Пятая жена миллионера (СИ)
После этого нас всё же объявили мужем и женой и разрешили поцеловаться. Машка моя неугомонная с визгом откупорила бутылку шампанского и, слегка обрызгав всех на свете, налила пьянящих пузырьков в подставленные бокалы, которые кто-то украсил бантиками.
— Полинка! Поздравляю тебя! — Машка полезла бы целоваться, если бы не моя фата и не макияж. Но она чуть не подпрыгивала от счастья за меня. Свидетель Андрея — молодой человек по имени Никита — смотрел на неё как-то странно, но не преминул поздравить нас, хоть и более сдержанно. А потом…
Я услышала голос, который бросил меня в жар.
— А мне дадут выпить за молодых?
Резко обернулась, чуть не запутавшись в каблуках. Димка стоял на пороге зала — такой красивый в форме, такой родной, улыбающийся, с одинокой розочкой в руке. Я выдохнула:
— Всё-таки приехал!
— Сестрёнка! — он шагнул навстречу, и я бросилась к нему в объятия, оставив мужа сзади. Димка, мой рыцарь и защитник, моё второе «я», как долго мы не виделись — целых восемь месяцев! Хоть время и пролетело незаметно, я успела соскучиться по братишке — ведь мы с рождения были вместе, всегда и везде. Даже в детдоме.
— Худой, как чёрт! — шепнула я ему на ухо, чмокнув в щёку.
— Жилистый, — рассмеялся он. — А ты просто бомба в этом платье!
— Да ну, скажешь тоже… — засмущалась я. — Пошли, познакомлю тебя со всеми.
— С мужем своим меня познакомь, — в голосе брата послышалось что-то кровожадное, но я решила не обращать внимания. Вполне нормально, что Димка хочет знать больше о моём муже. Надеюсь, они подружатся.
Но брат добавил уже чуть громче — для всех:
— Чтобы знал, что за тебя есть кому морду набить!
Я шикнула на него:
— Цыц! Не надо никому морду бить, хорошо?
Подвела брата к остальным:
— Андрей, знакомься, это мой брат Дмитрий.
Муж протянул Димке руку с доброжелательной улыбкой:
— Ну, привет. Рад, что ты смог выбраться на свадьбу. Андрей, очень приятно.
— Дмитрий, — брат пожал руку, как бы ненароком стиснул её очень крепко. Но Андрей не подал виду. Потом, конечно, потирал побелевшие пальцы, а сейчас только желваки на скулах выдали его недовольство. Я поспешно оглянулась на свидетелей:
— Мы тут уже закончили? Если да, то поехали в столовку! Есть, пить и танцевать до утра!
Андрей тут же взял меня под руку и, оглянувшись на регистратора, сказал:
— Всем спасибо, всё было прекрасно, поехали есть, пить и танцевать!
Меня подхватили, закружили по лестнице, по коридору, посадили в машину, отделив от Димки, и я только оглянулась на вторую тачку, пожаловалась Андрею:
— Ну вот, мы же так давно не виделись!
— Зайка, не волнуйся так, Ник же не похитит твоего брата, — фыркнул муж. — Сейчас приедем в ресторан, сядем, наговоритесь…
— Понимаешь, Андрей! Он же самый близкий мой человек! Я тебе говорила…
— Я помню, зайка, — он обнял меня с нежностью, поцеловал в губы, не заботясь о макияже, сказал тише, чтобы водитель не слышал: — Я тоже теперь твой близкий человек и буду заботиться о тебе!
— Заботься, — улыбнулась я, пряча лицо на его плече.
Мы будем счастливы вместе. Всегда-всегда!
В столовке уже был дым коромыслом. Девчонки вовсю праздновали и, когда мы появились на пороге тесной кучкой в пять человек, завопили кто «Ура молодым!», а кто сразу «Горько!» Эту вторую просьбу мы сразу же удовлетворили, да ещё и с удовольствием, а потом влились в общее веселье. Свадьба у нас была молодёжная, никого старше Андрея не планировалось, поэтому никто не сидел и не трескал салаты, все кусочничали и танцевали. Шеф наблюдал за этой вакханалией с доброй профессиональной улыбкой на лице, а в самом разгаре вечера даже притащил свою новую, ещё не испробованную установку караоке…
В общем, я очнулась только в тот момент, когда Андрей украл меня с собственной свадьбы и посадил в большой джип.
— А куда мы едем? — спросила с любопытством. Мой новоиспечённый муж чмокнул меня в висок и сказал загадочным тоном:
— Сюрприз!
