что делать это ему неприятно. Генка тут же развернул конверт, и я с интересом заглянул внутрь следом за ним. Среди белоснежных стенок лежал бумажный прямоугольник с золотистой каймой, на котором аккуратным, прямо-таки каллиграфическим почерком было выведено, что Скворцову Геннадию оказана честь быть среди приглашенных в Королевство. Прочитав, он аж засиял.
— Поздравляю, — сказал я.
— А почему приглашение только одно? — Лара повернула голову к белобрысому. — Думала, их будет больше…
— Передаю то, что мне сказали передать, — отрезал он.
Пока Роза с любопытством выхватила у Генки бумажку, Нина поймала мой взгляд.
— Тебя тоже позовут, — сказала она без тени сомнения, что именно так и будет.
— Нина, — в воздух взвился едкий смешок, — не давай новичку надежд, которые никогда не сбудутся. Если не позвали в первый день, значит, никому он здесь не нужен…
 
— А тебе вторая рука не мешает? — на всякий случай уточнил я.
— Просто напомню, — сухо произнесла Нина, мазнув глазами по белобрысому, — что тебя позвали в конце второй недели. По очень убедительной просьбе твоего отца.
Скривившись в ответ, он развернулся и уволок свою загипсованную руку к столу Королевства.