Совиный сказ (СИ)

И, кстати, от ворот до парадного крыльца школы было меньше двадцати метров. То есть, совсем ничего. Некоторые из идущих в школу детей, буквально пробегали это расстояние за секунды. Торопятся, видимо. Тихону тоже пора бы поторопиться. Ведь ещё надо понять, в какой класс ему идти. А потом и найти саму классную комнату. Так что мешкать больше нельзя.
Радовало то, что внутренний двор не выглядел плацем. Всё свободное пространство двора, не занятое мощеной дорогой от крыльца к воротам, было превращено в небольшой парк. Деревья, кусты, клумбы. Красиво, ухожено, приятно посмотреть. И есть где подышать воздухом на переменке. Хотя… Орава детишек, которая взбирается по деревьям, срывает цветы на веночки и мутузит друг друга в поломанных кустах… Да не, не может такого быть, это же школа, здесь, как и в академии, учатся те, кто знает нормы приличия. И кого спокойно выпускают из дома, не боясь, что они порушат репутацию семьи.
А вот и крыльцо. Меньше десятка ступеней, легкотня. И два старшеклассника, лет по восемнадцать-двадцать каждому, у дверей. Дежурные, что ли? Кстати, одежда на них такая же, как на Тихоне. То есть это школьная форма такая? Интересно.
— О, новенький? — спросил один из парней. — Чьих будешь?
Как же Тихон долго привыкал к этому вопросу! Так и подмывало ответить, что он — ничей, свой собственный. А ведь здесь это — всего лишь вопрос о том, из какой ты ветви рода. Фамилию и имя с отчеством тут так принято спрашивать.
— Совин я, Тихон Глебович, — представился парень. — Не подскажете, как узнать, куда мне?
— Да, как всегда, после отбора в равноденствие. К доске в общем зале подойди, там все списки, — и тут же переключил внимание на другого ученика, который только подходил к крыльцу. — Так, Прошка, чисть сапоги! Я не пущу тебя на крыльцо с такими комьями грязи! Меня девчонки убьют за это!
Опа. Взгляд Тихона сам собой опустился на сапоги. Свои. Не, нормально. В принципе, откуда грязи-то взяться, если он всё время по мощеной дороге шёл?
— Да тут и без списков понятно, — хмыкнул второй дежурный, осмотрев Тихона с ног до головы. — На второй этаж тебе, по левой лестнице и сразу справа увидишь дверь в класс. Там в прошлом полугодии сидели теперешние новички-западники, так же?
Тихон постарался сделать вид, что хоть что-то понял.
— Так, — подтвердил первый парень. — Им всем уже по пятнадцать стукнуло, так что их всех в западное крыло по направлениям раскидали. Да на двери табличку увидишь, шестой "А", осенний.
О, теперь стало понятнее. Западное и восточное — это крылья школы. И, судя по всему, в западном учатся старшие, а в восточном — младшие. И шифр класса тоже ясен. Шестой год обучения, буква класса и время поступления, то есть осень.
— Благодарю, — сказал Тихон и вошёл наконец-то в школу.
* * *
Школа. Класс. Доска для мела, стол учителя, вешалка при входе, парты на двоих с наклонными столешницами. Три ряда, по пять парт в каждом. Жёсткие лавки, большие окна, светильники под потолком. Небольшая табуретка у доски, для тех, кто ростом мал. Ну и дети, куда без них.
Уже по одному тому, как дети скучковались в классе, было понятно, что без лидеров и изгоев тут не обошлось. Хотя, это естественно. Если люди собираются группой больше десятка — это неизбежно. А здесь, в классе с двадцатью шестью учениками, таких лидеров должно быть больше, чем один. Тем более, что для этого есть все предпосылки.
Первое. В школах половина учеников — мещане. И эти мещане обучение оплачивают, в отличие от боярских детей. Второе. Постоянная конкурентная борьба за очки рейтинга, за место в классе "А" среди учеников. Да, класс "А" — привилегированный, в него попадают лишь половина лучших на потоке. И то, что Тихона приписали к этому классу — ожидаемо, учитывая его оценки на испытании ума. Плюс то, что он — сын боярский, а не мещанин. Ну и, соответственно, было ожидаемо увидеть с одной стороны класса громкую кучку хорошо одетых парней, а с другой — кучку хорошо сложенных и гораздо более тихих парней. А вот на галерке, в конце класса, по традиции собрались шалопаи и одиночки. Назвать их изгоями, учитывая то, что это был класс лучших, язык не поворачивался. Но вот то, что они не примкнули ни к одному из лидеров — и делало их одиночками. Естественно, из-за этого одиночки могли получить по шапке от обоих групп. Но это же их делало свободными от обязательств перед обоими кучками.
