Писательница для оборотня (СИ)

— Когда мы с братом родились, у родителей с другой стаей вышел конфликт. Они каким-то образом узнали, что мама особенная, и альфа той стаи хотел её заполучить.  
— Зачем? Какой в этом смысл? — не понимала я, ведь парность волков играла в отношениях огромную роль.  
— Это сложно объяснить, но суть в том, что некоторым волкам в тандеме с их человеком сносит крышу, когда они не получают желаемого. Тогда они плюют на все законы и морали. Так было с Константиновым. Он хотел заполучить маму и заставить её рожать ему элитных щенков нового вида.  
— И какова роль Влада в этой истории? — не понимала я.  
— Если ты не будешь меня перебивать, Пууузикова, я расскажу, — сказал Макс улыбнувшись.   
— Да, не перебивай, Таня, — попросила тётя, чуть ли в рот не заглядывая Максу.  
— Всё, я молчу! — пообещала я, прикрыв для надёжности рот ладошкой.  
— Константинов напал на стаю, убил альфу — моего деда. Стае пришлось прятаться в лесу в ожидании очередного нападения, а мама, не зная о своей силе, обратилась за помощью к Владу. Он охотник. Тогда вместе со своими друзьями они помогли и, естественно, всё знали. О том, какие оборотни существуют, что мама такая особенная. Всё, кроме того, что оборот с такими как мы проходит сложнее и дольше. Именно этого не было в твоей книге.  
— Но я-то этого всего не знала, мне никто ничего не рассказывал. 
— Есть предположение, что тебя запрограммировали на это, — серьёзно произнёс Макс.  
— Каким это образом? Что значит запрограммировали? 
— Гипнозом. Ты под влиянием гипноза всё узнала и твоё подсознание выдало это как идею. Гипноз не считывается как болезнь, оборот не влияет на него, поэтому ты ничего не помнишь.  
— Но, когда?! Кто бы меня загипнотизировал? Такого просто не было, я бы запомнила! 
— Ты даже представить себе не можешь, что люди вытворяют под гипнозом и после этого не помнят, — утверждал Макс, явно проштудировав эту тему. 
— А помнишь на твой день рождения, мать отправила тебя за хлебом, чтобы мы могли тебе сюрприз подготовить?  
— Смутно, — отмахнулась я, не думая, что тётя могла что-то дельное подсказать. 
— Ты тогда вернулась без хлеба, вся потерянная и целый час мы тебя дозваться не могли, ты как уткнулась в ноутбук, так и всё! 
— Это когда? Это на двадцать два года, что ли? — уточнила я, смутно припоминая причины такого поведения в день рождения.  
— Да, мы тебе торт, шарики, а ты мимо прошла, копаясь в телефоне, а потом в ноутбук засела и вообще весь праздник была сама не своя.  
— Нет. Это к гипнозу отношения точно не имело, — улыбнулась я, вспомнив наверняка, чем я занималась.  
— А что тогда? — хмурясь, уточнил Макс.  
— Всё просто. Мой шеф позвонил в тот день и наехал на меня, что я якобы накосячила с доставкой и вместо чёрных стульев нам в офис завезли белые табуреты. Сучил ножками и требовал, чтобы я всё решила. Я хоть и была ни при чём, а вопрос нужно было урегулировать срочно. Целый час я потратила на то, чтобы в скринах доказать поставщику, что косяк не мой, а тех идиотов, которые формировали заказ и доставляли, — победно объяснила я, улучив шанс, чтобы Макс посмотрел на себя со стороны.  
— Вот же скунс! Мог бы и сам разобраться, а не портить человеку праздник! — возмутилась тётя.  
«Не говори ей!» — донеслась до меня мысленная просьба Макса, когда он понял, что к чему.  
— Тётя, знакомься, тот самый шеф, — с ехидной улыбочкой, я указала на Макса под его тяжёлый вздох.  
— А... Ой! — тётя торопливо встала из-за стола. — Максик, тебе добавки принести? — проворковала она, невинно хлопая глазками.  
— Да если можно, спасибо, — растерянно буркнул Макс, слегка порозовев от стыда.  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍эпилог
2 года и 5 месяцев спустя 
Семейный клуб «Белый волк» 
— Татьяна Сергеевна, вам цветы, куда поставить? — спросила меня моя личная помощница Марго, держа в руках букет тёмно-красных роз. 
