Тонкая преграда (СИ)

– Твой муж? Дома, наверное. Что-то ты совсем раскисла. Полетели, наверное, обратно, – сказала Линда, разворачивая машину.
– Девушка, вернитесь на курс. Наш подарок не может ждать, – с явным раздражением произнёс Элиас Рош.
– Мне нет дела до ваших сюрпризов. Ами ждёт ребёнка и ей явно плохо. Мы возвращаемся. Блин! Жалко, что я не взяла контакта кого-то из её мужей, но есть номера их братьев. Сейчас я… – рассуждала вслух блондинка, но советник быстро метнулся к креслу пилота и вырубил девушку точным ударом по шее.
Под креслом громко скрипнул зубами Дейм, но слава пламени, Рош не обратил внимания на посторонние звуки, перехватывая управление челноком и возвращая его на курс. Данные о маршруте я практически сразу скинул Рею, хоть и надеялся, что мы обойдёмся без посторонней помощи.
В том месте, куда мы прибыли, не было ничего примечательного. Просто пустующая площадка, предназначенная для тренировки молодых курсантов военных академий. Мы явно чего-то или кого-то ждали, и вскоре рядом с нашим челноком приземлился старый потрёпанный кар, из которого вышел немолодой полный человек с каким-то кейсом в руках.
– Деньги вперёд, – скрипучим голосом сказал человек.
– Какие у меня гарантии, что ваш метод сработает? – спросил Рош, не спеша переводить незнакомцу средства.
– Это мнемотроник – прибор, безотказно действующий на подсознание любого гуманоида. Запрещён во всех развитых и развивающихся мирах, – сказал человек, тыкая пухлым коротким пальцем в кейс. – Я внушу всё, что вы скажете. Какие ещё вам нужны гарантии? Только я не дурак оказывать услуги без предварительной оплаты. Этот момент мы оговорили ещё с господином Совейном, – настоял толстяк.
– Хорошо, – сказал Рош, проводя манипуляции со своим счётом с помощью коммуникатора.
– С вами приятно иметь дело. Где пациент и что нужно внушить? – спросил человек, перехватывая свой кейс удобней.
– Девушка в челноке. Нужно внушить ей отвращение к четверым мужьям и непреодолимое влечение к выбранным нами кандидатам, а ещё острую необходимость избавиться от нежелательной беременности, – перечислил свои запросы Рош, вызывая у меня желание свернуть ему шею.
– Хорошо. Сбросьте мне сначала изображение тех, от кого она должна хотеть избавиться, потом наоборот – объектов будущей страсти. Первый раз меня нанимают для подобных глупостей, – неприятно хрюкнул человек, просматривая сначала голопроекции  нашей семьи, а потом круга Дарена Роша – наследника Элиаса. – Что-то ещё? – поинтересовался толстяк
– Да. Сотрите память о последнем часе у второй девчонки и внушите обеим безграничное доверие мне лично, но главное про беременность не забудьте, – добавил Рош.
– Вообще-то договор был на одного пациента, но считайте это моим подарком. Бонусом, так сказать, – усмехнулся человек, открывая кейс, в котором действительно находился запрещённый прибор.
– Никому не двигаться! Руки поднять над головами! – громко крикнул я, наводя оружие на преступников.
Толстяк с неожиданной для него скоростью бросил кейс и выстрелил прямо в меня, но заряд успешно поглотился защитой. Ответный выстрел Дейма обжёг человеку руки и выбил бластер.
– Без глупостей, советник. Мы всё записали и уже передали туда, куда следует, – предупредил Роша мой родственник, надевая на него блокирующие браслеты.
– Надо было просто взорвать вас всех, как я и предлагал, – прошипел Элиас, а я, каюсь, не удержался и сделал то, о чём давно мечтал: впечатал свой кулак прямо в его ухмыляющуюся морду.
– Сэт! Ну, кто так делает? – укоряюще спросил Дейм, а сам от души врезал Рошу в живот, выбивая у того воздух из лёгких. – Надо бить так, чтобы синяков не оставалось. Придётся тебе заплатить штраф, – с лукавой улыбкой сказал родственник, толкая преступников по трапу в грузовой отдел челнока.
Мы летели домой. Ещё многое предстояло сделать, но основной груз упал с моих плеч – мы поймали предателей.
Эпилог
Амали Фао 
– Ами, ты ещё долго? Может, тебе помочь одеться? – крикнул Саймон.