 
И такое положение одиночек вполне устраивало Тихона. Он не мог похвалиться богатством и не собирался поднимать до максимума свою силу, чтобы стать дружинником боярина. Он хотел закончить среднюю школу с лучшим результатом по знаниям и с посредственным — по силе. Выбрать в старшей школе направление "приказчик", а после окончания оной сдать экзамен на подьячего.
Именно поэтому Тихон, стараясь не привлекать к себе внимания, спокойно прошёл в конец класса и сел на последнюю парту среднего ряда. Успел вовремя, до звонка — ещё пять минут. Хватит времени положить канцелярию в стол. Надо бы ещё посмотреть, что там ему на обед матушка положила, но сейчас это не так важно. Тем более, будет невежливо рассматривать еду перед всеми. Да и запахи могут быть сильными, не стоит сейчас трогать свёрток.
— Добрый день, ваши благородия, — сказал степенно зашедший в класс мужчина, как только минутная стрелка на часах стала на двенадцать.
И тут же группки учеников рассыпались по партам, на свои места, а спящий за соседней партой парень поднялся, приветствуя учителя. Значит, правила те же, что и в академии и Тихон правильно сделал, что поднялся, как только заметил учителя.
— Присаживайтесь. Поздравляю всех с успешным переходом в среднюю школу. А также с тем, что ваших очков хватило на то, чтобы оказаться в верхней части списка. Зовут меня Совинов Роман Елизарович, боярский сын. Я буду преподавать вам в средней школе все точные науки. Алгебру, геометрию, тригонометрию.
О, а вот и первый "почти" тезка Тихона. Кстати, в классе их приличное количество, судя по списку, вывешенному на доске объявлений.
— Что же, проведём перекличку, — открывая классный журнал, сказал Роман Елизарович. — Абрамов Пётр Якович.
— Тут, — привстав с места и дождавшись кивка учителя, сказал парнишка.
— Барсуков Ярослав Борисович…
Ну, да. Мещане. Имена предков, названия профессий и зверей, прозвища, что угодно.
— Белолобинов Гордей Жданович.
А вот это — боярский сын. Потому что есть такая птица, Белолобая сова. Белолобин и, как производная от него — Белолобинов. Боярских детей много, а родов самих сов — маловато. Вот и приходится изгаляться.
— Белолобов-Лиманов Егор Ярославович.
Вот так, допустим. Это Тихону повезло попасть в семью с короткой фамилией. Кстати, надо будет выяснить, есть ли у Тихона теперь дядья и двоюродные братья. А, может, даже деды и прадеды есть? Он же теперь не Филин, а Совин. У боярских детей смертность ниже, чем у князей, их работа находится в более спокойных районах.
А перекличка продолжалась по списку. Совиные фамилии перемежались с мещанскими, плавно подбираясь к букве С. И, наконец, Тихон услышал:
— Совин Тихон Глебович.
— Здесь, — встав с места, спокойно сказал Тихон.
Учитель внимательно посмотрел на Тихона, а потом молча кивнул. Тихон же, поняв, что его запомнили, просто сел на место.
— Совинов Горазд Романович, — спокойно сказал учитель.
А Тихон с удивлением посмотрел на отрока за соседней справа партой. Романович. И Совинов. То есть сын учителя. Вот же не повезло парню-то.
— Тута, — с ленцой поднявшись, протянул соня.
— Совинов-Порогов Иван Васильевич…
Ну, да. "Почти" однофамильцы. Порогов, Степняков. Всё? Да, всё, следующим стал Сплюшкин.
После того, как в классе прозвучали все двадцать шесть имён учеников, Роман Елизарович закрыл журнал и сказал:
— Что же, начнём наш урок с повторения пройденного в младшей школе. Записывайте условие задачи. Купец купил восемь локтей парчи…