Ген подчинения. Тома 1 и 2 (СИ)

— Пей и молись своему богу, ибо даже я не знаю, выживешь ты или нет, упрямый человек! — Скомандовала Лиса.
После чего я, словно вампир из второсортного фильма, послушно прильнул к ране своими губами. Мерзкое ощущение чьей-то горячей и солёной крови сменилось некой сладостью, и… Гаснущее сознание взорвалось адреналиновым потоком. Сила переполняла организм, а вместе с ней с каждым глотком росла и жажда.
«Что это за чертовщина, почему я чувствую себя так хорошо?»
— Спокойнее, глотай помедленнее… — стиснув зубы, прошипела лиса, когда я уже фактически зубами чувствовал, как в месте, где была её рана, стала затягиваться плоть. 
Так неожиданно для самого себя я впервые попробовал чью-то кровь.
  
Глава 41
 
Если в мире и существовал нектар богов, то именно таким он должен был быть на вкус. Приятно дурманящий разум, несущий за собой наслаждение и очищение от всех ненужных мыслей. Проблемы, заботы, теперь всё казалось таким далёким, неуместным.
— Приди в себя! — Сильная пощёчина, прилетевшая когтистой лапой, бодряще вернула меня с небес на землю. Осознав, что едва не забыл о маленькой пациентке, встряхнув головой, сконцентрировался на ней.
— Что это было, Цзин? — Чувствуя вкус так манившего меня напитка, с опаской спросил я.
— Демоническая кровь. — отозвалась лиса — Крайне опасная штука для обычных людей. Она способна лишить человека чувства голода, холода, сна и покоя. То, что ты сейчас ощутил, состояние эйфории, говорило о переполнении твоего жизненного источника. Ещё бы чуть-чуть, и ты бы на век мог остаться безумцем, ставшим в последствии каким-нибудь серийным маньяком, ну или вовсе демоном.
Лишь после этих слов я ощутил странное изменение по всему своему телу.
Потемневшие ногти, подобно звериным когтям, выступали вперёд; лицо словно пылало огнём; а глаза… Зуд становился всё сильнее, они так чесались, что казалось ещё немного и я, бросив всё, чем занимался, собственными пальцами вырву их прямо из глазниц.
«Держи себя в руках» — Пытаясь восстановить дыхание и успокоиться, из раза в раз про себя повторял я.
Прильнув ко мне со спины, Цзин словно змея, своими пышными хвостами окутала всё моё тело.
— Посмотри. — в маленьких ручонках старейшины показалось такое же маленькое, карманное зеркальце, в отражении которого я едва сумел узнать себя. — Теперь ты больше никогда не станешь тем, кем был раньше.
В отражении виднелось два разноцветных глаза — звериный и человеческий. Будто читая мои мысли, Кио плавным движением своего хвостика сняла с моей головы колпак. Вспоминая старика, застывшего на полпути своего обращения, в зеркальце видел свой левый, лисий глаз, полыхавший желтым светом. Зубы также частично деформировались, став похожими на звериные клыки. Видок был не из приятных, и с толкнись я с чем-то подобным в своей прошлой «нормальной» жизни, общение с психиатром и реабилитационный курс в дурке мне были бы точно гарантированы, а так…
— А я милашка. — Нервно выдав, перевёл взгляд на бессознательное тельце малышки. Всё это было очень интересно, но если кое-кто сейчас умрёт, то получится, что все наши жертвы и усилия были напрасны. Подобного я допустить никак не мог.
Убрав зеркальце обратно, Цзин, фыркнув, хихикнула. — В первый раз сталкиваюсь с такой реакцией. Где вопросы, мол, «что со мной будет?», «останусь ли я человеком?», или «что будет с моим телом и душой?»?
— Я теперь смогу лазить или ходить по стенам? — Подобная супергеройская причуда действительно была полезна, если она каким-то макаром сделала из меня «человека-паука», или хотя бы «человека-лиса», было бы не плохо, но…
— Нет. — коротко ответила Кио.
— А сверхпрочные когти я теперь смогу отращивать, ну или регенерировать полученные ранения? Ох… Если уж заговорили о душе, может, я так и бессмертие ваше заполучил вместе с твоей кровью?
— Нет, конечно. — Насупившись, недовольно отозвалась лисица.
— Жаль, ведь получается, что в целом ничего и не изменилось, я всё тот же человек, так смысл тогда париться и переживать? Кстати, лучше скажи, что с лисичкой? — Чувствуя, как остывает ещё недавно пылавшая детская кожа, спросил я.
 
