Имбецил (СИ)

========== Глава 19 ==========
Тур выдохнул, как только ушёл патлатый, вытер мокрый лоб, закрыл глаза и откинулся на кровать. Из-за ран поднялась температура, да ещё этот мелкий засранец вымотал так, что внутри клокотало, а руки чесались и явно не от заживления ран. Врач, что накладывал швы, предупреждал, что может температура подняться, и начаться загноение, и поэтому хотел Тура оставить в больнице. Только вот больницы Тур не любил. Даже не не любил, а на дух не переносил, после того как пять лет тому назад провалялся почти четыре месяца на больничной койке после аварии. Дела прошедших лет, оставившие Артуру кучу шрамов по всему телу и стойкую ненависть и непереносимость к больницам. Если бы не уговоры и частые посещения тогда Димона, Тур бы сбежал оттуда на костылях и в гипсе сразу, как только пришёл себя после той аварии, но друг не дал.
Лай Спайка из коридора вырвал из воспоминаний. Когда Тур шёл в комнату, то оставил рота у двери сторожить, и лай мог означать только одно - что звенящая сучка решила свалить куда-то.
Из-за плохого самочувствия и из-за выходок некоторых псов и патлатых, Туру хотелось побиться о стену головой, но сил не было даже на это.
Лай с предупреждающим рычанием ввинчивался в уши, от чего голова начала трещать. Вколотое лекарство уже начало своё действие, но слабость в теле была такая, что впору лечь и поспать пару часов, а не таскаться, но нужно встать и идти разбираться. Спайк и так ведёт себя странно, и что он может отчебучить неизвестно. Давно рот не оспаривал право Тура, а тут на тебе!
А всё из-за звенящей заразы…
- Место, Спайк! – вышел из комнаты Быков. – Куда собрался? – уже обратился он к застывшему Тохе, когда рот сел.
По лицу звеняшки было видно, что он хотел выдать тираду явно матерного содержания, как в дверь тихо переливчато зазвонили.
Теперь понятно, почему Спайк лаял, а Тур не услышал звонок. Поджав недовольно губы и бросив на пацана раздражённый взгляд, Тур, задев пацана, направился открывать дверь.
Он надеялся, что это не папашу патлатого принесла нелёгкая. Не хотелось с ним пересекаться. Быков не боялся его, флешка-то у него, но проблем не хотелось, а они будут однозначно. Патлатому рот не закроешь, пока в морду не съездишь, да и Тур не дипломат. Не умеет скакать с бубном вокруг да около, словесно завуалировать и посылания, и угрозы, и предложения. Всё в лоб, как есть. Вот Димон – тот да, дипломат, но не Артур. Не тот склад ума, да и характер, как говорит друг, под стать фамилии и имени. Поэтому-то у Димы уже своя частная охранная фирма, а у Артура за плечами машина, квартиры в старом доме, да ротвейлер с нарушенной психикой.
В дверь вновь настойчиво позвонили.
Тур сделал глубокий вдох и потянулся к ручке. Если это Григорьев пожаловал - Быков сам виноват, не подумал про телефон, не забрал вовремя, вот и успела дрянь красноволосая ляпнуть папаше то, что не нужно, а уж тот ушлый лучше уж перестрахуется.
Дверь полностью Тур не стал открывать, так же как и выходить из квартиры. Пускать звонившего он не собирался, а патлатого к двери Спайк не подпустит.
Визитёр если и удивил Быкова, то виду он не подал, только нахмурился, напрягая память. Он знает этого усатого мужика лет пятидесяти с военной выправкой и представительской внешностью, в дорогом костюме.
- Это моя квартира, вообще-то! – раздалася за спиной Тура очередная язвительная фразочка патлатого, но, как он понял, чисто из-за своей язвительности и природной сучности, поэтому внимания не обратил, пытаясь вспомнить, откуда знает визитёра.
- Это вы якобы новые квартиросъёмщики? – вальяжно, с пренебрежением, даже брезгливо спросил мужик, закончив осмотр Тура, уделив особое внимание голому торсу и перебинтованным рукам.
- Нет, - ответил спокойно Тур, окончательно убедившись, что мужик не от Григорьева.
- Ваши документы, - потребовал мужик, не терпящим возражений тоном.
- Ваше удостоверение и основание, на котором я должен вам что-то предъявлять, - уже чуть резче и не так спокойно спросил Тур. Свои права он знает.
