Закон Уоффлинга (СИ)

— Пусть моя душа станет искуплением за все те ужасы, что я натворил. Хоть что-то хорошее выйдет из моей жизни.
Он сидел под деревом на красном пледе. Шумела густая крона раскидистого дуба, солнечные лучи слепили глаза, путались в густых рыжих локонах четырнадцатилетней Лили Эванс.
— Ты молодец, Сев! Мерлин, мне так нравится! — она с восхищением разглядывала заколку для волос, который Северус сделал для неё: маленький живой цветок лилии, по лепесткам которого пробегали серебристые искорки магии. — Как ты сумел? О, а мне нечем тебя отблагодарить!
— И не нужно, — мягко улыбается Северус. Он аккуратно берет заколку и закрепляет волосы Лили над ушком. — Мне просто захотелось сделать её, когда я нашёл цветок в лесу. Он такой красивый, совсем как ты.
Зелёные искристые глаза вдруг смотрят на него пронзительно и нежно, а затем она подается вперёд, и губы Северуса накрывают её теплые сладкие губы.
Их первый поцелуй.
«Это всё ради тебя, Лили. Я люблю тебя».
Он улыбнулся и прошептал:
— Авада кедавра!
Том с ликованием смотрел на раскинувшегося на полу Снейпа и крепко прижимал к себе плачущего Гарри.
— Ох, куколка, не оплакивай его. Поверь, он заслужил смерти более жуткой, чем эта, — успокаивающе прошептал он.
Он ждал вспышек тьмы, колебания магии, каких-то необычных эффектов от поглощения человеческой души, но ничего не было. Мёртвый Снейп просто лежал, слабый чёрный туман на секунду окутал его тело и начал просачиваться в пол, постепенно исчезая.
— Экриздис? — позвал он. — Вы там?
Либо у Экриздиса ничего не получилось и он отбыл обратно туда, откуда вылез, либо наоборот, получилось, и он быстро бросил их, нарушив своё обещание. Оба варианта более чем устраивали Тома, хоть было жалко тех невероятных знаний, что обещал ему мёртвый маг.
Но он всё для себя решил в тот момент, когда не смог убить Малфоя. Он не хочет разбивать сердце Гарри, не хочет становиться чудовищем. Теперь он всегда будет рядом с ним и ни за что не предаст.
 Том взмахнул рукой, и верёвки, опутывающие Малфоя, спали. Тот сразу кинулся к Снейпу и обхватил его лицо ладонями.
— Жив! — с радостью воскликнул он. — Живой! Глаза под веками шевелятся!
Гарри радостно пискнул, а Том насторожился.
— Наверное, авада уничтожила этого Экриздиса! — Драко счастливо улыбнулся. Том даже не думал, что он настолько любит своего крёстного. Да и сложно было представить, что Снейпа кто-то может любить.
Лихорадка отчаяния отступила, и Том начал быстро шевелить мозгами. Если Драко ничего не смог бы рассказать о их маленькой драме, то Снейп — другое дело. Упырь точно попытается посадить Тома в Азкабан, подальше от Гарри.
— Том, помоги ему, — умоляюще попросил Поттер.
Том про себя грязно выругался. Обдурить такого легилимента как Снейп или стереть ему память не выйдет, убивать тоже нельзя!
Снейп вяло зашевелился в объятиях Драко.
Шантаж больше не подходил, уговорить не получится, разве что Гарри надавит ему на жалость…
— Я… жив? — прохрипел вдруг Снейп, резко распахнув глаза.
Драко радостно рассмеялся и бросился его обнимать. Гарри дёрнулся в объятиях Тома, но у него совсем не было сил подняться с алтаря.
— Дядя Сев!
— Лежи, — удержал его Том и поцеловал в лоб. — Раз этот гад ползучий пережил аваду, то всё с ним будет хорошо.
Будь он неладен.
— Том!
В комнату внезапно ворвался встрёпанный Теодор Нотт. Он застыл, оглядывая живописную картину, и с облегчением выдохнул, упершись руками в колени.
— Все живы! — пробормотал он, пытаясь отдышаться. — Слава Мерлину! Сейчас тут будет Дамблдор, я уж думал, что всё…
Том сжал кулаки, пытаясь придумать, как выкрутиться на этот раз. Дамблдор близко!
— Драко, хватит меня тискать. Ты, конечно, интересный юноша, но я заинтересован только в одном конкретном брюнете.
В повисшей тишине все повернули головы к ухмыляющемуся Снейпу. Драко замер, округлив глаза.