— Впервые вижу, чтобы кто-то, испивший нашей крови, столь быстро возвращал себе разум и рассудок. — Хвостом поднимая мои руки, проговорила Цзин. — Она в порядке, больше ей ничего не угрожает.
Тело девочки никак не изменилось. В состоянии обморока она не проявляла никаких эмоций, просто тяжело сопела, иногда нервно дергаясь во сне. Лишь сейчас, когда всё закончилось, прислушавшись, я понял, что чего-то не хватает, а после, обернувшись, осознал, чего именно.
Затаив дыхание, снизу на нас с Цзин глядели как стражники, так и сама горе-мать. Прорвавшаяся к нам с боем женщина, явна не слышавшая нашего с Кио разговора, вопросительно глядела в нашу сторону. Сложно даже представить, что бедолага сейчас чувствовала. Едва я хотел открыть рот, как меня тут же перебила старейшина.
— Охрана, дитя в лазарет, пусть целители рода убедятся в том, что ей больше ничего не угрожает. А ты… Ослушалась моего указа, ворвалась в церемонную, устроила настоящий переполох, да и к тому же видела лицо нашего гостя. Согласно уставу, тебя ждёт суд и наказание, а пока, стража, в темницу её! — Холодно и злобно отдала приказ Цзин.
— Спасибо, спасибо, госпожа Цзин, и Вам, великий шаман! Спасибо… — В момент, когда ту со счастливой улыбкой, подхватив под руки, поволокли обратно к створкам, отозвалась женщина.
— Её в темницу, а она благодарит, и ладно если бы только меня, но ещё и тебя… У вас тут все с головой не дружат?
— Она их первенец. — Так и не ответив на мой вопрос, Кио своим хвостом аккуратно подняла малышку с пола, а после передала в руки одного из стражей. По её улыбке и тому, как она глядела на бедное дитя, было понятно, что та не желала ребёнку смерти или вреда. Чистый расчёт и никаких эмоций — вот на что должен опираться настоящий лидер, за спиной которого столь многочисленная толпа. Цзин идеально подходила для этой роли, а вот я… Смог ли бы я откинуть свою человечность и принять подобное решение, тем самым обрекая молодое поколения на страдания и смерть? Вряд ли.
Как и ранее, «откат» от принятия чужого проклятия долго не заставил себя ждать. Мощный удар, соизмеримый с пропущенной двойкой от профессионального боксёра, выбил землю из-под ног. Облокотившись на всё так же смирно стоявшую за моей спиной лису, сплюнул скопившуюся жижу на платок, в этот раз к чёрной дряни добавилась ещё и кровь, правда, неизвестно, чья она была, моя или моей подручной опоры.
— Нужно отдохнуть. — Проговорив это, с неким странным звоном и эхом в моём голосе, я поднял глаза.
Опять эта клякса, тень без рук ног и глаз, размером с человека предстала предо мной. Края её силуэта становились с каждым разом всё четче. Вокруг этого «нечто» постепенно обрисовывалась некая фиолетовая аура.
— Да что же ты такое? — понимая, что вот- вот отрублюсь, спросил я, услышав в ответ точно такой же вопрос, с таким же тяжелым, механическим голосом, исходившим от этой сущности.
Несколько часов спустя. Внешние врата храма Девяти хвостов.
Поднимая дорожную пыль, к храму на полной скорости неслась колонна чёрных джипов. Более тридцати машин с хорошо вооруженными и экипированными демонами и людьми, состоящими на службе у Зэнзэн, были собраны для того, чтобы поставить зазнавшийся клан перед фактом. Смерть или сотрудничество.
«В мирное время Восточный союз никогда бы не простил подобного силового варианта присоединения нейтрального клана, тысячелетиями защищавшего и оберегавшего собственные земли. Однако сейчас, когда со всех сторон доносились сигналы об нарастающей угрозе из вне, действовать агрессивно стало куда проще. Всё можно было спихнуть на связь с врагом, предательство и прочую лебеду, в которую точно никто не поверит, но из-за банальной занятости и нехватки сил, продолжать конфликт и тем более изгонять столь сильного и влиятельного союзника как Триада никто бы не посмел. Главное, чтобы Укун об происходящем узнал как можно позднее.» — Рассуждала суккуба, когда первая из машин остановилась возле храма.