 
- Хм,- даже хмык у визитёра получился мерзкий, что усы встопорщились. – Григорьев, квартировладелец, сообщил МНЕ, что не сдавал в аренду эту квартиру.
- Потому что сменился квартировладелец, - ответил Быков, прислоняясь к косяку.
- Тогда ваши документы на квартиру, пока я не вызвал сюда ОМОН, - явно выходя из себя, громко потребовал мужик.
- Сначала ваши, - спокойно пофигистически ответил Быков и толкнул ногой в бок Спайка, который, громко сопя, попытался так же поприсутствовать при беседе.
Мужик хотел что-то ответить, но на этаж поднялась встреченная ранее дамочка с собакой на руках.
- Ты быстро, Костик, - довольно прощебетала дамочка и, уже скривив губы, потому как увидела Тура, проговорила. - Правда, не понимаю, зачем ты с ними разговариваешь? Ты прокурор или нет?
Мужик побагровел от слов дамочки, а Тур вспомнил, откуда знает, и где видел его: ещё когда работал в ментовке, мужик этот уже тогда занимал какой-то пост. А теперь дослужился до прокурора. Как тесен мир! Странно, что мужик живёт здесь, а не в элитке какой-нибудь, как Григорьев, да и дамочка оказалась с зубами как у акулы – не зря пугала своим мужем. Есть кем.
- Неси документы на эту квартиру, - обернувшись, приказал Тур всё ещё стоящему и слушающему в прихожей Антону.
То ли нешуточный тон Тура, то ли его мерзкое состояние или подслушанный разговор повлияли на патлатого, но в итоге, сморщив нос, он недовольно пошёл за документами.
Мужик терпеливо ждал так же, как и Тур, пока не вмешалась дамочка.
- Не забудь про собаку, - менторски, будто дурачку напомнила она прокурору, от чего тот покрылся пятнами, сжал губы, но сдержанно ответил:
- Эмма, ты собиралась домой. Здесь я сам разберусь.
Звеняшка с документами появился вовремя. Пришлось придержать Спайка, чтобы взять папку, поэтому то, что начала говорить едко дамочка мужу-прокурору, Тур пропустил.
- Роевский Антон Антонович - это вы? – читая документы, спросил мужик, продолжая их перебирать.
- Нет, - ответил Тур. Ему надоело стоять тут. Хотелось прилечь.
- А кто? – въедливо спросил мужик и посмотрел на Тура, как на маньяка. - Мне кажется, я видел где-то вас…
Пришлось Туру предъявлять своё водительское удостоверение, на которое прокурор всего лишь мельком бросил взгляд и теперь ждал владельца квартиры - патлатого засранца, который явно уже не хотел участвовать в этой сверке. Быкову было не до уговоров пацана, поэтому оставив парочку за закрытой дверью, он вздохнул, подошёл к не успевшему свалить Антону (вовремя Спайк загородил ему путь)и, не церемонясь, схватил за руку, заломав её, и почти потащил к приоткрытой двери. Патлатый неформал сам в который раз заварил эту кашу. И ведь что больше всего бесило Быкова, так то, что эта ядовитая звенящая зараза понимал это, но добровольно идти не хотел. Не нахами он дамочке – не было бы этого представления.
Мужик профессионально, из-под густых с проседью бровей, просканировал Тоху, что тому стало не по себе, и он чуть поёжился.
Ну да, пост прокурора обязывает к такому взгляду. Быков это знал.
- Роевский Антон? – вдруг встрепенулась дамочка, оторвавшись от сюсюканья со своей собакой. – Твоя мать Роевская Елизавета?
- Да, - недовольно буркнул патлатый.
- Ни за что бы не поверила, что у Лизочки такой сын! – запричитала дамочка. - Мы с Лизочкой хорошо общались…
Зная звеняшку, Тур, всё ещё удерживая за дверью руку патлатого, не сильно надавил на неё. Звеняшка зашипел, но понял, что надо заткнуться.
- Всё в порядке теперь? – спросил Тур, глядя на мужика, который всё ещё держал папку с документами открытой. Дамочку Туру слушать не хотелось.
- Да, - как-то быстро ответил прокурор. Видимо, ему тоже надоело, в то время как дамочка нахмурилась.
- Тогда сейчас Антон принесёт извинения вашей супруге, и мы пойдём, - проговорил жёстко Тур, заламывая за дверью вновь руку патлатому. Сказал он это специально, не для расцветшей дамочки и довольного прокурора. Сказал, чтобы патлатый понял, и чтобы наказать. За всё надо платить.