— Никуда. Это не наши розы, доставка ошиблась. У нас же сегодня всё в белой гамме, под цвет обложки. Там ещё много таких? — уточнила я, отлично помня, как доставка может лажать если хоть чуть-чуть не проконтролируешь. 
 
Обычно я следила за этим, только из-за полнолуния наши с Максом дочки Арина, Агата и Ариэль всю ночь простояли на ушах. Я имела смелость делегировать доставку цветов помощнице и вот, в букеты белых роз затесались красные, а до презентации моей новой книги оставалось меньше часа. 
— Да нет же. Это не там, цветы доставили верно, все двадцать дюжин молочных роз на высокой ножке. А эти вам, там есть открытка, — подсказала Марго, расплываясь в улыбке. 
— А, ну давай, посмотрим. — Я приняла у помощницы цветы и полезла искать открытку. 
Как назло, последняя завалилась между самых стеблей с шипами, и чтобы её достать, мне пришлось бросить все дела и развязывать упаковку. 
Волчица внутри меня встрепенулась, едва открытка в виде головы рыжеватой хаски показалась на свет. Она уже унюхала запах, который не забывала никогда. 
«Это от Лизы!» — проскулила она и наше общее сердце затопила тоска. 
Та ниточка, связавшая нас однажды с этой малышкой, так и не была разорвана Владом, как бы он того не хотел. Она лишь стала длинней из-за расстояния между нами, только я точно знала, что однажды мы встретимся с маленькой мисс Лизи. 
«Спасибо!»— прочитала я про себя, краткую благодарность, что была написана ровным, совсем недетским почерком. 
Если бы ни её запах, я бы решила, что подписывал кто-то из взрослых, но это точно была она. 
«За что спасибо?»— удивилась волчица. 
— Погоди, а какой сегодня день? Это же тот самый день. Три года назад, да-да. В этот день ты обратила Лизу, и спасла ей тем самым жизнь, — отвечала я вслух своей волчице, уже не обращая внимания, как на меня косятся обычные люди, и по сей день непривыкшие к подобному. 
— Уже прошло три года? — усмехнулся Макс, подкравшись незамеченным из-за волнения и радости, что принесли с собой это послание и цветы. — Даже не верится. 
— Да, кстати, как видишь, никто не вгрызается друг другу в глотки, как ты того боялся, — заметила я, посчитав, что более подходящего момента для моего «яжеговорила» уже не будет. 
— Типун тебе на язык, Пуузикова, — нахально ответил Макс, снова вынуждая меня напомнить ему, что я уже давно не Пуузикова и даже не ПузикОва. 
— Аристова, — поправила я, задрав гордо подбородок. 
Так себе достижение, но на девятом месяце беременности, я таки затащила Макса в загс и женила его на себе, не слушая его бдения про то, что он нищий и снова я за всё плачу. Зато наши девочки родились, как полагает, под фамилией отца и не пришлось проводить в загсе сто часов, заполняя на каждую лишний документ по признанию отцовства. К тому же, уже через год после их рождения, Максим рассчитался со всеми долгами и вернул себе всё, что когда-то продал, вверив в мои и тётушкины руки наше детище. Семейный клуб «Белый волк», где каждый вступивший мог выпустить своего зверя и наслаждаться свободой, охотой и просто природой, а также приятным общением за чашечкой горячего шоколада.  
— Ой, а что мы тогда здесь делаем? — наигранно испугался супруг, заметавшись между стопкой книг и банером, на которых было прописано моё прежнее имя, теперь уже ставшее псевдонимом. 
— Очень смешно, — фыркнула я, вручая Максу цветы. — Букет в вазу поставь. 
— У меня идея получше, — Максим подозвал к себе одного из официантов, готовящихся к фуршету, и отдал розы ему, а меня, взяв за руку, повёл к воде. 
— Что это? — спросила я, видя на мостике, что вёл к набережной на другой стороне территории нашего семейно-волчьего клуба. 
— Романтический ужин, — с пафосом во взмахе руки и во взгляде, объявил мой супруг. 
— День на дворе, — с улыбкой ответила я и мы быстрее зашагали к столику. 
Да, у меня не было времени, меньше чем через час должна была начаться презентация моей печатной юбилейной книги под названием «Белое чудо стаи». Я отказала себе в явно нелишнем часе сна и завтраке с обедом, чтобы всё проконтролировать так, как я привыкла. Только отказать Максиму в свидании не смогла бы, даже если бы начался конец света.