— А-а-а, ну хорошо тогда…
Пробормотав это, я ощутила такое внутреннее спокойствие, которого ещё никогда не чувствовала. Всё, свершилось! Я замужем, теперь Андрей будет рядом каждый день и каждую ночь. Я буду готовить ему то, что он любит, буду убирать за ним разбросанные носки, буду создавать уютное гнёздышко для нас двоих! Глаза мои сами по себе закрылись, и я задремала. Но всё слышала! Машина ехала довольно долго, сначала по городу, а потом, кажется, выехала из Питера. Сюрприз… Куда Андрей меня везёт? Ещё полежу с закрытыми глазами, всё равно узнаю после.
А после… Меня подняли на руки, отнесли куда-то по скрипящему щебню, по глухо отозвавшимся в такт шагам деревянным полам, по лестнице… Положили на кровать. Андрей рассмеялся:
— Да ты совсем спишь, зайка!
— Я не сплю! — возразила, открывая глаза. Деревянный потолок, поперечные балки… Мягкий свет. Мягкий матрас. Мягкий поцелуй в губы.
— Спишь, я же вижу.
Андрей снял пиджак, бросил его на кресло в углу комнаты, развязал галстук, сбросил ботинки. Я приподнялась на локте и заметила:
— Ты перестал снимать обувь в прихожей?
— Каюсь, — с усмешкой сказал он, освобождаясь от брюк. В одних трусах залез ко мне на кровать и прилёг рядом: — Тебе помочь снять платье?
— Застёжку расстегни, — попросила, садясь и поворачиваясь к нему спиной. Его пальцы скользнули по моей спине, добравшись до молнии, и я задрожала. Первая брачная ночь… Наша первая ночь вместе мужем и женой!
Платье с шуршанием упало на кровать, и Андрей просто спихнул его на пол. Притянул меня к себе:
— Иди ко мне, девочка!
— Не девочка, а жена, — сварливо отозвалась я, ища губами его губы. Выпила сладкий поцелуй, как вознаграждение за сегодняшний нервный день, как кефирчик на ночь, как нектар с божественных цветов Эдема… Ох, я замужем стала такой поэтичной! Покрутила головой и нырнула в любовь Андрея, отдаваясь целиком, как всегда…
А потом я уснула под тёплым покрывалом, пригревшись в объятиях мужа, и снилось мне, что я в пустыне, и что мне жарко, и что где-то вдалеке журчит вода, а я иду к ней, ползу, пытаюсь ползти, но никак не могу добраться! И проснулась. Во рту — вкус жёванного картона. Рядом никого. Вещи так и валяются разбросанные, платье подстреленной белой птицей раскинулось на черном ковре. Стильный какой ковёр! Стены белые, ковёр и мебель чёрные, а потолок с полом — дерево. Красиво! Я села в постели и увидела на кресле с моей стороны кровати длинный халат. Или нет — халатом это мог назвать только человек без вкуса! Пеньюар — шёлковый, светло-сиреневый, мягкий даже на вид. И записка на нём.
Выбравшись из кровати, я взяла жёлтый стикер, прочитала: «Любимая жена, зайка, не теряйся! Увидимся после двух, а пока тут всё твоё, распоряжайся. Целую, люблю, Андрей».
Хм.
Что — всё и где — тут? Чем распоряжаться? Я растерянно огляделась и, робко натянув халат, подошла к окну. Отдёрнула белую гардину и даже отступила на шаг. Это не окно, это целая стеклянная стена! Мамочки! Непривычно как! Второй высокий этаж. А за окном — лес. Сосны… Пахнут, наверное, обалденно! А что это за дом такой в лесу? Санаторий в пригороде? Как это мило! Но я думала, что мы с Андреем проведём целый день вместе, а он вернётся только после двух…
А сколько времени?
Я нашла часы на стене — какое-то дизайнерское произведение искусства в виде цифр, налепленных прямо на стену, и стрелок из пикселей, которые высвечивались маленькими бегающими волнами. Сейчас десять утра. И очень хочется кофе. Очень-очень!
Что ж, выбора у меня нет. И телефона нет. Придётся выйти из этой комнаты и пойти поискать, где тут подают завтрак.
Глава 4. Привёз её домой…
16 апреля, Репино
У двери стояли тапочки. Это были не гостевые тапочки и не гостиничные одноразовые. Они были тёмно-синие, с задником, на маленьком каблучке, и я засомневалась, что здесь нет никого, кроме меня. Можно ли их надеть?