Ужас ледяной волной прокатился по позвоночнику Тома.
— Драко, иди сюда, — приказал он спокойно.
 
— Что? — растерянно спросил тот, глядя то на напряжённого Тома, то на ухмыляющегося Снейпа. — Том, что…
— Иди сюда, я сказал! — рявкнул Том.
Привычка слушаться Тома была в Малфое сильнее. Он отпустил крёстного и подошёл к алтарю, то и дело оглядываясь.
— Ты меня обманул, — констатировал Том. — Тебе же вовсе не душа была нужна, а тело, да?
Драко и Гарри молча уставились на Снейпа, их рты синхронно приоткрылись, в глазах появился ужас.
— Ну конечно, — Экриздис ловко вскочил на ноги и принялся разглядывать свои конечности, дёргаясь и подпрыгивая на месте. — Только не говори, что не ожидал подобного. Поглотить душу? Даже мне это не под силу. А вот занять тело без души — легче легкого!
Он истерично расхохотался, что совсем не вязалось с образом Снейпа. Он выглядел всё так же: черный сюртук с жестким воротничком, черные брюки и ботинки, сальные волосы, длинный нос. Но на Снейпа ЭТО больше не походило.
— Том, что ты наделал? — прошептал белыми губами Гарри.
Том крепче сжал в руках палочку и одним взглядом приказал Теодору приблизиться к ним, подальше от Экриздиса.
— Ты специально показался мне, — вдруг дошло до Тома. — Это случилось сразу после того, как я сказал, что узнал про Ариану Дамблдор. Почему? Гарри был при смерти, тебе нужно было немного подождать, и всё. Но ты решил рискнуть. Почему?
Экриздис всё не мог налюбоваться своими руками. Он поднимал их вверх и опускал, сжимал кулаки, смеялся и пританцовывал.
— О, мой дорогой мальчик, я же всё уже рассказал! — взвизгнул маг особенно противно. — У вас с Гарри очень сильная связь. Как бы я ни пытался его убить, что бы ни делал, он черпал твои силы по этой связи и восстанавливался! О, как мне это надоело! Я бы никогда не смог занять его тело, пока был жив ты. Ты бы раскопал всю правду рано или поздно и изгнал бы меня. И я решил заручиться твоей поддержкой.
И Том всё понял.
Это его магия спасала Гарри, восстанавливала, не давала умереть. В Тот день, когда он очнулся после воздействия гриба-сигнальника, Снейп удивился, что его магический резерв полон. Это не замок питал его, а сам Том. Вот почему он увидел тень в тот день в кладовке. Гарри умирал, тянул из него силы, и Экриздис свободно переместился к нему.
Экриздис всё-таки обхитрил его, хотя все сказал напрямую. Но Том и подумать не мог, что их связь мешает ему убить Гарри. Что такое вообще возможно — тянуть магию другого волшебника. Экриздис сразу начал сманивать его запретными знаниями и силой, и Том, идиот, даже не поразмыслил как следует, зачем некромант вообще с ним заговорил. Повёлся на его уверения в собственной слабости.
— Я решил рискнуть. Ты так любишь этого мальчика, я не сомневался, что ты ради него готов угрохать кого-нибудь не очень приятного, — продолжал издеваться Экриздис. — Теперь у меня есть точка привязки — это тело. Ты оживил меня, Том! Экриздис умеет быть благодарным. Я подарю тебе такие знания, о каких ты даже мечтать не мог! Вместе мы сотворим с этим миром всё, что захотим! Уи-ха-ха-ха!!!
Противный визгливый смех больно резанул по ушам. Рядом тихонько охнул Гарри, и Том увидел, что лицо Снейпа начало меняться: прошли серость и бледность, исчезли глубокие морщины на лбу и у рта, кожа приобрела мягкое свечение.
Том даже представить не мог раньше такую магию.
— Как это возможно? — жадно спросил он, пожирая глазами меняющееся лицо волшебника. — У тебя нет своей души, но ты жив и можешь управлять телом мёртвого человека! Ты можешь колдовать? Что ещё ты можешь?
Гарри дёрнул его за рукав, но Том не обратил внимания. Он смотрел только на чудо, разворачивающееся перед ним.
— Вижу, я сделал верный выбор! — снова расхохотался Экриздис, и это начинало откровенно бесить. — Ты жаден до знаний, хочешь силы! Совсем как я! — он наконец перестал играть своими руками и вдруг оттянул ремень с брюками. — О, что тут у нас? Меньше, чем был, но сойдёт и такой. Все равно не смогу им пользоваться, уи-ха-ха!