Мой заботливый блондин совсем разбаловал меня, но сейчас он мне ничем не мог помочь. Меня долго тошнило над унитазом, что неудивительно в моём положении. Вот только мужей я ещё не осчастливила новостью. В последнюю неделю они были страшно заняты проверками и ревизиями, но сегодня я обязательно им скажу.
– Тебе опять плохо? Это уже ненормально. Давай я вызову доктора, – всё-таки Саймон не выдержал и поднялся ко мне.
– Не надо. Я была у него вчера, – прополоскав рот, сказала я.
Со дня реализации нашего плана по поимке предателей прошло уже два месяца, а мы до сих пор разгребаем последствия. Слишком многие оказались замазаны этой грязью.
Элиас Рош раскололся далеко не сразу. Только когда понял, что правосудие коснётся не только его, но и близких ему пиров, он начал активно сдавать подельников, выторговывая их жизнь и благосостояние. Филиас Совейн, которого упоминал владелец мнемотроника, оказался не единственным, кто активно участвовал в заговоре против моей семьи. Был среди них и Тарс Орвин, и тот услужливый блондин, пригласивший Линду, что, в общем-то, было ожидаемо. В числе самих членов Совета попечителей больше предателей не нашлось, зато среди младших ветвей кланов, непосредственно управлявших унаследованными мной предприятиями, было выявлено немало тех, кто оказался нечист на руку и активно содействовал Рошу и его компании.
Расследование Дария Торвода тоже значительно продвинулось. Рош, понимая, что ему не избежать смертной казни, не стал отпираться и признался в том, что заказал убийство моих родителей. Я боялась услышать имена исполнителей, но, к счастью ими оказались не семейство Фейн. Конечно, они давно погибли, но мне всё равно было бы больно узнать, что Маркус и его мама причастны к этому.
Кроме плохих, были и прекрасные новости – например, Линда обзавелась собственным трио пирианских красавчиков. Как выяснилось, с Питом она уже рассталась, просто не хотела меня тревожить неприятными новостями. Никто не ожидал, но, приводя девушку в себя, наш бравый Дейм Шиас нечаянно выпустил пламя, а Лин сумела принять его, так что уже на следующий день она оказалась игнией. Ушлый блондин тоже не стал заморачиваться с ухаживаниями и предложениями, а по проторенной дорожке просто воспользовался древним законом «Об экспансии». Лин, конечно, злилась и демонстративно изводила своих мужей пару недель, но скорее в воспитательных целях, нежели реально злясь на них. Кстати, после этого случая отживший своё закон всё-таки отменили, чтобы больше неповадно было, хотя не думаю, что горячих пирианских мужчин остановит такая мелочь, если вдруг они встретят ту, которая им подойдёт.
Ещё за это время я очень сдружилась с родительницами моих супругов. Естественно, Зарина мне была ближе, учитывая то, через что мы с ней прошли вместе, но и другие женщины оказались очень дружелюбными и интересными. Кстати, это мама Таркоса поведала мне маленькую женскую хитрость, как забеременеть от определённого мужчины, не отказывая остальным в полноценной близости. Не буду вдаваться в ненужные подробности, но у меня всё получилось!
– И что сказал доктор? – отвлёк меня от размышлений вопрос Саймона.
– Сказал, что всё хорошо, – ответила я. Пирианки не страдали ранним токсикозом, поэтому такие симптомы моим парням были незнакомы, что в данный момент даже хорошо.
– Надо обратиться к другому врачу, – недоверчиво сказал Сай, подавая мне полотенце. – Давай отменим этот ужин? Не дело, что ты будешь мучиться, слушая поздравления в ресторане.
– Не говори глупостей. У меня есть волшебные леденцы. Сейчас я съем один и всё будет в норме, – ответила я, открывая упаковку кислых конфет.
– Хорошо, но если станет хуже, мы полетим в больницу, – непреклонно заявил Сай, подавая мне руку.
Сегодня, кроме того повода, о котором пока никто не знает, у нас была причина для торжества – наконец, поставлена точка в громком расследовании дела моей семьи. Все виновные наказаны, активы возвращены, а и без того огромное состояние Аэро приумножено, но мне не терпелось обрадовать многочисленных родственников своей вестью. Особенно хотелось порадовать одного невозможно упрямого пира, который полностью изменил мою жизнь, подарив мне семью и счастье.